Чтение онлайн

– Заслуга сестры очевидна. Она сплотила нас. Нам весело вместе! – улыбнулся курчавый Исос.

Эрис не любила всяческих похвал и лести. Конечно, в душе было приятно, но она не подавала вида. Никогда. И, если уж слышала хорошие слова в свой адрес – становилась крайне серьезной. Или старалась улизнуть.

Зрелище на сегодня подошло к концу. Все общей колонной вернулись в крепость. Ребята поужинали и умудрились не сцепиться с Сан Марко. Конечно, у колонизаторов были и хорошие ребята: Джулиано, Марселло, Маурисио, Джанкарло – парни даже шутили с ними пару раз. Но этот выскочка Антонио всё портил. Он был их главарем, и всегда давил на них. А сегодня они молчали. И аппетит у сан марковцев почти отсутствовал.

Яннис даже не поздравил юниоров. Парни в веселой болтовне забыли о нём. Только не Эрис. Ей было мучительно больно за своего деда – и так же сильно жалко деда Янниса.

Сегодня все устали, и без лишних слов и действий, пораньше легли спать. К тому же к вечеру погода стала пасмурной. Ко всеобщей радости, ворчливый Таррос как сквозь землю провалился. Эрис поужинала у себя пищей, что принес Тичон. Она тоже просто валилась с ног, и глаза сами слипались.

…Эрис проснулась глубокой ночью. Все уже давно спали. Она вышла в коридор к уборным комнатам, омылась холодной водой, наконец окончательно стряхнув с себя усталость.

Спать ей уже не хотелось. Пульсом ныла рука. Чтобы отвлечься, Эрис решила пройтись. Надев плащ с капюшоном, она вышла из залов. Караульные на постах дремали. Вырвавшись из входной арки, Эрис осторожно заскользила вдоль стен под смотровыми вышками, боясь быть замеченной внимательными дежурными.

Тучи рассеялись. Было прохладно, пар шел изо рта, что не было типично для Мая месяца. Луна светила так ярко, что в округе можно было разглядеть каждую мелочь. Эрис решила посетить конюшни. Но не ради Буцефала, а ради белой звезды командира.

Таррос сегодня в переживаниях заснул прямо за писчим столом на верхнем этаже в своём кабинете. Причиной тому был завтрашний визит Дожа. Алессандро раздобыл яд. Таррос принудил Антонио дать отраву утром Буцефалу. Тот поначалу отнекивался, но, запуганный, всё же уступил авторитетному, старшему почти в два раза него самого, командиру. Этим козни не ограничивались.

Он приказал сан марковцам в разгар выступления Каннареджо обманом вытолкнуть на ристалище беспризорного ребенка. Поэтому за ужином юноши и были подавлены – своей совестью.

Но на этом дьявольский план Тарроса не закончился. Он пытался запугать Янниса – сказал, что сломает сильные длинные ноги капитана в шлеме, если они не уступят его подопечным. Яннис промолчал и решил не встречаться со своими ребятами, чтоб лишний раз не гневать командира.

Яркий лунный свет пробился в окно, и, попав на лицо Тарроса, разбудил его. Он протянул руку к сосуду с вином, налил немного и выпил. Затем встал, пройдя к тазу с холодной водой, окунул в него голову, желая снять дурное напряжение. Вода струилась по его лицу, стекала на жилистые, широкие плечи. Он снял мокрый камзол и подошел к окну. Далеко на море стелился серый туман. Свежий мокрый воздух ударял по лицу, унося плохие мысли прочь. Таррос протиснул голову в горло сухой туники – его коротко остриженные, но очень густые кудрявые волосы не хотели пролезать без приключений. Наконец, закончив борьбу, его лицо освободилось от льняного плена.

