Чтение онлайн

– Экстренное собрание сопротивления по борьбе с захватчиками ГеФорса...

"то есть добровольное сборище неудачников" - издевательски подсказал внутренний голос.

...Прошу считать открытым!

Народ более - менее угомонился. Идейный лидер вздохнул. Сейчас начнётся.

– Что случилось? Почему мы собрались так скоро? Следующая сходка должна быть на следующей неделе!
– мигом вскинулась одна из связисток - молоденькая, чуть истеричная Дрима.

– Да!
– мигом поддержала ее сестренка - близнец Трима.

Сестренки были неразлучны и массово действовали всем на нервы. Трима во всем повторяла за Дримой. Со временем, ей это настолько надоело, что она просто говорила "Да!"

Болди - полицейский под прикрытием - мечтательно прицелился в них из карманной базуки.

– С нами желает говорить один из Соглядатаев!
– торжественно поведал лидер.

Народ на мгновение затих, после удивленно зашептался:

– Что ему здесь надо?

– Зачем он его пустил?

– Мама, мамочка, можно я пойду домой? Мамочка, ты же все равно говорила, что мы проиграем, зачем мы здесь?

– Ким, ты чему ребенка учишь? Наше дело победит во что бы то ни стало!

– Да, только мы это уже не увидим!

– Да хватит ныть! А вдруг системник поможет?

– Да, давайте хотя бы послушаем! А то вообще тяжко стало. У меня вон вчера корову последнюю увели, фашисты проклятые!

– Гарольд, опять вчера голо- фильмов насмотрелся? Какие фашисты? Какая корова? Да от тебя все звери на полшага дохнут!

– Прекратить базар!
– когда надо, советник мог и как следует рявкнуть.

– Братья и сестры!
– прилетел с последних рядов голос пастора Бредберри - А пока суть да дело, давайте споем наш гимн...

– Бряк!

Кто - то "случайно" уронил на голову пастора энерго - плазмоид. Лидер сопротивления глянул на него с неописуемой нежностью.

Соглядатай, который все это время стоял под прикрытием небольшой шторки, в очередной раз убедился в том, что у Системы тоже было свое чувство юмора.

А вот ГеФорс мог бы быть чуть поживее. Чтобы раз и навсегда разобраться с амиральским подпольем, им даже не надо было ничего планировать. Достаточно просто оставить повстанцев на недельку в закрытом помещении и они сами благополучно друг друга передушат.

– Да тебе лишь бы глотку драть, а вчера как патрульные попросили документы предъявить, сразу в штаны наложил!

– Гля, а вон там, рядом с голограммой, какой - то бомж в плаще стоит, это, может, новенький? Крикни ему, пускай сюда идет, запишем!

– Кхм!
– Соглядатай перестал прятаться и вышел на сцену.

Это был неприметный мужчина средних лет, одетый в просторный белый халат без пояса.

По краям рукавов, по ободку воротника и на поясе шла темно - синяя широкая лента, на которой были вышиты стилизованнее глаза, заключенные в треугольник - особый знак Системы. Такой же глаз был вытатуирован на его лбу.

Сидящие в переднем ряду уборщицы Финна и Коллава проводили системника завистливыми взглядами. Они сам обожали домашние халатики с психоделической вышивкой.

Под халатом , системник носил самый обычный свитер и легкие, просторные брюки. На ногах красовались удобные бежевые мокасины.

Соглядатая можно было назвать невысоким если бы не огромный тюрбан на его голове. Подобные головные уборы носили все, без исключения Служители Системы. Отличались они только дизайном и покроем.

Волосы Соглядатая были полностью спрятаны под тканью, глаза у него были самые обычные, карие и довольно умные.

Не произнося ни слова, мужчина встал рядом с Советником. В зале мигом повисла мертвая тишина. Никто не шелохнулся. Лидера обуяло что - то вроде зависти.

Советнику меньше всего хотелось принимать помощь от этих хитрых морд, но он ничего не мог поделать. Положение было более чем плачевным.

– Жители Баллатона!
– Соглядатай сразу перешел к делу, без нудных благословений и проповедей.
– Я слышал, что вы испытываете большие проблемы и притеснение со стороны наших же солдат. Мы - представители Системы, не можем позволить, чтобы вы страдали и поэтому хотим помочь вам вернуть мир в ваш родной Гексакль.

В зале вновь послышался взволнованный рокот.

– Дайте договорить!
– Советник решительно нажал на тревожную кнопку на пульте. С голограммы слетела вся одежда. Народ в испуге замер.

Системник благодарно кивнул.

– Но прежде мне необходимо переговорить с одним из членов вашего сопротивления!

– Я знал! Я знал, я чувствовал, что я - избранный!
– громогласно прошептал Малви - штатный блаженный.

Только у Амиральского сопротивления была должность штатного блаженного, основные обязанности которого заключались в том, чтобы целый день ходить по улицам и орать, что грядет конец света. Мальви был единственным, кого амиральцы ненавидели больше ГеФорса.

– Давайте же восстанем, братья, против тирании и пойдем вперед

Задавим мы врагов

И вырвем Кишки...
– незаметно для себя и остальных, блаженный начал исполнять национальный гимн свободной Амиралы. Теперь вы понимаете, почему повстанцев в народе не шибко любили.

– Я хочу увидеть Тислу Вон Тоутен!
– Соглядатай даже не глянул в сторону беснующегося оболтуса.

Новость была подобна капле меда, случайно попавшей в муравейник. По залу вновь пошел удивленный рокот.

– Тислу?

– Зачем?

– А где она?

Советник настороженно молчал, исподтишка рассматривая мужчину. Что он скрывает, меченая морда? Что действительно знает? Ладно, как любил шутить покойный король, "Голову отрубить всегда успеем". Веселвй он был, дорогой монарх . Только вот после этих шуток почему - то никто не смеялся.

– Тисла, вставай! Не видишь, поговорить хотят! Тисла ! Тисла!

Девушка продолжала неподвижно сидеть в кресле.

Один из ветеранов - Колин по прозвищу Нервный, который прошел четыре войны (одну межгалактическую, две - в компьютерных стрелялках и еще одну - внутри собственного мозга), пальнул в кресло из избирательно поражающей цель базуки. Соглядатай так и замер с открытым ртом. У Советника перехватило дыхание. Он же...

Стул расплавился и отёк, а девушка осталась. Она даже не поменяла позу.

– Идиот! Ты чуть было не убил нашу еди....
– советник заметил, как насторожились уши (а заодно универсальные звукочувствительные генераторы, антенны и локаторы) многих однополчан - Главного идейного вдохновителя! Тисла!

– Ась?
– девушка вскинула голову и пошла мелкой рябью. Мгновение спустя от нее остались лишь светлые воспоминания и валяющийся на полу остов портативной голограммы.

– Где она?
– Советник недоуменно рассматривал пустое место.