Чтение онлайн

– Никогда не видел раньше такой техники, – сказал я, любовно поглаживая рукой по плоскости крыла треугольной формы.

– Это и неудивительно, – объяснил Евгений Иванович, приглашая нас по небольшому трапу подняться на борт. – Этот самолет сделан по спецзаказу. Один мой очень хороший знакомый, проработавший в военной промышленности всю свою жизнь и сокращенный в связи с конверсией, создал его по своим чертежам и за свои деньги. Когда он обратился в государственные инстанции с предложением запустить эту модель в серийное производство, его, мягко выражаясь, послали подальше. Тогда он пришел ко мне. По правде говоря, сначала я с прохладцей отнесся к его идее, но потом, когда он рассказал об уникальных технических характеристиках самолета и показал их на этом экземпляре, я всерьез задумался над его предложением.

– Какие же это характеристики? – поинтересовался Сергей Иванович.

– Вообще-то это пока секрет фирмы. Но вам, так и быть, скажу. – Евгений Иванович провел нас в пассажирский салон, усадил в удобные кресла и продолжил: – О комфортабельности можно не говорить. Вы сами все видите и, надеюсь, по достоинству оцените некоторые нововведения. – Он обвел рукой маленький, но очень современно оборудованный салон.

И правда, говорить здесь было не о чем. Это помещение напоминало скорее, уютно обставленную гостиную, а не привычный пассажирский салон воздушных лайнеров, на которых всем нам доводилось летать. Здесь были и телевизор, и аудиоцентр, и телефон. Но больше всего лично меня удивили кресла, в которых мы сидели. Дело даже не в том, что они и приблизительно не напоминали обыкновенные самолетные кресла. Меня поразило другое. Эти кресла не были закреплены и их можно было свободно передвигать по всему салону.

– Магнитное крепление, – объяснил Евгений Иванович, заметив мое удивление. – Бортовой компьютер в случае необходимости включает электромагнит и заставляет кресла принять нужное положение. Здесь есть еще много технических новинок, о которых можно с гордостью рассказывать, но не это главное. Самое основное качество этого самолета – скорость. Как вы думаете, с какой максимальной скоростью он может летать? – спросил он, обращаясь ко всем.

– Две-три тысячи километров в час, – первым ответил Сергей Иванович.

– А ты как думаешь, Алекс? – спросил у меня Евгений Иванович, ничего не ответив своему брату.

– Думаю, тысяч пять, – ответил я, вспомнив весьма своеобразную форму воздушного судна.

– Сейчас вы очень удивитесь, – высокопарно заявил Евгений Иванович и обвел нас взглядом. – Этот корабль может развивать первую космическую скорость!

– Что? – не поверил я.

– Да, первую космическую скорость, – подтвердил он. – Конечно, мы не летаем с такой скоростью. Слишком большая нагрузка на двигатель, да и корпус быстро изнашивается от трения об воздух, но в принципе – это возможно.

– Но ведь тогда это уже не самолет, а космический корабль, – заметил я.

– Насколько я понял, изначально так и планировалось. Я ведь уже говорил, что создатель этого воздушного судна работал в военно-космической промышленности. Талантливейший человек, должен вам сказать. Но кому нужны талантливые люди с их, на первый взгляд, бредовыми идеями?!

– Да, времена сейчас такие, – задумчиво проронил Сергей Иванович.

– А когда они были, другие времена? Сколько талантов было загублено в прошлом, когда какой-нибудь партийный бюрократ одним лишь росчерком пера ставил крест на судьбе человека! – От возбуждения Евгений Иванович даже встал и стал нервно прохаживаться по салону.

Однако через несколько секунд он смог взять себя в руки и, горько усмехнувшись, добавил:

– Ладно, чего уж вспоминать. Что было, то прошло.

Я ничего не знал о судьбе этого человека, но по его словам понял, что жизнь, видимо, немало потрепала его и оставила незаживающие рубцы в душе.

– На чем я остановился? – уже окончательно успокоившись, произнес он. – Да, так вот, когда я ознакомился с техническими характеристиками корабля, то понял, что это мой шанс сделать для человечества действительно полезное дело. Я уже дал принципиальное согласие на этот проект и надеюсь, что в ближайшем будущем удастся претворить его в жизнь.

– Ты хорошо подумал, Женя? Это ведь очень рискованное предприятие, тем более что ты никогда не занимался самолетостроением.

– Я знаю, Сережа, что риск очень велик, но это не останавливает меня. У меня появилась цель в жизни, и я буду идти к ней, несмотря ни на что. Я думаю, ты понимаешь меня.

– Да, Женя. Ты абсолютно прав. Когда у человека есть великая цель – это большое счастье. – Сергей Иванович подошел к брату и обнял его. – Я рад за тебя, Женя.

В эту секунду дверь пилотской кабины распахнулась, и на пороге показался молодой человек в форме летчика гражданской авиации.

– Ну, где ты пропадаешь, Володя? Мы тебя уже давно ждем, – произнес Евгений Иванович, освобождаясь из объятий своего брата.

– Извините, задержался в диспетчерской. Никак не могли связаться с Таджикистаном. Мы ведь туда летим?

– Да, Володя. Кстати, познакомься. Это мой брат – Сергей Иванович, его дочка – Лена, а это наши друзья – Андрей и Алекс, – представил нас пилоту Евгений Иванович.

– Очень приятно, – ответил летчик, кивнув нам в знак приветствия.

– Так что там с Таджикистаном? У нас есть разрешение на посадку?

– Пока нет. Нам так и не удалось связаться с главным диспетчером воздушных линий Таджикистана.

– Ничего! Давай взлетай, а потом разберемся. В крайнем случае… – Евгений Иванович запнулся, не закончив фразу, и виновато посмотрел пилоту в глаза.

Тот покачал головой, как бы не одобряя последние слова своего собеседника и, повернувшись, вышел из пассажирского салона.

Я был очень заинтригован таким поведением и, как только самолет взлетел, обратился с вопросом к Евгению Ивановичу, сидевшему в соседнем кресле:

– А что вы собираетесь делать в крайнем случае?

– Все-то ты подмечаешь, – помявшись несколько секунд, заметил он. – Вообще-то это большая тайна. Если кто-нибудь посторонний узнает об этом…

– Могила! – поклялся я.

– Все очень просто, – решившись, просветил меня Евгений Иванович. – Самолет оснащен специальной антирадарной установкой, позволяющей нам в случае необходимости избегать радарного обнаружения.

– Вот это да! – восхищенно воскликнул я. – Этот самолет – действительно чудо техники.

– Мы, конечно, нарушаем закон, используя антирадарную установку, но ты ведь на собственном опыте убедился, что, соблюдая все законы, ничего не добьешься. Я намного старше тебя, поэтому уже давно вывел для себя главный жизненный критерий – не делать зла, а законы… Законы, в конце концов, только очерчивают рамки поведения человека, общепринятые в государстве. Когда у человека есть совесть и честь – ему не нужны законы…

Я молча согласился, просто не зная, что еще можно прибавить к этой мысли.