Чтение онлайн

— Кто этот парень?

— Во второй раз? Это два разных случая?

— Саммер, ты меня слышишь?

— Мам, я в порядке, клянусь. Оба раза я сам был виноват.

— Ты встречаешься с этим парнем?

— Сам виноват? Что ты сделал?

— Посмотри на меня.

— Ничего я не сделал. Ну, возможно сказал кое-что лишнее.

Отец замолчал, видимо, сдавшись, но я чувствовала на себе его взгляд. Я сплела руки на коленях.

— То есть опять повел себя как засранец? — Шейла резко откинулась на спинку стула. — И почему я не удивлена?

Кевин фыркнул.

Я взглянула на мачеху.

— В смысле?

— Что, дорогая?

— Вы не удивлены, что Кевин повел себя так. Почему вы так говорите? Словно это нормально. — Я перевела взгляд на Кевина. — Для тебя это что, обычное дело?

Он прищурился и сжал кулаки. Но затем глубоко вздохнул, приподняв плечи, и заставил себя разжать руки.

— Перед тем, как ты с отцом переехала к нам, у меня да, были проблемы.

— Кевин!

Он не обратил на возглас Шейлы внимания.

— Но после вашего появления они отошли на задний план.

— Нет, не отошли, — возразила Шейла. — Я понятия не имела, что ты чувствуешь.

Он посмотрел на нее.

— Еще как имела. Я накричал на тебя в тот вечер, когда ты сказала, что они съезжаются с нами.

Громко выдохнув, она скрутила свою салфетку так сильно, что побелели костяшки.

— Никто тогда не кричал…

— Мам! — Он стукнул кулаком по столу. — Я бился в истерике, как избалованная четырехлетка. Я признаю это. Почему ты — нет?

Шейла отвернулась.

— Потому что это неправда.

Кевин покачал головой.

— Дикость какая-то. Ты даже не можешь признать реальность. — Он посмотрел на нас с отцом. — Я не хотел, чтобы вы переезжали к нам. Не хотел, чтобы мама снова выходила замуж. Не хотел новую сестру. Мне жаль. Это никак не связано с вами, просто она развелась с отцом всего за полгода до этого. И я знал, что если к нам переедут двое новых людей, то все проблемы переместятся на задний план. Так и вышло. Все завертелось вокруг ее нового мужа и вокруг ее нового брака, а когда она почувствовала, что все более-менее наладилось, то переключилась на новую дочь.

Эти слова были словно удар под дых.

Он смягчил голос.

— Простите. Мне правда жаль. Весь прошлый год я игнорировал вас. Я все игнорировал. Я не хотел иметь дело с тем, ради чего она оттолкнула меня, словно обузу.

Он снова посмотрел на свою мать.

— Я не был обузой. Твой брак развалился, и ты выместила это на мне. Когда твой новый брак тоже обернется ничем, не вымещай это на Саммер. Одну мать она уже потеряла.

— Кевин! Я бы никогда так не поступила… — сурово начала она, но в конце ее голос задрожал.

Он оборвал ее резким движением головы.

— Поступила бы. — Положив руки на стол, он посмотрел в упор на моего папу. — Вы кажетесь хорошим отцом. Мы не стали близки, но не позволяйте ей ранить вашу дочь так, как она ранила своего сына.

Кевин встал.

— На этом я ухожу. Прости, мама. Сегодня никаких семейных собраний. Все, что я хотел бы сказать, касается только меня и тебя. А еще твоего бывшего мужа, который, если ты не забыла, по-прежнему остается моим отцом.

Пока он уходил, Шейла моргала, стараясь удержать слезы. Она не встала и не побежала за сыном. Даже не обернулась, чтобы посмотреть ему вслед. Она сидела прямо, уставившись в одну точку, а по ее лицу текли слезы.

Моя мачеха еще никогда не выглядела настолько потерянной.

Не зная, что сказать, я молчала. Через несколько секунд тишины папа проговорил:

— Саммер, давай отвезем тебя в общежитие. Нам с Шейлой нужно вернуться в отель. Похоже, нам есть, что обсудить.

Я поднялась.

— Нет. Все нормально. Я позвоню другу. А вы разговаривайте.

— Ты уверена? — Он взял меня за руку и сжал ее. — Мы с мамой, твоей приемной мамой, очень любим тебя. Я никогда не хотел, чтобы ты чувствовала себя обузой.

От этих слов слезы Шейлы полились бесконечным потоком.

— Я знаю, пап. — Чувствуя, что сама вот-вот заплачу, я накрыла его руку своей и сжала. — Я никогда не чувствовала такого.

— Хорошо. — Его голос охрип, и он, вымученно улыбнувшись, еще раз сжал мою руку. — Хорошо.

— Ну… я пойду. Меня подвезут.

Я ободряюще улыбнулась им, но это не помогло. Шейла, которая всегда была счастливой и жизнерадостной, выглядела совершенно разбитой, и это разрывало мне сердце. Но когда я вышла и увидела Кевина, то поняла, что ему тоже плохо.

Дожидаясь машины, он стоял, ссутулившись и засунув руки в карманы, и сверлил взглядом землю. Я смотрела на него и видела маленького мальчика, которому его мама сделала больно.

Я вздохнула.

Он, обернувшись, скривился.

— Она все увиливала от разговоров о нем, и сегодня я наконец-то сорвался.

Я приподняла плечо.

— Ты по-прежнему козел и изменщик, но сегодня я первая повела себя как стерва.

— Ты не стерва.

— Сегодня была.

Он улыбнулся.

— Может, тебе стоит быть ею почаще.

— В каком смысле?

— Тебе понравилось сражаться там, да?

Я пожала плечами.

— Причина была не самой хорошей. Я и сама не знаю, зачем я это сделала.

Он рассмеялся, но как-то печально.

— Зато знаю я. Тебя достало, что все молчат. Твоя мать умерла, а о ней практически не говорят. Мои родители развелись, но мама делает вид, будто моего родного отца не существует. Я выплеснул свой гнев на тебя, вместо того чтобы сразу направить его на нее. Саммер, прости. Я серьезно.

Мое сердце замерло.

— Мне нравится твоя мама.

Он опять рассмеялся — уже не так грустно.

— Мне тоже, но она не хотела разбираться с разводом, а сделать это придется. От таких вещей отмахиваться нельзя. Моя вина в том, что я до сих пор позволял ей это делать. Разговоры не помогли. Крики тоже. Поэтому я стал ее игнорировать, как она игнорировала меня, — ее и всю ситуацию в целом. — Он снова фыркнул. — Мы оба знаем, чем это закончилось… мы оказались в одной постели, потому что в ту ночь я наконец заметил тебя, но оказался к этому не готов.