Мгла над Гретли
Шрифт:
— Я всё вспоминаю, где же я вас видел раньше?
— Так я и думала. У вас был именно такой взгляд. Попробуем разобраться. Вы знаете, я несколько лет провела в Индии. Там скончался мой муж… Внезапно.
— Когда это случилось?
— Перед началом войны. В Мизоре. Но не будем об этом. Вы там когда-нибудь бывали?
— Нет, — ответил я. — В Индии я не бывал.
Мы помолчали.
— Ну и что? — спросила она с неожиданным раздражением в голосе.
Я продолжал на неё смотреть.
— Что — что?
— Что вы на меня уставились? В чём дело? — спросила она, повышая голос.
— Что здесь происходит?
Это был Фрэнк, настроенный весьма воинственно. Шила картинно пожала плечами и отвернулась от нас. Фрэнку только это и требовалось. Ему и в голову не приходило, что он лет на десять моложе меня. Впрочем, мне это тоже тогда не пришло на ум.
— А ну, пойдёмте, — сказал Фрэнк. Лицо его было краснее граната. В зеркале бара я увидел внимательный взгляд Шилы. Её странные глаза блестели от возбуждения. Наконец-то начнётся потеха. Мне очень хотелось, разделавшись с Фрэнком, вернуться и наградить её такой пощёчиной, чтобы она не смогла глаз показать из дому этак с неделю.
— Пойдёмте, — ответил я Фрэнку, — ступайте вперёд.
Мы вышли во двор сквозь заднюю дверь. Во дворе стояли машины посетителей гостиницы, и было довольно светло.
— Слушайте, что я вам скажу, — сказал я ему строго. — Вы уже показали себя героем, ну и довольно. К тому же вы пьяны.
— Вы оскорбили в моём присутствии женщину! — провозгласил он. — Да и вообще мне не нравятся канадцы, или кто вы там есть.
Я измотался за этот день и был зол, как чёрт. Так что, когда Фрэнк бросился на меня, я отступил в сторону и врезал ему изо всей силы. При этом тусклом свете трудно было попасть в челюсть, однако я попал, и он свалился, как мешок. За спиной кто-то ах нул. Ну конечно, это была душка Шила.
— Я так рада, — сказала она, — его давно надо было проучить.
— Лучше напишите об этом своим друзьям в Индию, — сказал я и, отстранив её, пошёл наверх в свою комнату.
Там я надел халат и ночные туфли, зажёг трубку и задумался. Я вспомнил о визитной карточке, которую получил от длинношеей любопытной попутчицы в поезде, и вынул её из кармана. Там было написано: “Г.Д.Джесмонд”. Адрес был зачёркнут, и над ним стояло: “В “Трефовой даме”.
То самое место, где любили проводить время мистер Периго и компания. Я выкурил три трубки, прежде чем лечь спать.
3
С Хичэмом, управляющим электрической компании Чатэрза, я должен был встретиться только днём и поэтому всё утро бродил по городу. В переулке я увидел маленький театр-варьете, который назывался “Ипподром”. Там давали представление под названием “Спасибо вам, ребята” дважды в вечер. Программа состояла из следующих номеров: “Ваш любимый комик Гэс Джимбол”, “Радиопевица Маргарита Гросвенер”, “Весёлые Леонард и Лори” и “Звезда двух континентов мадемуазель Фифин”. На фотоснимках у входа в театр мадемуазель Фифин занимала почётное место. Она была изображена в различных позах. Это была молодая женщина могучего телосложения с широким лицом, очень похожая на актрис французских бродячих цирков. Она призывала зрителей вести счёт её петлям и пируэтам, и я решил откликнуться на её призыв на этой же неделе. Возвращаясь назад к площади, я наткнулся на лавку, которой раньше не приметил. Она выделялась среди прочих своим нарядным видом. Крупными выпуклыми буквами по зелёному полю красовалось: “Магазин подарков Пру”, а в витринах по обе стороны двери были выставлены букетики неживых цветов из мягкой кожи и сукна, художественная керамика, бронзовые безделушки, красочные календари и тому подобные штучки. Сквозь витрину я увидел полку с книгами, вероятно, здесь выдавали книги на дом. Я воспользовался этим предлогом и зашёл. Сильно простуженная девушка в ярком халатике, что производило странное впечатление, помогала какой-то старой покупательнице выбирать маленькие деревянные игрушки. Я продефилировал к шкафу о углу и обнаружил, что выбор книг отнюдь не плох. Даже людям моей профессии иной раз хочется почитать. Вскоре я выбрал две книги, которые давно хотел прочесть. Однако я их не отложил, а сделал вид, что никак не решусь сделать выбор. Дело в том, что меня заинтересовала высокая женщина в зелёном халате, которая только что вошла в лавку через боковую дверь. С минуту или две она помогала девушке в жёлтом халате, затем подошла ко мне.
