Чтение онлайн

– Господи, я и не предполагал, что твой отец был настолько богат!

В ответ я лишь пожала плечами – для меня это не стало чем – то удивительным. Все знали, что в Испании у него состояние, но не знали насколько оно велико. Именно от меня отец никогда этого не скрывал, более того, мечтательно размышлял о том, что если бы я родилась мальчиком, мы бы смогли вершить историю, влияя на самого короля.

А что мне мешает, – вдруг осенила мысль – дождаться совершеннолетия и уехать в Испанию навсегда?! Теперь я знаю, что мачеха не может выгнать меня из дома и хоть как то влиять на меня. Но тогда я навсегда потеряю Ника.… Готова я к этому? Посмотрев на него, я узнала ответ.

– Ты теперь не передумаешь? – словно прочитав мои мысли, спросил он. – Судя по тому, что я сейчас узнал, ты и без меня управишься – чуть больше полугода и ты, согласно завещанию – самостоятельная особа.

По его тону невозможно было определить, к чему он склоняется сам. Зато я окончательно поняла, чего хочу сама. Если он не будет принадлежать мне – то родившийся ребенок уж точно останется со мной.

– Почему я должна передумать? – Невозмутимо поинтересовалась я. – Мы уже решили, что это будет взаимовыгодный союз, удобный нам обоим.

Ник угрюмо посмотрел на меня.

– Я теперь сам ни в чем не уверен.

Что – то больно сжалось у меня в груди.

– Ты о чем? – проглотив комок в горле, спросила я, словно осужденный, ожидая приговор.

– Забудь, – отмахнулся он. – Я как будто сам не свой, – сбивчиво говорил он. – Все эти события… все так быстро…

– Ты вот что, – вдруг уверено начал он, глядя мне в глаза. – Переезжай в наш дом, пока я буду в Лондоне, там необходимо уладить кое какие важные дела. С моим отцом – теперь твоим законным опекуном – тебе, возможно, будет спокойнее.

Какое там спокойствие! Чуть ли не впервые в жизни я ощутила самый настоящий и сильный укол ревности. Понятно, что за дела ему надо уладить!

Выражение лица выдало меня с головой.

– Почему ты разозлилась? – удивился Ник. – Я просто опасаюсь оставлять тебя одну в осином гнезде.

– Мне не мало лет, как Анне, уверенна что справлюсь с ними, – прошептала я совсем неуверенно.

Ник начал мерить шагами пространство беседки. Он был очень взволнован. Иллюзия, что причина этого внезапного волнения во мне, юрким ужиком пробралась в мою голову. Неужели он хоть немного меня любит? Стал бы он предлагать переехать к ним в дом, если бы я была совсем безразлична ему? Зачем же тогда уезжать?! Скрыть охватившую меня тоску было невозможно, и предательские слезы заблестели на глазах.

Ник подскочил ко мне, поднял за руки и обнял.

– Черт его знает, что происходит, – бормотал он, уткнувшись в мои черные кудри. – Я скоро вернусь, дольше, чем необходимо, я в Лондоне не останусь. Дай знать отцу, что бы забрал тебя, если возникнет необходимость. Потерпи совсем чуть – чуть. – На мгновение он с силой прижал меня к себе, словно в последний раз, а за тем резко отступил.

– До свидания, Алиса. – Его глаза странно блестели. Ника словно лихорадило. Я наблюдала за его удаляющейся фигурой. От чего – то мне стало страшно.

С отъездом Ника переменилась и погода подстать моему настроению. Небо заволокли низкие синие тучи, и постоянно моросил дождь – мелкий и противный. От тоски хотелось выть. Наверное, депрессия захватила бы меня окончательно, если бы не более чем странное поведение мачехи и Милады. Либо они вырабатывали какую то стратегию для сражения со мной, либо смирились. В последнее мне не верилось совсем.

– Ты не знаешь, что за затишье у нас в доме? – Спросила я у няни однажды вечером. Покачав головой, она ответила:

– Ничего не слышала, но опасаюсь тоже.

Так продолжалось несколько дней. Они меня не трогали, а я их при любой возможности избегала, уезжая кататься на лошади, стоило только прекратиться дождю или занималась с собаками. Тревога никак не отпускала меня, одолевали плохие предчувствия. То мне хотелось продолжать поддерживать обстановку как есть, отсиживаясь у себя в комнате и пропадая на долгих прогулках, то одолевало желание самой пойти к мачехе и выяснить отношения. Промучившись несколько дней, я решила все оставить как есть и терпеливо ждать Ника, молясь о том, что бы с ним ничего не случилось.

Шли дни – один за другим, похожие друг на друга. Моя жизнь словно приостановилась, ожидая перемен с его возвращением.

Перед случившимся, я, лавируя между своими покоями и прогулками, кроме няни и слуг не видела никого в доме. В тот день, спускаясь по лестнице, я заметила притаившуюся за колонной залы Миладу.

Видимо, подстерегает Анну – решила я, что бы затащить несчастную девочку на очередные занятия по воспитанию «настоящей леди». Надо заметить, что и сама Анна, несмотря на юный возраст, мастерски дурила Миладе голову, отлынивая от нудных занятий. Временами сестра пряталась на моей псарне, прекрасно зная, что уж туда тетушка точно не пойдет, и я ей в этом, разумеется, не препятствовала. Вот и в этот раз, я была уверена, что найду Анну именно там, однако меня ждал ужасный сюрприз.

От увиденной картины я встала как вкопанная. Все щенки, по – видимому, были уже мертвы, а взрослые собаки лежали на боку, жалобно поскуливая. Из открытой пасти сочилась кровь вперемежку с пеной. При виде меня, одна собака, моя любимица, попыталась подняться, но в следующее мгновение, утратив последние силы, упала замертво. Один щенок, недалеко от нее выглядел особенно ужасно. На деревянных ногах я подошла ближе и пронзительно завизжала: в бедном маленьком тельце не было ни капли крови, это была какая то зловещая мумия с жуткой рваной раной на шее.

На крик прибежали все слуги, находившиеся неподалеку. Открывшаяся картина шокировала и их.

– Кто… Кто это сделал?! – мой голос звенел от злости. Без приукрас, в тот момент я бы собственными руками убила бы виновника. Почувствовав приступ дурноты, я выбежала на улицу и упала на колени, тяжело дыша. Милада! – стучало у меня в голове, это Милада!

Желание убить тварь было столь велико, что я побежала к дому с такой скоростью, которой позавидовала бы самая резвая лошадь на скачках.

Там уже поднялась суета. Моя будущая жертва за что – то громко отчитывала дворецкого. Я понеслась прямо на нее, но проворный слуга перехватил меня едва ли не в полете. Шансы вырваться из медвежьей хватки дородного мужчины были ничтожны. Барахтаясь в его руках, я выкрикивала в адрес Милады ругательства, совсем не достойные леди.

Выпустив пар, я почувствовала что успокаиваюсь.

– Отпусти меня, – сказала я таким тоном, что слуга не посмел ослушаться.

Непреступно холодная Милада стояла прямо передо мной. Ее гнев выдавали лишь пылающие щеки.