Чтение онлайн

Несмотря на почтение к ее величеству, толпа придворных зашевелилась, загудела, перешептываясь. Я украдкой наблюдала за принцем, показалось, что, уголок его рта приподнялся. Возможно, загадочная фраза королевы понравилась ему.

— А сейчас, нам угодно выслушать представление молодых многообещающих дворян. Я рада, что двор пополнится юными прекрасными лицами.

Королева кивнула разряженному в шелк и бархат церемониймейстеру, тот, читая по маговизору, провозгласил зычным, хорошо поставленным голосом:

— Эйс Гатабриэль дей’Виззор представит своего младшего сына, эйса Нарусивэля дей’Виззор, графа Канна. — От толпы отделились двое мужчин — постарше и помоложе, внешность обычных эльфов: красивые, холеные, затянутые в камзолы, сшитые по столичной последней моде. Типичные светские щеголи. В общем, я не в восторге от внешности мужчин-эльфов и их холодного совершенства, а уж спокойствие и выдержка этих типов просто бесит. Так и хочется спровоцировать и вывести их из себя.

Удивительно, насколько некоторые представители старинных родов стесняются быть людьми. Дей’Виззоры, судя по их внешности, последние сотни лет женились исключительно на эльфийках. И теперь сами неотличимы от эльфов. Нарусивэль — какое имечко! А ведь этот род — потомки первых людей, которые случайно попали на Андор и основали нашу столицу, вложив в ее облик всю тоску по человеческому миру, ныне им недоступному. Знал бы этот предок, какими лощеными и эльфоподобными станут его далекие потомки.

Мужчины приблизились к возвышению и низко поклонились ее величеству. Я следила за их действиями во все глаза, чтобы не опозорится, когда будут представлять меня.

Королева Иоланта милостиво кивнула, но не улыбнулась.

— Рада, что вы вырастили еще одного замечательного сына, герцог. Надеюсь, он будет служить нашему королевству так же верно, как и все мужчины рода Виззор. — Она повернулась к супругу. — Что скажете, Ваше Высочество?

Принц слегка поклонился.

— Очень талантливый молодой человек, герцог уже подал покорнейшее прошение Вашему Величеству о назначении его в Дипломатический корпус. Я не вижу препятствий. Нам требуется молодая кровь, чтобы идти в ногу со временем.

— Время — единственное над чем мы не властны, — грустно улыбнулась королева, отвечая каким-то своим мыслям. — Я удовлетворяю вашу просьбу, герцог. Граф Канн, добро пожаловать ко двору.

Оба аристократа низко поклонились и бочком-бочком — не дай Светлые девы повернуться спиной к королеве — отошли и смешались с другими гостями. После представляли еще двух юных аристократов и трех девиц. Первая из молодых сьерр была знатного почтенного рода, но не хороша собой, и искомой должности фрейлины не получила. Об этом объявил принц, принеся сожаления, что свободных вакансий пока нет. И солгал, потому что следующие две девушки были симпатичными и получили должности младших фрейлин. Я пожалела бедняжку, потому что заметила, что она не сдержала слез разочарования, отчего ее желтоватое лицо пошло некрасивыми красными пятнами.

Все просили должностей, и мне становилось все тревожней: неужели и меня запихнут во фрейлины? Это совсем не то, чего я хочу! Как заманчиво: день за днем носить за королевой скамеечку для ног или плед. И чего все так рвутся получить место при дворе? Ну и пусть их! А я хочу вернуться к друзьям в угольно-черный край! Даже вечно угрюмой лейре тэ’Остейн была бы сейчас рада.

Сочный баритон церемониймейстера пророкотал имя и титул моего батюшки. Громко и четко. Без запинки. Неумолимо.

Герцог чуть обернулся ко мне и кивнул. На подгибающихся ногах я поплелась за ним к возвышению. В эту минуту мне больше всего хотелось бежать отсюда. Нет, убежать не выйдет — отец догонит и всыплет. Улететь бы на драконьих крыльях, как в измерении снов — только наяву!

Бесполезно мечтать. И я шла за герцогом со скромно опущенными глазами, расправив плечи и подняв голову — как полагается благородной, тхар ее побери, сьерре.

