Чтение онлайн

Итак, обнаженный Найджел полулежал на диване в душных парижских апартаментах Эмили, созерцая древний номер лондонской "Тайме". Красно-золотая вспышка -- золотая рыбка вильнула хвостом в аквариуме. Желтый чирик -- канарейка в клетке. Уличный шум Парижа, но без аккордеона. Тянет подгоревшим кофе. И вдруг ожил телефон на полированном приставном столике красного дерева на рю Ашгре Бретон близ Сакре-Кер в Париже. Дотянувшись до него с дивана, Найджел снял трубку и по-французски произнес:

– - Квартира Шумахер, говорит Найджел.

– - Найджел? Это Хоб. Найджел перешел на английский.

– - Мой дорогой друг, как приятно слышать твой голос. Полагаю, ты в Нью-Йорке?

– - Да, но завтра утром вылетаю в Париж. Рейс триста сорок два, "Эр Франс". Найджел, дела принимают очень славный оборот. По-моему, я смогу оплатить traspaso.

– - Вот уж действительно отличная новость, -- согласился Найджел.
– - А то я высушил свои скудные мозги, пытаясь измыслить какой-нибудь способ помочь делу. Но в текущий момент я пал до пожирания кошачьих консервов в апартаментах Эмили Шумахер, пока она ведет la vie bohemienne

в Жуан-ле-Пин.

– - Если чуток повезет, я смогу внести что-нибудь на счет, когда вернусь. Кто знает, может, в этом году детективное агентство "Альтернатива" даже принесет какой-нибудь доход.

– - Слушай, Найджел, ты можешь распоряжаться телефоном там, где живешь?

– - В разумных пределах, старина, я моту делать что заблагорассудится, кроме распродажи мебели.

– - Я хочу, чтобы ты позвонил Гарри Хэму на Ибицу. Я пытался пробиться к нему, но не застал. Скажи ему, что я возвращаюсь на Ибицу с деньгами по traspaso, и если Богу угодно, то задолго до пятнадцатого июля, когда выходит срок.

– - Скажу. Откуда столь внезапно свалившееся на тебя богатство?

– - Помнишь Макса Розена? Агента по моделям?

– - Да, помню.

– - Ну, он заграбастал меня тут в Нью-Йорке. Ему нужно, чтобы одна модель была завтра в Париже. Что-то там насчет важной работы для нее. Модель года и все такое. Он платит мне десять тысяч долларов за ее доставку. Плюс бесплатный билет до Парижа.

Найджел присвистнул себе под нос.

– - Тебе что, надо вытянуть ее из тюрьмы или что-то в том же роде?

– - Просто она нужна ему в Париже, и он готов заплатить мне, чтобы я позаботился о ее доставке. Не наше дело, почему. Увидимся послезавтра, Найджел. Завтра я вылетаю рейсом "Эр Франс" из Нью-Йорка. Ты все понял насчет traspaso?

– - Можешь положиться на меня, старичок. До скорой встречи.

Найджел задумчиво оделся, гадая, не разберется ли в этом деле Жан-Клод. Надо позвонить ему, а потом сразу же браться за traspaso.

Позвонил Жан-Клоду. Тот поднял трубку после первого же гудка. Они договорились встретиться через полчаса. Затем Найджел набрал номер Гарри Хэма на Ибице, надеясь застать его в баре "Эль Кабальо Негро" в Санта-Эюлалиа. И пока ждал соединения, все поджимал губы, покусывал Кончики усов и дергал себя за бороду, раздумывая о Максе Розене и о том, с какой стати тот раз в двадцать переплачивает за услуги Хобу, которого толком и не знает. Это надо обмозговать.

ГЛАВА 19

Аврора быстро собрала вещи, взяв чемодан из свиной кожи. Визит к стоматологу она уже отменила. За квартиру надо будет платить только через две с половиной недели. К тому времени станет ясно, сколько продлится пребывание в Париже. Тогда и решать, как быть дальше А пока надо просто попасть туда

Она стояла посреди своей прекрасно обставленной квартирки на Восточной Шестьдесят шестой улице близ Ист-Ривер-Драйв, одетая лишь в юбочку, лифчик и розовые шлепанцы, и прихлебывала обогащенный персиковый нектар, якобы восполняющий нехватку витаминов, утрачиваемых при злоупотреблении наркотиками.

