Чтение онлайн

– Ваше замечание оскорбительно, м-р Симпсон!
– заявил он холодным тоном и обвел глазами остальных; Чок и Колдуэлл сидели с помрачневшими лицами, в то время как Симпсон, тупо глядя перед собой, пытался понять смысл прозвучавших слов.
– Я вынужден потребовать у вас удовлетворения.

– Ну что вы, что вы!
– поспешно воскликнул Чок.
– М-р Симпсон просто неудачно выразился. Я уверен, что он извинится и все объяснит.

– Он только что при свидетелях назвал меня шулером, - все тем же холодным бесстрастным тоном сказал Хорнблоуэр.
– Интересно, как он собирается это объяснить?

Он намеренно старался вести себя как благородный джентльмен, до глубины души возмущенный нанесенным ему оскорблением. В действительности, он не испытывал ничего подобного, прекрасно понимая, в каком сумеречном состоянии находится его обидчик. Но ему представилась прекрасная возможность разом решить все свои проблемы, и он был бы круглым идиотом, если бы ее упустил. Поэтому, приходилось действовать и вести себя как можно более убедительно, разыгрывая из себя смертельно оскорбленного.

– Когда вино ударяет в голову, мозги оказываются в нокауте, - сказал лейтенант, все еще надеющийся сохранить мир.
– М-р Симпсон просто пошутил. Давайте лучше закажем еще бутылочку и предадим забвению этот инцидент. Давайте выпьем за дружбу.

– С удовольствием, - согласился Хорнблоуэр, стараясь в то же время так подобрать свои дальнейшие слова, чтобы перекрыть Симпсону все пути к отступлению, - если только м-р Симпсон соблаговолит немедленно принести мне извинения перед свидетелями в вашем лице, господа. Он должен признать, что вел себя недостойно и оскорбил меня без малейшего повода с моей стороны.

С этими словами Хорнблоуэр повернулся к Симпсону и бесстрашно уставился ему прямо в глаза. В известном смысле, это было равнозначно тому, как если бы он начал размахивать красной тряпкой перед мордой разъяренного быка. И бык не замедлил среагировать.

– Извиняться перед тобой?!
– взорвался Симпсон, чей затуманенный алкоголем мозг воспринял слова Хорнблоуэра как величайшее оскорбление. Мальчишка! Ничтожество! Да я скорее соглашусь гореть в аду!

– Вы слышали, господа?
– сокрушенно проговорил Хорнблоуэр.
– Мало того, что он оскорбил меня и не желает извиняться, так он еще и дальше старается меня унизить. Я вынужден настаивать на удовлетворении!

Следующие два дня ожидания прибытия каравана из Вест-Индии Хорнблоуэр и Симпсон под командой Чока вынуждены были жить бок о бок, напоминая друг другу каждую минуту самим своим присутствием о предстоящей дуэли. Ситуация была трагикомическая. Хорнблоуэр вел себя крайне осторожно и старался беспрекословно выполнять любой приказ своего будущего противника. Симпсон же был непривычно тих и каждый раз, отдавая приказ, выглядел несколько смущенным, чего прежде за ним никогда не замечалось. За эти два дня Хорнблоуэр окончательно разработал свой первоначальный план действий. У него было достаточно времени для обдумывания всех деталей, когда он, во главе небольшого отряда матросов, патрулировал доки. Объективно - а семнадцатилетний юноша, которому опостылела жизнь, вполне способен быть объективным - это была достаточно просто решаемая математически проблема, проблема, куда проще большинства комбинаций, возникающих при игре в вист. Даже сама смерть не могла быть хуже жизни на борту "Юстиниана". Сейчас перед юным мичманом открывался легкий путь к желанной смерти - дуэль. К тому же смерть могла унести и Симпсона, тогда отпадала необходимость умереть Хорнблоуэру. Именно тогда он сделал еще один шаг вперед в своих рассуждениях. Мысль показалась ему настолько простой и ослепительной, что он встал как вкопанный. Шедший следом матрос не успел остановиться и чуть не сбил с ног молодого мичмана.

– Прошу прощения, сэр!
– воскликнул перепуганный парень, но Хорнблоуэр жестом успокоил его и снова погрузился в свои мысли.

Первый раз он высказал свою идею в беседе с Престоном и Денверсом помощниками штурмана, которых он избрал себе в секунданты по возвращении на борт "Юстиниана".