Вдруг кто-то взял меня за руку и остановил. Что-то не так? Я удивленно подняла глаза на принца Дитрика. Тот улыбался, по-доброму, светло.

— Спасибо, брат, дальше я сам, — сказал он к герцогу Оленрадэ. Тот, видимо, растерялся от неожиданного нарушения церемониала. Впрочем, он не был новичком при дворе, быстро сориентировался, поклонился и отступил.

Принц-консорт подвел меня к возвышению. Мы, как и полагалось, одновременно низко склонили головы перед королевой.

— Ваше Величество, позвольте представить мою любимую племянницу сьерру Миарет-Анн дей’Холлиндор, дочь герцога Оленрадэ и Баргри.

Я осторожно подняла глаза на королеву, чтобы узнать, не рассердилась ли она на выходку мужа. Но правительница милостиво улыбалась, разглядывая меня. Немного отлегло от сердца, но колени продолжали мелко дрожать.

— Подойди поближе, дитя, — голос ее величества так мягок и ласков. Ой, как страшно! Принц, слегка сжал мою ладонь и потянул за собой. Широкие ступени на возвышение я преодолела с пониманием, что вовлечена в какую-то сложную дворцовую интригу. И я в ней — пешка.

Мы медленно и торжественно приблизились к трону, королева встала и сделала шаг навстречу. Обняла меня и поцеловала в лоб. А затем, обращаясь к придворным, во всеуслышание объявила: — Дорогие подданные, встречайте нашу племянницу сьерру Миарет-Анн дей’Холлиндор! По моему указу, отныне она — член королевской фамилии.

Толпа разряженной знати, которая с живым интересом следила за этим спектаклем, зааплодировала и зашумела, выражая восторг и умиление от доброты ее величества. Я лишилась дара речи, но заметив знак принца, поклонилась правительнице.

Подняв руку, чтобы добиться тишины, королева снова обратилась ко мне:

— Добро пожаловать в замок де’Дирк, дорогая Миарет. Теперь это твой дом.

Не звени ключами от тайн. — Станислав Ежи Лец

Представление молодежи ко двору закончилось на мне. Вновь заиграла легкая мелодия. Королева вернулась к трону и, опустившись на мягкие подушки, мановением руки подозвала кого-то из толпы.

А я застыла все на том же месте, прямо перед ней, да притом немало растерялась. Хотела, поклонившись, скользнуть обратно в толпу гостей, но тут меня удержали за локоток. Сьерра дей’Анс с вежливым поклоном указала на предназначенное для меня место. То краснея, то бледнея от незаслуженной чести, я встала слева от трона ее величества. При этом не отрывала глаз от выложенного красивыми узорами паркета.

На душе стало совсем тревожно и смутно. Проснуться бы в нашей с Анджиной комнате и обнаружить, что ничего такого со мной не происходило. Какой-то затянувшийся кошмар наяву, вот что это! Слыхано ли, что семнадцатилетней девчонке, аристократке не королевской крови, выпала честь стоять возле трона ильских правителей? Я такого не припомню: монарха окружают либо близкие родственники, либо мудрейшие советники, которые заслужили доверие долгой безупречной службой. Любопытно, сколько советников, министров, придворных сейчас люто меня возненавидели и задумали убить при первой возможности? Графиня наверняка ошиблась, указав на место, которое вправе занимать только наследник короны.

Я осторожно выглянула из-за высокой резной спинки трона и встретилась глазами с принцем. Его высочество улыбнулся все так же светло и по-доброму. Королева тем временем спокойно отдавала распоряжения мажордомам по поводу ужина: дворцовый протокол требовал, чтобы все кушанья королевским особам подавались только доверенными слугами, во избежание попыток отравления — предосторожность не лишняя в придворном гадюшнике.

Несмело скользнула взглядом по толпе придворных, и стало тошно от их излишнего внимания. Меня измеряли взглядами, словно на глаз определяя ценность. Злобных и явно завистливых выражений на физиономиях я больше не замечала: большинство благородных эйсов и сьерр старательно растягивали губы, расточая мне любезные улыбки. Видимо, честь, оказанная ее величеством, повысила мой статус в придворной иерархии. Одно хорошо: обо мне уже не будут злословить открыто.