Междулистье
Шрифт:
– И даже от Люмилии? – Бейрик с ехидством улыбнулся.
– Ну не думаю, что она заслужила такое. Все же, это опасно, и потом будешь себя корить всю жизнь, – покачав головой, сказала Элия.
Неожиданно, из-за их спин появилась Люмилия.
– Что я не заслужила? – осторожно прошептала она.
– Да мы с Элией вот подумываем, что она будет делать, когда сойдет с корабля, – поспешил вставить свое слово Бейрик, пока Элия не сказала ей первой какую-нибудь колкость.
– У тебя очень редкое имя, Элия. Много лет запрещено так называть детей, – не отрывая глаз от девушки, сказала она.
На это Элия только хмыкнула и послала смачный плевок в море. Бейрик огляделся вокруг, убедившись, что никто не слышит их.
– А чего это она тебя так заинтересовала?
– Бейрик, вот только не надо мне сейчас начинать рассказывать сказки о ней. Я видела «знак дракона» у нее на ноге. И будьте благодарны случаю, что никто кроме меня не увидел. А то бы тут такое началось!
Элия встревожено поправила платье, и с опаской посмотрела на каждого на палубе. Но люди были заняты каждый своим. Похоже, что никто и вправду не обратил на «ожог» особого внимания. Только изредка на них поглядывали и покачивали головами.
– Я не собираюсь выдавать ваш секрет, раз уж вы им так дорожите. Но впредь будьте осторожней, когда решите платье перед всеми до пупа задирать, – улыбаясь, сказала Люмилия. – И еще… Я очень рада нашему знакомству, Ваше Величество. Хоть оно и было столь неоднозначным.
С этими словами она подмигнула Элии и убежала обратно к музыкантам.
– Как я тебе и сказал, Люмилия тебя не будет больше доставать, – улыбаясь во весь рот, подытожил Бейрик.
– Я теперь так рада, что прямо сейчас начну песни в ее честь сочинять, – съязвила Элия.
– Во всяком случае, это куда лучше, чем терпеть ее нападки весь путь. Вот еще окажись все на поверхности часик тому назад, я еще больше был бы счастлив, – вздохнув, пробубнил подмастерье.
– Зато с девушкой хорошо провел время. Это тебе тоже подарок от меня, – расхохоталась Элия.
– Не думайте, Ваше Величество, что Вам все будет сходить с рук. До Хиндалина вы все еще остаетесь моей гостьей.
– О, я и забыла, мастер Бейрик. Слушаюсь и повинуюсь, – заливаясь от хохота, не унималась Элия.
Люмилия посмотрела в их сторону и улыбнулась, вероятно, догадавшись о происходящем разговоре.
– Если ты не возражаешь, я еще побуду здесь. Эта тишина меня успокаивает, – сказала Элия и положила подбородок на ладони.
– Конечно. Если что, я буду в каюте.
Бейрик кивнул Элии и быстрым шагом направился в нижние отсеки.
Глава пятая.
Остров Эмири.
Паэлий осторожно шел по тропе, призывая держаться Неоллу позади него и остерегаться кустов. На остров опустилась такая тягучая тишина, что даже хруст травы под ногами был еле слышен. Она вонзалась в уши со свистом, изредка, словно из-под воды, донося речь отца. Неолла сжимала уши ладонями, но становилось только еще тише. И воздух словно загустел, дышать становилось все трудней и трудней. Ни единого дуновения ветра не доносилось вглубь острова, где жила семья Саэгли.
Неолла, ступая след в след за отцом, следила за окружающими их кустарниками и, выставив кулаки, ждала нападения из-за каждого поворота. Неподалеку промчалась стая супельмункий, но, так и не заметив чужаков, унеслась в противоположном направлении. Лес наполнился бурной жизнью. Что-то всколыхнуло его привычную безмятежность.
А на листьях кустов покачивалась серебристая роса, искрясь в редких солнечных лучах. Высокие заросли кустарников и тянущихся вверх крючкообразных растений затеняли местность, сгущая мрак. Неолла старалась не показать своего испуга и только криво улыбалась, когда отец поворачивал голову, чтобы удостовериться, что с ней все в порядке.