Открытым глазам представилась удивительно-прекрасная картина: белоликая девушка в свете луны аккуратно крадется, прильнув спиной к стене нижнего уровня, недалеко от плаца. Его взор загорелся – так прекрасна она показалась ему. Лицо её сияло. Со стороны она выглядела озорной авантюристкой. Он молниеносно просунул руки, не отрывая возбужденного взора. Его глаза запылали, подобно глазам кота, уловившего мышь. Не отводя взгляда, Таррос схватил свой пояс и застегнул его.

"Кто она? Привидение или прекрасный ангел?" – закрутилось у него на уме. Между тем, девушка бесшумно и ловко ускользнула в сторону конюшен.

– В любом случае, надо проверить. – прошептал он. Командир загорелся желанием увидеть это прелестное создание вблизи.

Таррос молниеносно спустился на плац. Он так же как и Эрис старался подкрадываться как можно тише. Он заглядывал в каждую арку, в каждый коридор по пути к лошадиным стойбищам.

Эрис зашла в конюшни.

– Ну и где же этот ослепительный строптивец? – рассуждала она вслух. – Темно, чёрт ногу сломит. – с этими словами она споткнулась о железные вилы, валявшиеся на полу, но не упала – только грохот прокатился по помещению. Послышалось фырканье лошадей. Эрис прошлась, заглядывая в стойла. В самом конце, где луна проглядывалась сквозь длинную решетку, белела голова коня.

– Вот ты где! Нашла! – воскликнула Эрис, ища глазами факела. Наконец, сняв один со стены, она, достав огниво из кармана, зажгла его. Подойдя ближе к коню, Эрис разглядела его великолепие.

– Ах, какой же ты красивый! – восхищалась она. – Сейчас, миленький. – конь не спал, в его огромных глазах под пушистыми ресницами поблескивал огонь, зажженный Эрис. Она повесила факел в специальную подвесную нишу рядом со стойлом командирского рысака.

Таррос услышал звук и тихо направился к конюшням.

Эрис осторожно подошла к скакуну. Он, вроде, не испугался. Пошарив в своём кармане, она обнаружила угощение Буцефала – собственноручно высушенную белую свеклу. Эрис тактично протянула её. Конь своими проворными губами схватил кусочек, принявшись с чавканьем и сопением смаковать его. А Эрис нежно погладила его ладонью.

– Какой ты хороший, добрый конь. Малыш. – она сюсюкалась с ним, как с ребенком. Видимо, жеребцу пришлось по душе простенькое лакомство, и Эрис дала ещё.

– Милый, молодец… Кушай-кушай. Только у меня больше нет. Будь умницей, и я принесу тебе еще. Завтра. – она хлопала его по шее, теребя длинную шелковую гриву. Эрис понравилась коню, он старался уткнуться мордой в её лицо, слюнявя ниспадающие волосы, да и Эрис тоже весело смеялась, общаясь с новым другом.

Таррос вошел внутрь. Стойла были расположены вдоль в несколько рядов, и он, осторожно продвигаясь, искал источник нежного голоса.

Командир крался в ту сторону, где горел факел.

– Хороший. Хороший… Малыш. – слышал он на греческом. Женский голос показался ему таким приятным и притягательным, что его сердце ёкнуло. Он дышал взволнованно, и капли пота проступили на загоревшем суровом лбу.

Эрис забылась. Она смеялась и терлась лицом о белый нежный пушок на морде лошади. Конь довольно фыркал и играл копытами.

– Сириус. Вот интересно. – шептал Таррос, обойдя ряд и прокравшись к ним с противоположной стороны. Он не знал, как поступить – подать голос или не выдавать себя, рассмотрев девушку поближе. Командир решил понаблюдать в тылу. Он прокрался на опасно близкое расстояние и изучал её черты сквозь щели изгороди – такая высокая и стройная; тонкие белые запястья; невероятно длинная шея; блестящие, чуть волнистые тёмные волосы. Таррос не мог оторвать взгляд. Фарфоровое милое лицо – очень доброе, тонкие черные брови – аккуратные, открывающие невообразимо красивые, выразительные, горящие глаза. Улыбчиво-невинные точеные губы – командир невольно улыбнулся, ослепленный этим очаровательным чудом.