Между строк
Шрифт:
— Этот дом стоил не тридцать миллионов.
— Ладно. Тридцать пять.
Он усмехается и качает головой.
— Мне не стыдно за твою машину. Это просто смешно, Хаос.
— Ты ее купил?
Я указываю на «Ауди».
— Арендовал, — говорит он. — Вроде как.
Я смотрю на ключи в руке. Такие невинные на вид – пластиковый брелок с большой кнопкой.
— Ты со мной это не обсуждал.
— А нужно было?
— Мне, кстати, нравится моя машина, — говорю я.
Это ложь. Моя машина умирает медленной смертью уже несколько месяцев, но я все время уговариваю себя подождать до очередной зарплаты, прежде чем покупать новую. Моя Хонда все еще ездит, и это главное.
Эйден скрещивает руки на груди.
— Что тебе в ней нравится?
— Много чего.
— Назови хоть что-нибудь.
— Мне не нужно перед тобой оправдываться. Тебе не стоило покупать мне машину.
Паника нарастает, сжимая мою грудь.
— Это не имеет никакого отношения к... Эйден, лучше бы не имело.
— К чему?
Но я вижу по его прищуренным глазам, что он прекрасно понимает, о чем я говорю.
— К нам. К тому, что мы договорились, что между нами не будет никаких чувств и это не помешает нашей работе.
— Я знаю, о чем мы договорились. Эта машина не нарушает ни одно из этих правил.
Я повторяю его позу, скрещивая руки на груди. Его взгляд опускается на мою грудь и задерживается там на секунду дольше, чем нужно. Точно. Я в бикини, и треугольнички моего топа не оставляют простора для воображения. Что, впрочем, было неплохо, ведь я просто загорала у него на заднем дворе и перечитывала написанные главы.
— А ты бы сделал это для другого своего сотрудника?
Он поднимает глаза.
— Да. Я забочусь о людях, с которыми работаю, и об их безопасности.
— На какой машине ездит твоя помощница Елена?
— На «Тойоту Приус».
Я прищуриваюсь.
— А Эрик?
— Он ездит на «Хонда Цивик». Гораздо более новой модели, чем твоя.
Я закатываю глаза.
— Ты это знаешь только потому, что они оба регулярно приезжают сюда и паркуются прямо у твоего дома.
— И что? Главное, что я это знаю.
— Но ты же не даришь им новые машины.
— Нет, потому что они ездят на безопасных машинах.
Я качаю головой, слишком поздно вспоминая, что у меня на макушке солнцезащитные очки. Я ловлю их как раз перед тем, как они достигают земли.
— Ты не можешь знать этого наверняка. Ты просто предполагаешь. Боже, Эйден, что мне делать со своей машиной?
Он колеблется на мгновение, и по этой паузе я понимаю, что он хочет сказать: «Избавься от нее». Неужели это действительно аренда? Но он пожимает плечами.
— Давай я отвезу ее в сервис, а потом мы поставим ее в мой гараж.
— Мой отец ремонтировал ее полгода назад.
— Старым машинам нужно регулярное техобслуживание.
— Просто признайся. Ты делаешь это, потому что...
Я не могу произнести эти слова, и вдруг они кажутся глупыми. Слова, которые не стоит произносить вслух под палящим солнцем на открытом воздухе.
— Из-за чего, Шарлотта?
Он делает шаг вперед, а затем еще один.
— Я помню правила. Эта машина твоя, пока ты живешь в Лос-Анджелесе. В ней хороший кондиционер. Она отлично справляется с местными холмами. Не будь дурочкой и просто прими ее.
— Я не дурочка.
Он закатывает глаза.
— Конечно, нет. Ты самый умный человек из всех, кого я знаю, иногда даже слишком умный. Но ты так упрямишься.
Я прохожу мимо него и иду босиком по горячим камням к подъездной дорожке. Солнце греет мою кожу, и я опускаю глаза, чтобы убедиться, что мои трусики на месте.
Эйден следует за мной.
— Ты была у бассейна?
— Да.
Гнев все еще пульсирует во мне. Я не дура. Я очень старалась не быть такой, и он не может вывалить на меня это только потому, что я не сдаюсь и не принимаю его решения без моего участия.
Он упомянул правила. Это единственное, за что я цепляюсь, даже когда он называет меня «сладкой». Никаких эмоций. Никаких сложностей.
А он дарит мне машину?
Блестящий серебристый «Ауди Джи3» выглядит огромным рядом с моей старой тускло-красной Хондой. Ненавижу, что новая машина выглядит красиво. Должно быть, на ней так приятно ездить.
Что-то сжимается в груди. Я не знаю, как себя чувствовать и как с этим справиться.
— Просто прокатись, — тихо говорит он рядом со мной. — Ради меня. Мне станет легче.
— Ты хочешь сказать, что я сделаю тебе одолжение?
— Да, ради бога, Хаос. Да.
Я смотрю на него краем глаза.
— Помнишь, какую сделку мы заключили в гардеробе на благотворительном вечере? Все, о чем я тебя попрошу, ты можешь попросить у меня. Это касается обеих сторон.
Его челюсть сжимается.
— Что ты имеешь в виду?
— Если ты попросишь меня прокатиться на этой машине, я попрошу тебя поехать на моей.
Эйден долго молчит. Здесь, на холмах, в этом богатом районе, Лос-Анджелес поразительно тихий. Я и не знала, что в большом городе может быть так тихо.
— Ты не серьезно.
— Почему?
Он проводит рукой по подбородку.
— Черт, ты все усложняешь.
— Не думаю, что я тебе понравилась бы, если бы со мной все было просто, — говорю я.
Слова кажутся болезненно точными. Я годами воспитывала в себе человека, который может постоять за себя. Который дважды проверяет каждый контракт, который невероятно умен, сообразителен и всегда читает между строк.
— Садись в мою машину, — повторяю я.
— Нет, я не могу так, Хаос.
— Это испортит твой имидж?
— Да, — бормочет он. — Черт, ты это хочешь услышать?
— Я хочу, чтобы ты был честен. Это ведь не аренда, да?
Он смотрит на меня. Я смотрю на него в ответ. Слово «глупый» эхом крутится у меня в голове.
— Нет, это не аренда, — говорит он. — Это была бы пустая трата денег.
— А покупка новой машины не пустая трата?
Эйден выдыхает.
— Деньги не проблема.
— Ты только что сказал, что не воспользуешься арендой, потому что это выкачивание денег, так что очевидно, что деньги тебя действительно волнуют.