Дом Саэгли уже был близко. Но пока стояла тишина, и ничего не выдавало, что здесь произошло что-то ужасное, как и в доме Эмири. Паэлий всем сердцем надеялся на лучшее. Дван Саэгли был очень вспыльчивым мужчиной, и можно было полагать, что ему вряд ли понравится вторжение Рантов на его территорию. Но ситуация была из ряда вон выходящей. Во что бы то ни стало, нужно было предупредить их о происходящем на острове.
Паэлий и Неолла вышли на открытое пространство, залитое ярким полуденным солнцем, и осмотрелись. Неолла была здесь впервые. В этой части острова ей запрещалось появляться. Каждая из семей поселилась на отдельной территории и жила обособленно. Это только Паэлий Рант и Кенджи Эмири с сыном, втайне от Саэгли, сговорились охотиться вместе. Особенно после того, как несколько семей были убиты животными на охоте, а иные погибли в собственных постелях, не пожелав заблаговременно обезопасить свои дома.
Семья Саэгли состояла из трех человек: Двана Саэгли, его жены Ниоры, и их взрослой дочери Цэчимы. Все трое не отличались учтивостью и доброжелательностью. Правда, Сэту Эмири очень была по нраву их дочь. Более красивой девушки на острове было не сыскать. Высокая, с волосами цвета вороньего крыла, Цэчима словно сошла со страниц книг, хранящихся в доме у Рантов. Неолла несколько раз пересекалась с ней на восточном пляже острова, но девушка всегда была замкнутой и отстраненной. Она никогда не купалась в море с остальными детьми, а сидела на песчаном берегу и смотрела куда-то вдаль. И никто не нарушал ее одиночества. Дван Саэгли отсек все попытки соседей к общению, и они поселились в самой глубине острова, куда мало кто заходил.
Паэлий осторожно, не касаясь ветвей, сделал несколько шагов вперед и подозвал к себе дочь.
– Ты сиди здесь и, если что случится, беги к дому. Дорогу запомнила?
Неолла утвердительно кивнула и легла в траву. Девочка неотрывно следила за каждым шагом отца, пока тот не оказался у ограды. Она слышала его голос, который словно эхо долетал до нее. Отец позвал по имени всех Саэгли, но никто не ответил на его призывы. Неолла лежала на теплой траве, и зеленые острые кончики щекотали ее открытые ноги. Она перевернулась на спину и замерла. Над ней парило странное насекомое. Огромное, похожее на земляных жуков, только с крыльями как у летучих мышей. Оно вперило в нее взгляды многочисленных глаз и зловеще зависло над ней. Его мохнатые лапки потянулись в ее сторону. Но встревоженное чем-то, оно резко взмыло вверх. Послышался хлопок и, будто вывернутое наизнанку, насекомое исчезло в ту же секунду. Только маленькая светящаяся капелька успела соскользнуть с его крылышка, и стала падать вниз.
Неолла, итак до чертиков напуганная, зажмурила глаза и попыталась успокоиться. Она старалась думать о том, что ничего не произойдет, и эта капля упадет рядом с ней в траву. Но ее ожидания не сбылись. Прозрачная капля упала прямо ей на лоб. Неолла почувствовала, как тело ее стало горячим. Капля растеклась по лбу тонким слоем и устремилась к краешкам глаз, исчезая под веками девочки. Все вокруг перед ее глазами заволокла золотистая дымка. Неолла вздрогнула и вскочила на ноги.
В этот момент раздался еще один хлопок, и дом Саэгли разлетелся на куски. Но тут же обломки, среди которых она увидела своего отца, снова сошлись воедино, и сплющились в маленький комок, исчезнув с оглушительным грохотом. Неолла попыталась закричать, но ни единого звука не вырвалось из ее рта. Только жар внутри тела все усиливался. Она, что есть сил, побежала к месту, где еще минуту назад стоял дом, но упала на колени, почувствовав себя плохо.
Девочка попыталась снова встать на ноги, но резкая боль пронзила ее голову. Из глаз потекли слезы и были они такие же серебристые, как и капля. Она посмотрела на свои руки и ужаснулась, увидев, что они светятся изнутри. На указательном пальце, под ногтем, мерцали две зеленые точки. Она поднесла его к лицу и увидела маленькую головку неизвестного ей существа, которая тоже смотрела на нее и моргала. Приступ паники сдавил горло Неоллы, и она упала навзничь, в траву. Всего одного раза хватило ей моргнуть, чтобы исчезнуть с острова Эмири, переносясь из одного мира в другой через портал Междулистья.