— Могу ли я чем-нибудь помочь?
Я взглянул на неё с любопытством. Сначала она показалась подростком, почти девчонкой, только очень высокой, хорошо сложённой и красивой, но, когда подошла, я увидел, что она приблизительно моих лет. У неё была широкая белая шея без единой морщины, бледно-голубые холодные глаза. Толстые золотистые косы обвивали её голову. Вблизи можно было заметить на лице сетку мелких морщин, возвращавших её к своему настоящему возрасту. Говорила она чистым и сдержанным голосом.
Я сказал ей, что зашёл выбрать две-три книги, и спросил об условиях. Она ответила и, в свою очередь, спросила, долго ли я собираюсь пробыть в городе.
— Я ещё не знаю, — сказал я, с радостью входя в роль. — Я, видите ли, инженер из Канады и собираюсь устроиться в электрическую компанию Чатэрза.
— А если вы получите работу, тогда останетесь?
— Конечно, но вряд ли я её получу, — ответил я с улыбкой. — Так что, думаю, мне не стоит брать абонемент, но, конечно, я оставлю за книги залог.
Она кивнула и поинтересовалась, где я остановился. Пока я отвечал, она выписывала квитанцию. Потом она записала названия книг, которые я выбрал, и моё имя.
— Кстати, — спросил я, — извините за любопытство, вы и есть мисс Пру?
— Нет, — отвечала она с едва заметной улыбкой. — Никакой Пру вообще нет.
— Но если бы она была, то это были бы вы?
— Вы имеете в виду хозяйку лавки? Да, я хозяйка.
— Вы, наверное, здесь недавно?
— Да, — ответила она. — Я здесь всего четыре месяца. И пока дела идут совсем недурно. Даже в таком месте, как Гретли, люди умеют ценить красивые вещи. Я приехала сюда без особой надежды на успех, но лавка мне досталась почти за бесценок, и на отделку её ушло совсем немного денег. И право же, пока что дела идут отлично. Конечно, очень трудно с товаром.
— Это, конечно, из-за войны.
— Да, война.
Я посмотрел на неё внимательно и тихо сказал:
— Между нами говоря, мне до чёртиков надоела эта проклятая война. Не вижу в ней никакого смысла.
— И тем не менее вы приехали из Канады, чтобы способствовать ей?
Она говорила почти с укором.
— Я приехал из Канады для того, чтобы найти работу по специальности. Я гражданский инженер-строитель. Я думал, может быть, здесь я смогу подзаработать немножко денег. Вот так обстоят дела, мисс… э-э-э…
— Акстон. Мисс Акстон.
— Благодарю вас, мисс Акстон.
Тут я улыбнулся ей и сделал вид, что не решаюсь продолжать.
— Я понимаю, что, может быть, это бесцеремонно с моей стороны… но… сейчас война… и я в конце концов канадец и…
— И что же, мистер Ниланд?
— Дело в том, мисс Акстон, я думаю, возможно, вы поймёте меня. Я здесь не знаю ни души… и… возможно, вы согласились бы как-нибудь вечером пойти со мной в ресторан? В “Ягнёнке и шесте” кормят из рук вон скверно, но, кажется, есть ещё одно место рядом с Гретли — “Трефовая дама”, где, говорят, очень недурное вино и еда. Вы бывали там?
— Название знакомое…
— Ну и что вы ответите на моё предложение?
Тут она улыбнулась неожиданно приветливо.
— Мне оно нравится. И пожалуйста, никаких извинений. Я ведь сама только что сюда приехала. Но сегодня и завтра я занята.
— Ну что ж! Отложим на несколько дней, — сказал я добродушно. — Я зайду, и мы сговоримся. Но, может быть, у вас есть телефон?
Телефон был. Я записал номер. По-видимому, она жила этажом выше лавки. Мы обменялись какими-то незначительными фразами, и я вышел.