Сквозь венецианские жалюзи пробивались косые лучи солнца. За окном пульсировал, рокотал и корчился Манхэттен на свой обычный и неповторимый лад. Аврора стояла перед окном -- высокая и стройная даже в шлепанцах без каблука; длинные золотисто-рыжие волосы под Риту Хейуорт в "Даме из Шанхая" небрежно рассыпаны по смугловатым плечам. Она совершенно непроизвольно очаровательно надула полные губы, сказав себе: "Лады, деточка, теперь встает деликатный вопрос о том, как отделаться от Эмилио".

Эмилио -- переодетый агент АБН, ухлестывающий за ней. С ним назначено свидание нынче вечером в восемь часов в баре "Карнавал" на Западной Семьдесят второй. А еще Эмилио звал ее съездить с ним на выходные в Манток на рыбалку. У него в распоряжении роскошный коттедж какого-то парня из мафии. Аврора уже более-менее согласилась сопровождать его, но затем одумалась. А теперь, в свете грядущей утром поездки в Париж, необходимо отменить Манток и расстроить вечернее свидание. Надо еще сделать кое-какие дела. Кроме того, он принадлежит к ее прошлой жизни, а с ней Аврора собралась покончить Однако как расстроить свидание?

Позвонить ему? Но ей совершенно неизвестно, где искать его до самого свидания. Звонить ему в штаб-квартиру АБН нельзя, потому что Эмилио и невдомек, что Авроре известен настоящий род его занятий. Сам он отрекомендовался как ушлый малый с хорошими связями и без явных источников дохода. Может, заглянуть в спортклуб "Пять очков" и сказать ему? На самом деле ей не хотелось так поступать. В последнее время Эмилио держится очень по-собственнически, будто имеет на нее какие-то права. Авроре это пришлось не по душе. Все чаще и чаще она возвращалась мыслями к тому, что связь с Эмилио пора прекратить Он был забавен на свой грубый, буйный, чуточку злобный манер, ну и хватит на том, как сказала бы ее подружка-еврейка Сара Дитер.

И чем больше Аврора об этом думала, тем неуютнее ей становилось при мысли, что придется лично сообщить Эмилио о своем отъезде. Он слишком дотошен. Слишком настырен Ну и гори он синим пламенем, сделать это придется.

Наконец-то решившись, она подошла к гардеробу и начала выбирать наряд для встречи.

ГЛАВА 20

"Ля Пи Ажиль" -- небольшой, не слишком интересный парижский бар, пропахший типично парижскими ароматами опилок и черного табака, винного и пивного перегара. Внутри сидело с полдюжины человек -- рабочих из этого квартала. Черно-белый телевизор показывал футбольный матч, но никто не проявлял особого интереса. Прибытие "Бужоле" нового урожая дало людям повод выпить; впрочем, они в таковом и не нуждались, жизнь сама по себе, а алкоголь сам по себе.

Найджел сел под открытым небом на террасе, подняв воротник пальто от резкого, неожиданно свежего ветра. Одет он был замечательно: в твидовый костюм "Сэвил Роу" той разновидности, которые с возрастом только выигрывают -- настоящее благо для джентльмена, не имеющего возможности менять костюм каждый год или каждые десять лет. Притом он курил длинный окурок, найденный здесь же в пепельнице. Когда подошел официант, Найджел заказал чашечку кофе и графин простой воды. На террасе было зябко, но он впервые за три дня покинул стены апартаментов Шумахер.

Не успел он докурить, как подоспел Жан-Клод, грея руки дыханием, -- на костлявых плечах мешковатый сине-красный свитер, черные волосы зализаны назад на латиноамериканский манер "жиголо", на губах -- привычная ухмылка.

Сунув руки в карманы, Жан-Клод плюхнулся на металлический стул. А как только подошел официант, заказал черный кофе для себя и кофе с бренди для Найджела.

Жан-Клод тоже сидел на мели, но не так серьезно, как Найджел Он мог позволить себе питаться, хотя в "Ле Ша Вер" подают, пожалуй, худшие блюда во всем Париже. Так называется ночной клуб в одном из зловещих переулочков в стороне от рю Бланш в Пигаль. Там Жан- Клода кормили один раз в день в обмен за усмирение клиентуры и исполнение роли телохранителя владельца-иракца, пребывающего не в ладах с каким-то людьми, посланными с родины батистской партией, чтобы вправить ему мозги. Чем он им насолил, давным-давно забылось. Никто даже смутно не догадывался, чем же нехорош аль-Тарги, зато все знали, что с ним еще предстоит посчитаться. Но только не во время дежурства Жан-Клода.