Межгалактический бардак. Дилогия
Шрифт:
Теперь в роли тараканов выступала она сама...
Девушка в который раз попробовала освободить руки. Бесполезно. Мерзкие макаки связали ее на совесть. С ногами было то же самое.
Задержанной было хоть бы хны - она даже не проснулась. Вот это выдержка. После той прогулки, которую обезьяны им устроили по джунглям, когда все кусты и деревья отыгрались за отрубленные ветки, проснулся бы даже замороженный.
Вынесли их к высокому зданию в форме ступенчатой пирамиды, собранной из голубо - серого камня. Пирамида уже успела зарасти разумными мхами. Мхи то и дело переползали с камешка на камешек, перестраиваясь в прекрасные узоры. Перед ней располагался круглый помост с четырьмя вязанками хвороста.
Идеальное место, чтобы быть сожжёнными заживо.
Пара шимпадрил в длинных, свитых из травы плащах и бусами из цветов, подбежали к костру и кинули туда несколько пучков сухого сена.. От костра пошел сладковатый дымок. Потрясающее сочетание - трава с привкусом молочной карамельки.
Аннета почувствовала, что ее начинает клонить в сон. Нет! Нельзя, нельзя спать, иначе... Да, какая разница, она так уста...
– Ааах!
– зараза - женолюбка до невозможности эротично зевнула и открыла глаза.
– Доброе утро!
Спать мигом перехотелось. И как у нее это удается?
– Милая, ты была просто великолепна!
Каждое пробуждение с дамой Алиса всегда начинала с этих слов, в не зависимости от того, что происходило до.
– Я тебе не милая! Очнись!
– Ох!
– принцесса заметила связанные руки.
– Милая, а мы еще так поиграем?
– Протри глаза, нас сейчас сожгут!
– Правда?
– ДА!
– Ох, милая, потише! - голова девушки все еще гудела. Сказывались последствия удара палкой.
Конечно, Алиса обожала слушать женские крики, но больше - когда те кричат от наслаждения в ее объятиях, а не верещат, раскачиваясь на гигантском вертеле.
Сердце Аннеты разрывалось от несправедливости. За что ей все это?
– Да я - полномочный представитель ГеФорса! По правилам международной Конвенции...
Обезьяны резво подскочили к ней и вымазали лицо чем - то, напоминающим птичий помет. Полицейская замолчала.
– Попробуй прочитай им свой устав, авось проникнуться!
– душевно посоветовала такая же "красивая" принцесса.
Алиса попыталась раскачаться и обрушить палку.
– Гениально!
– ядовито прошипела Аннета.
– И как это я раньше не догадалась?
– О, милая, ты такая хорошенькая, когда злишься!
– Хватит называть меня "милой!"
– Но почему?
Ответ девушки потонул в шимпадрильем реве.
На сцену взобралась высокая и очень худая обезьяна. В своих лапах она держала длинный посох, выточенный из темно - красного дерева.
На голову макаки был нахлобучен деревянный шлем, которые полностью закрывал морду, одета она была не в пример богаче сородичей.
Плащ ее был вышит живыми цветами, в которых безбоязненно порхали бабочки, на шее висели бусы из ракушек и дырявых камушков.
Главная макака торжественно и почти по - человечески развела руками, призывая к тишине. Казалось, перед сценой зависли даже мухи. Для достижения подобного эффекта у советника Гарта ушла бы целая жизнь.
– Ыыынта! Крамы ла мгда гда гда гда!
– А, ну теперь все понятно!
– с усмешкой признала принцесса.
– Правда?
– Аннета настолько отчаялась, что послушно купилась.
– Да, он сказал "А сейчас мы обвенчаем этих двух самок, и будут жить они долго и счастливо! Бананов всем, братья!"
– Прекрати! Нас сейчас съедят эти монстры, а тебе все хиханьки!
– Милая, прости!
– при общении с женщинами эта фраза обычно шла как междометие.
– Но лучше, если бы я висела и ревела? Так тебе понравиться больше?
– Ох! Просто заткнись.
– Как скажешь, милая!
– И не называй меня милой!
– Ганда грым?
– вопросительно прогремело на помосте.
– Гарыыыыыым!
– рявкнули в ответ.
– Они и разговаривать умеют?
– изумилась Алиса, конкретно ни к кому не обращаясь.
– Никогда бы не подумала!
– Милая, ты больше на меня не сердишься?
– Когда уже нас там сожгут?
– Кадрыгуна дэ иии тре!
Шимпадрилы удивленно переглянулись.
– Катарэ?
– неуверенно воззвала главная.
– Маки би да! Вилла хым!
– сказала одна из тех, что разжигали костер.
– Хыыыым!
– поддержали ее согласным ревом
– Дыыыысет!
– главная макака махнула посохом и на сцену вынесли еще два вертела.
– Милая, смотри!
– Не называй...
– Милая, там люди!
– Что?
На противоположном конце сцены кучка обезьян установила в специально отведенные для этого отверстия два таких же шеста, на которых висели парень и девушка. Святой ГеФорс, люди! Девушка вместе с ПАРНЕМ!
– Эгегегегей!!!!! На сценеееееее!
Аннета охнула. Дурная женолюбка вовсю драла глотку, пытаясь докричаться до невезучей парочки. Те, похоже, тоже ее заметили.
– Эгегеееееей! Новва, смотри! Там люди!
– Стрычкдж! Хууум!- ньюманка выла в такт обезьяньим воплям.
Мерзкие мартышки обкрутили голову девушки мокрыми пальмовыми листьями, отчего ее мозговые схемы тихо сходили с ума.
– Сыыыыынгдаб!
– верховная макака подскочила к тестировщику и рывком сорвала с себя шлем. Парень оторопел.
– Так ты - человек?
– Гааандыр! Маааасыр! - шаман пару раз ударил себя в грудь. Ракушки мелодично затряслись. Несколько из них отворилось, и оттуда вылезли страдающие от укачивания двустворчатые моллюски.
– Извини, что спросил!
– Милая, мы спасены! Это -не макака, это - человек!
– Да! Конечно! И сейчас он кинется нам на помощь!
– Милая, ты пессимистка! Он просто...эээ... усыпляет их бдительность!
– А ты - идиотка!