Чтение онлайн

– - А то!
– - засмеялся Ярик.

– - Какая ценовая категория интересует?

– - Тысяч за шесть есть?

– - Конечно.

Она вернулся к девчонкам о чем-то с ними поговорила и напротив волги, выбирая более выгодное освещение выстроились в ряд четыре проститутки.

– - Вот, смотрите какие красотки, Анжела, Вероника и Оксана за шесть, а Катенька за восемь.

– - Тебе какие нравятся? Спросил Ярик.

– - Да мне все равно, ты же платишь, ты и выбирай.

– - Я вот эту, черненькую бы взял.

– - Бери.

Оксана прыгнула на заднее сиденье, рядом со мной, Ярик расплатился с мамкой и водитель развернул свой тарантас:

– - Так, красавица, пригнись, -- скомандовал бомбила.

Она послушно сползла куда-то вниз, так чтобы её невозможно было заметить в окно.

– - А зачем это?
– - поинтересовался я.

– - Да, чтобы ментов не привлекать, -- ответил бомбила.

Мы ехали по полупустой набережной, я смотрел в окно и вид имел усталый и угрюмой. Оксана обратила на это внимание, и чтобы как-то развеять обстановку , спросила:

– - А чего это вы решили гульнуть, ребят?

– - Выходные все-таки...

– - А девушка у тебя есть?

– - Нет. Есть подружки, но их не получилось сегодня никуда вытащить.

Когда мы подъехали к подъезду, Ярик расплатился с водителем и тот попрощался:

– - Хорошо отдохнуть ребят, а тебе красавица, желаю пойти нахуй, -- он выдержал паузу, -- а потом домой.

8.

Если ты играешь в группе, то у тебя куча знакомых, которые тоже играют, только в других группах. И редко кто из них не дает концертов. На их совместные выступления с ордой других точно таких же никому неизвестных коллективов даже интересно ходить. Первые два раза. С третьего же раза тебя уже не может не тошнить от дерьмового звука, бавленного пива и неслаженной игры на расстроенных инструментах. Но какая, к черту, разница, куда идти и что слушать если есть амфетамины?

Наконец закончилась отвратительная, очередная проведенная впустую неделя. В моем распоряжении имелось немного денег, свободная ночь с субботы на воскресенье и желание провести это время где угодно, только не у себя дома, а потому, после учебы я там не задержался -- переодевшись и приняв душ, я тот час вышел в промозглую декабрьскую пакость.

Меня всегда тянуло к чему-то паршивому, именно поэтому, дождь, а особенно лужи на мокром асфальте, полные поэзии лужи, нравились мне. Ливень смывает всю людскую суету с улиц, как дворник сор метлой, а потому, когда идешь один по городу, потому что дураков больше нет, без зонта и валится на твою пустую голову вода с неба, есть уверенность -- нет, не сор ты, но человек.

Жаль что хожу я быстро, да и идти не далеко до Бунина. Я набрал зазубренный лучше таблицы умножения код на дверном замке, поздоровался с вахтершей и поднялся на лифте на третий этаж. У аляповатой железной двери не было звонков. Но меня это не смущало -- я знал, что она открыта. Пройдя первый кордон, я очутился у второго -- отделяющий жилище Бунина от общего коридора. Вторая дверь, отделанной коричневым кожзамом, была усеяна маленькими и большими дырками, из которых торчал желтый поролон. Кто-то из пьяных гостей в сердцах истыкал обивку ножом. Я утопил пальцем черную кнопку и услышал как противно завизжал звонок. Мне открыл Штакет.

– - Привет!

– - Привет, -- ответил я, -- ты какой-то странный сегодня...

Штакет посмеялся и пошел в комнату. Я снял ботинки и проследовал за ним. В комнате, на старом тряпичном диване лежал Иван. Он протянул мне руку.

– - А что со Штакетом?
– - поинтересовался я.

– - Та, -- Иван махнул рукой, завел ее за голову и уставился в ламповый телевизор в другом конце комнаты, у окна.

– - А пиво есть?
– - поинтересовался я.

– - В холодильнике.

У Ивана, несмотря на прогрессирующий алкоголизм, всегда в холодильнике имелся алкоголь. А еще в шкафу. Пребывание в его доме всегда приносило мне радость. Я открыл бутылку ледяного пива и сел на пол, уставившись в ящик. Программа "Чрезвычайное Происшествие" не волновала меня нисколько. А потому я отвлекся на Штакета, совершающего над столом какой-то таинственный ритуал.

– - Чувак, ты что делаешь?

Штакет ничего не ответил, только посмеялся опять. Я привык к его смеху, он много курил травы. Загадки манят -- я поднялся, чтобы подойти к столу, задел откупоренную бутылку и пиво вылилось на палас. Несмотря на то, что палас был нашим ровесником и впитал в себя литров сто разных жидкостей, Иван, в ультимативной манере, послал меня за тряпкой.

Вместе с тряпкой я притащил еще пива, провел ей по ворсу пару раз и собрался относить обратно. Бунин не унимался.

– - Лучше протри!

– - Да куда лучше? И зачем?

– - Давай.

Я провел еще раз тряпкой по паласу. Бунин махнул рукой. Я, с чувством выполненного долга, открыл новую бутылку.

– - Ну чо?
– - я обратился к Штакету, заметив две ровных белых дорожки на столе.

– - Будешь?

– - Ой... Не знаю, проверки же у нас теперь.

– - Ну как хочешь!

Штакет свернул сторублевку и шумно набил обе ноздри порошком.

Бунин стал комментировать происходящее на экране ТВ.

– - Чурбаны ебаные, -- продекларировал он.

– - Ага, -- решил я поддержать разговор, -- я как не посмотрю криминальные хроники -- одни хачи.

– - Не совсем, тут еще много скинов.

– - А, ты поэтому ЧП Вайт Пауэр ньюс называешь?

– - Ага.

– - Я чего-то ни разу их тут не видел.

– - Потому что не смотришь.

– - Ну чо, -- включился в нашу вялую полемику бодрый Штакет, -- пойдем?

– - А мы куда-то собирались?
– - удивился я.

– - Ну да, на концерт к Гарику, -- ответил Иван, -- вы идите, подождите на улице, я пока оденусь.

Гарик только вышел из больницы. Он ходил на концерт хардкорной группы. На выходе, по оконачнии мероприятия, ребят поджидали фашисты. Они, как ни трудно догадаться, хотели встретить антифашистов, но почему-то шесть ударов ножа в пузо поймал Гарик, который никакого отношения ни к тем, ни к другим не имеет.

Во дворе уже зажглись фонари, дождь красиво рябил на желтом конусе света, мы остались стоять у входа в подъезд, под козырьком. Я достал пачку, Штакет жестом попросил поделиться. Мы закурили.

– - Штакет, а ты так и не пошел никуда учиться?

– - Неа... Год погулять решил.

– - Везет.

Штакет утробно гыкнул и расплылся в широкой улыбке, даже если он полноценно не смеялся, то обязательно выдавливал откуда-то из глубины себя смешок.

– - Но, со следующего года обязательно собираюсь!

– - А куда?

– - Пока не определился, на что-нибудь творческое.

Иван вскоре вышел, и мы, натянув капюшоны и затарившись пивом в палатке, пошли к остановке. Сначала ехали в троллейбусе, что-то обсуждали, Штакет нюхал, потом нырнули в метро, что-то обсуждали, Штакет нюхал... Мне казалось, что запасы его неистощимы. Он нюхал часто. Но видимо мало. Наверняка именно для этих целей, он и пересыпал зелье в маленькую, диаметром меньше ноздри, склянку с пробкой.