Между светом и тьмой
Шрифт:
— Ну, что доигрались, лихачи? Я долго терпела все ваши выходки, пренебрежительно махнув на них рукой, но с меня достаточно. Вы все будете наказаны. И ты также Лили, за свой необдуманный рискованный поступок. Чтобы впредь, не было подобных инцидентов, я накажу всех, без исключения. Даже тебя Ольвия. Вы все одинаково виновны. Вы меня поняли? — строго пригрозила им Ирена.
— Да.
Дети виновато потупили глаза вниз. Они даже не пытались спорить с разгневанной матерью, которая впервые предстала перед ними в подобном виде. Ее грозный тон, вселил в детей страх и благоговение перед ее авторитетом. Она впервые наказала их, но не это пугало детей. Они впервые, видели перед собой, не мягкую любящую, иногда строгую мать, а грозную, сильную непоколебимую королеву.
— Когда вы вернетесь, у нас состоится еще один серьезный разговор, который касается доверия.
Одним легким прыжком взлетев в седло, Ирена взлетела в небо и унеслась назад в замок. Дети стояли в полном молчании. Им казалось, что даже лес замер, птицы перестали петь, ветер утих, и листва не опадает. Даже в воздухе ощущалось напряжение. Они осознавали свою вину и ошибку. Не проронив и слова, дети сели на своих лошадей и повернули их назад в сторону дома. Лилия села вместе с Арно, ее лошадь напуганная скрылась в неизвестном направление.
Эвенор прорвался вперед, поражая на смерть всех, кто становился у него на дороге. В порыве, захлестнувшей его ярости, он рубал вражеских солдат, не замечая вопли ужаса вокруг себя. Свой лазерный пистолет, он давно, где-то уронил. Размахивая двумя острыми мечами, Эвенор прокладывал себе путь, что стелился за ним окровавленными телами. На его глаза опустилась кровавая пелена, телом овладело всепоглощающее бешенство и жажда убивать. С грозным рычанием, Эвенор набрасывался на все наступающие силы диких племен. Он не думал, что это такие же живые существа как и он, которые ценой своих жизней, защищают свое право на свободу. Им овладело пустое холодное чувство ненависти, которое толкало его на массовое убийство без тени сомнения. Все кто приближался к нему с оружием в руках, падали замертво от его ударов. Его тело в порыве бешеной лихорадки, ничего не ощущало: ни боли, ни усталости, а только жажду крови. Он нанес последний смертельный удар, и враг пал к его ногам. Дыхание Эвенора участилось, сердце учащенно колотилось.
Оглянувшись, Эвенор вздрогнул, ужаснувшись той жуткой картине, что предстала перед его глазами. Пелена ярости спала и он, только сейчас прозрев, увидел то, что натворил собственными руками. Горы окровавленных трупов застилали поле. Солдаты армии Азота, никого не пощадили. Таков был приказ императрицы. А ведь, среди повстанцев были совсем еще юные создания, почти дети.
— «Что же он натворил? Неужели, это я все сделал?»
Омерзение к самому себе, охватило его разум. Он ненавидел себя. Горький привкус желчи, появился у него во рту, ком подкатил к горлу и сдавил дыхание. Запах крови и ужасы последствий бойни, вызвали тошноту.
— «Я чудовище. Почему, я не погиб? Почему, Господь оставил жизнь, такому мерзкому созданию как я? Я ведь, хотел погибнуть от вражеской руки».
Солдаты Азота, стояли в стороне от Эвенора, онемев от увиденного и, молча взирали на своего капитана, который один положил больше сотни повстанцев. Они были поражены той агрессией и яростью бешенного экстаза, в который впадал их предводитель во время битвы. Сердца солдат наполнились восхищением, но в тоже время, трепетали от страха перед грозным непобедимым капитаном.
Над потемневшим небом, сгустились тяжелые тучи, опуская на головы солдат проливной ливень. Капли дождя падали на Эвенора, смывая с него капли пота смешанные с кровью, то ли его, то ли убитых им воинов. Замерев, он стоял, с горечью оглядывая поле брани. Его глаза расширились от ужаса. Грудь сдавило чувство вины и презрения к себе. Эвенор бессильно упал на колени, зарываясь руками в грязь. С его глаз капали слезы, орошая окровавленную землю. Тело воина затряслось в рыданиях и ознобе. Подняв свою голову вверх к небесам, он издал душераздирающий крик.
— Почему? Почему, вы не дали мне умереть?
Эвенор забил руками по грязи, брызги которой разлетались по сторонам. Он почувствовал легкое прикосновение к своему лицу. Подняв лицо, он отшатнулся, увидев перед собой призрак отца. Окутанный светом образ отца смотрел на него с любовью и жалостью.
— Ты должен жить. Твое время еще не пришло.
Голос призрака звучал как будто бы из того света и веял прохладой.
— Отец, я не могу. Мне больно. Забери меня с собой.
— Нет, еще не время. Ты не осуществил еще своего предназначения. Твоя функция на этом свете пока еще не выполнена. Не сдавайся, ты у меня борец. Все боли сгладятся, хмурый день всегда, сменяется солнцем.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Живи мой сын. Прощай.
Образ призрака рассеялся в воздухе и исчез.
— Нет, не уходи. Что меня ожидает?
Ей снился странный сон, но в тоже время как бы и не сон. Темный глубокий лес, высокие древние деревья, окутанные густым туманом. Узкая тропа уводит ее в никуда. Небо закрывают густые сплетенные между собой ветви. Большие черные птицы расселись по ветвям и огненными глазами взирают на нее. Она одна стоит среди темного глухого леса в длинном белом платье и распущенными волосами, которые волнами спадают ей по пятки. Ее чело украшает золотая корона.
Темень сгущается вокруг нее, призрачные тени, что появились из глубины леса, все ближе к ней. Глухие холодные голоса шепчут ей на ухо невнятные слова. Голоса леса становятся все громче и настойчивее, отдаваясь эхом по округе. Они все ближе и ближе, с каждой минутой все громче нарастают их крики и ей невозможно укрыться от них, и нет сил убежать. И вдруг, голоса смолкли и едва уловимый свет луны, осветил узкую тропу. Босыми ногами, она ступает по тропе и углубляется все дальше в лес. Ей кажется, что за ней следят тысячи глаз. Их горящие фосфорические острые взоры преследуют ее.
Тропа уводит ее в темноту. Страх все больше нарастает. Этот лес — мир давно умерших, пристанище духов воинов былых времен, легендарных существ и жестоких хищников. Она проникла за грань скрытого от глаз людей, невидимого мира. Мира — запретного для смертных. Леса, где каждого проникшего без разрешения, поджидает опасность на каждом шагу. Опасность, которая витает в этом мире повсюду, она скрыта среди деревьев вечного леса, прячется за каждым камнем, следит глазами хищников и слышит ушами ветра и листвы. Но духи ее не трогают. Они следят за ней, ведут за собой и шепчут на ухо что-то. Тропа исчезла, и мрак прорезал яркий свет…
Ее разбудили теплые лучи солнца, что легли на веки. Открыв глаза, Ирена взглянула в окно, солнце давно уже взошло. Поднявшись, она вспомнила, что так и не смогла вчера поговорить с детьми. Однако не стоило надолго откладывать волнующий ее разговор. Одевшись в костюм серого цвета с облегающим ее талию пиджаком и юбкой в форме тюльпана, она спустилась вниз.
После завтрака, королева позвала детей в кабинет, чтобы поговорить.
— Мне стоило раньше задать вам этот вопрос, но все как-то быстро закрутилось, и другие проблемы заняли мое внимание.