– Мы согласны, конечно, - сказал Престон, поглядывая с некоторым сомнением на худосочного юнца, обратившегося к ним с необычной просьбой. Как ты собираешься драться? Ты ведь знаешь, что по правилам выбор оружия принадлежит оскорбленной стороне, то есть тебе.

– Я сам думаю об этом с того момента, как он меня оскорбил, признался Хорнблоуэр, стараясь выиграть время и опасаясь сразу высказывать свои соображения.

– Умеешь драться на шпагах?
– спросил Денверс.

– Плохо, - ответил Хорнблоуэр, хотя, по правде сказать, он ни разу даже не держал шпаги в руках.

– Тогда остаются пистолеты, - заключил Престон.

– Симпсон отлично стреляет, - заметил Денверс, - не хотел бы я оказаться на твоем месте, "друг Горацио".

– Помолчи!
– поспешно отозвался Престон.
– Не пугай парня раньше времени.

– Я вовсе не боюсь!
– возразил Хорнблоуэр.
– Просто я сам об этом много размышлял.

– В любом случае, ты отлично держишься, - похвалил его Денверс.

Хорнблоуэр пожал плечами.

– Может быть. Честно говоря, мне плевать. Единственное, что меня заботит, это как нам, по возможности, уравнять шансы.

– Ну и как именно?

– В сущности, мы имеем возможность сделать их абсолютно равными пятьдесят на пятьдесят. Я предлагаю взять два пистолета, но зарядить только один. Мы с Симпсоном выберем каждый по пистолету, не зная, какой из них заряжен, и будем стреляться на расстоянии двух шагов. По сигналу мы выстрелим, и на таком расстоянии один из нас наверняка будет убит.

– О Боже!
– воскликнул потрясенный Денверс.

– Я не уверен, что это по правилам, - покачал головой Престон, - так как такой метод влечет почти верную смерть одного из дуэлянтов.

– Но дуэль и проводится с целью убить противника, - возразил Хорнблоуэр.
– Если при этом ни у одной из сторон нет преимущества, я не вижу причин, по которым мое предложение может разойтись с дуэльным кодексом.

– Ты что, и вправду готов идти до конца?
– недоверчиво спросил Денверс.

– М-р Денверс...
– начал было Хорнблоуэр, но тут вмешался Престон.

– Помолчи, Денверс, не хватало нам еще одной дуэли. Он просто имел в виду, что не хотел бы оказаться на твоем месте. Хорошо. Мы обсудим это предложение с Кливлендом и Эзером и посмотрим, что они скажут.

В течение часа условия будущей дуэли стали известны каждому члену экипажа "Юстиниана". Причем отсутствие друзей сыграло злую шутку с Симпсоном. Кливленд и Эзер, хотя и согласившиеся выступить в роли его секундантов, не особенно старались изменить предложенные условия и после короткого формального спора согласились с ними. Тирану предстояла расплата за деспотизм, и это не могло не радовать обездоленных мичманов. Даже старшие офицеры бросали при встрече на Симпсона и Хорнблоуэра любопытные взгляды с оттенком холодного цинизма. Подобную реакцию нередко вызывает у людей вид приговоренных к смерти. В полдень лейтенант Мастерс послал за Хорнблоуэром.

– Капитан приказал мне провести небольшое расследование относительно дуэли, м-р Хорнблоуэр, - объяснил он причину вызова.
– Мне поручено, по возможности, постараться закончить дело мирными средствами.

– Так точно, сэр!

– Неужели есть такая острая необходимость настаивать на удовлетворении? Судя по тому, что я слышал, причиной ссоры послужили несколько поспешных слов за вином и картами.

– М-р Симпсон в лицо обвинил меня в шулерстве перед свидетелями, причем это были офицеры с чужого корабля.

Здесь крылась основная загвоздка. Свидетели были с другого судна. Если бы Хорнблоуэр не обратил внимания на пьяные обвинения Симпсона, это прошло бы незамеченным, но теперь, когда он занял другую позицию, замолчать скандал стало невозможно, и Хорнблоуэр это прекрасно знал, как, впрочем, и Мастерс.

– И все же, разве обязательно доводить дело до дуэли, м-р Хорнблоуэр?

– Если м-р Симпсон согласится принести мне исчерпывающие извинения перед присутствовавшими при оскорблении джентльменами, я готов не доводить дела до кровопролития и сочту себя полностью удовлетворенным.