Чтение онлайн

— Убери это.

Она снова хихикает. Я не привык слышать от Шарлотты этот звук, и, черт возьми, он пронзает меня, как стрела.

— Ладно, ладно. Думаю, ты не заинтересован в таком...

— Давай не здесь.

Я провожу рукой по волосам.

— Это новое начинание Мэнди. Ей всегда было любопытно попробовать, но в прошлом году она... ну... решила рискнуть.

Есть что-то освобождающее в крахе доброго имени нашей семьи, сказала мне сестра. Ей больше нечего доказывать. Она могла бы просто быть Мэнди Хартман и работать в компании, занимающейся дизайном секс-игрушек.

— Это вдохновляет. Она такая смелая.

— Да, она такая.

Я откидываюсь на спинку дивана и просто смотрю на Шарлотту. Возбуждение закипает во мне от одного вида ее такой раскрепощенной и счастливой. Мы достаточно далеко от остальных, чтобы я мог вообразить, что ее прозрачное платье надето только для меня. Но ревность не ушла полностью. Она притаилась и грозится вырваться наружу. Я сбрасываю пиджак и держу его наготове, чтобы отдать Хаос, если кто-то попадется на нашем пути.

Она садится рядом со мной на диван. Верхняя часть ее плеч розовая.

— Ты загорела, — говорю я ей.

— Я сегодня бегала, — говорит она. — Мне нравится местное солнце.

Я провожу большим пальцем по покраснению.

— А ему твоя спина не очень.

— Эйден, — говорит она. — Здесь все загорели. Ты чертовски загорелый, даже если у тебя оливковый цвет лица. Это несправедливо.

— Оливковый цвет лица, — медленно повторяю я. — Что это значит?

Она закатывает глаза.

— Неважно. Завтра я нанесу больше солнцезащитного крема. Тебя это устроит?

Я наклоняюсь, чтобы поцеловать ее в плечо.

— Твоя бледная кожа прекрасна. Не дай ей изменить цвет.

От этого короткого прикосновения у нее перехватывает дыхание.

— Так... твоя сестра, — произносит она. — Она говорила, что здесь есть одинокие женщины, с которыми она хочет тебя познакомить.

Я стону.

— Не обращай внимания.

— Она часто занимается сватовством?

— Нет, она все равно никогда не преуспеет в этом.

— Потому что у важного генерального директора «Титан Медиа» нет времени на свидания.

Ее рука ложится мне на плечо, пальцы скользят по мышце. Кажется, она не осознает, что касается меня. Она пьяна и счастлива. Моя грудь расширяется, и по ней разливается тепло.

Черт, эта женщина. Она меня прикончит.

— Не всегда. Как и у тебя.

— Как у меня, — соглашается она. — Но когда ты это делаешь... Я тут подумала. В подарочном пакете есть карточка для бинго. Я пока не разглядывала ее внимательно. Но это список позиций.

— Ты спрашиваешь меня о моих сексуальных предпочтениях, — говорю я. — Это очень навязчиво. Ты собираешься включить эту информацию в книгу?

— Конечно, нет!

Я кладу руку ей на колено.

— Конечно. Ты спрашиваешь, что меня больше всего возбуждает.

— Квартальные отчеты? Когда твоя прибыль растет?

Я закрываю глаза и притворяюсь, что дрожу.

— Не возбуждай меня, Хаос.

Ее смех сладкий. Он наполняет теплый воздух, и она тянется за своим пакетом с подарками.

— Ты такой идиот.

Она меня делает таким. Когда она рядом, никого нет, кроме нее. Так продолжается уже несколько недель. Моя рука скользит все выше по ее голому бедру.

— Меня возбуждает чужое удовольствие. Твое удовольствие.

У нее перехватывает дыхание.

— О.

— Знаешь почему?

— Нет, — шепчет она.

— Потому что ты не можешь притворяться.

Я наклоняюсь и касаюсь губами ее щеки. Я смотрю мимо нее на вечеринку и толпу людей. Никто не обращает на нас внимание.

— Некоторые женщины думают, что могут имитировать оргазмы. Но это не так. Твои оргазмы настоящие. И их нужно заслужить.

— Ого.

— Мне нравится, когда ты кончаешь, Хаос. Ничто другое не доставляет мне большего удовольствия.

Она слегка откидывается назад, широко раскрыв глаза.

— Ты ревновал. Там. Да?

— Я все еще ревную.

— Почему? Я же здесь, с тобой.

Я поднимаю руку, хватаю ее за бедро и многозначительно смотрю на прозрачные кружевные треугольники, образующие верх ее так называемого платья.

— Эта штука должна идти в комплекте с настоящим бюстгальтером.

— Бюстгалтера не было. И у других здесь более откровенные наряды, чем у меня.

Я снова смотрю на толпу. Это правда. Но она не все.

Моя рука поднимается выше, и я касаюсь нижней части ее маленькой упругой груди.

— Все видят ее.

— Это всего лишь грудь. К тому же, крошечная.

Я стону, и ее соски затвердевают, превращаясь в пики. Я поднимаю большой палец вверх и провожу по контуру одного из них сквозь нежное кружево.

— Любой может увидеть нас, — шепчет она, но не отстраняется.

— Ты заслоняешь обзор.

Я встречаю ее взгляд пронзительным взглядом.

— Не выходи и никому это не показывай.

Ее улыбка становится шире.

— Но как же я буду развлекаться на вечеринке?

— Надень пиджак.

— Это было бы немного подозрительно, не правда ли?

Она резко встает, подол платья обнимает ее голые бедра. Она хватает свою сумку с подарками.

— Я знаю, что здесь есть секс-игрушки. Может, мне просто пойти и найти кого-нибудь, с кем я смогу ими воспользоваться.

— Шарлотта, — мрачно говорю я.

Она делает еще один шаг назад, ее улыбка становится шире.

— Я сейчас развернусь. Через три, два, один...

— Не смей.

— Поймай меня, — говорит она и, танцуя, удаляется в ночь в самую гущу вечеринки.

Шарлотта

Я пробираюсь сквозь толпу. Везде обнаженная кожа и красивый шелк или кружево. Кто-то в пижамах, кто-то в коротких пеньюарах. Сама Мэнди в восхитительном красном шелковом халате. Я провела первую часть вечера, болтая с ней и ее подругами об их компании.