Чтение онлайн

И когда в следующий раз Калмашапада встретил брахмана Шакти, старшего сына Васиштхи, он сказал ему: "Раз ты наложил на меня это ужасное проклятие, я с тебя и начну людоедствовать!" Он набросился на Шакти, убил его и съел, как тигр пожирает оленя. И, подстрекаемый Вишвамитрой, он пожрал потом одного за другим всех сыновей Васиштхи.

Когда великий подвижник Васиштха узнал, что все его сто сыновей погибли, пожранные царем-людоедом по наущению коварного Вишвамитры, горе его не имело предела. Но отрешившийся от страстей мирских отшельник не стал мстить погубителю своих сыновей. Он решил расстаться с жизнью. Взобравшись на вершину горы Меру, он бросился с нее вниз головой; но скалистое подножие той горы приняло его, словно мягкое ложе, и он остался цел и невредим. Тогда Васиштха пошел в глухой лес, разжег на лесной поляне костер и вошел в огонь. Но огонь не сжег его, и жар его был для мудреца, словно веяние прохладного ветерка. Тогда горестный сын Варуны привязал себе на шею тяжелый камень и бросился с берега в море в глубоком месте, но волны вынесли его обратно на берег живым и здоровым. И тогда неутешный Васиштха, напрасно искавший смерти, вернулся в свою обитель.

Но он не мог оставаться в своем опустевшем доме и, терзаемый горем, вновь удалился оттуда. Он пошел на берег многоводной реки и, связав себе руки и ноги веревками, бросился в ее волны. Но река разорвала его путы и вынесла его на берег. Тогда Васиштха нарек эту реку Випаша [295] — Освобождающая от уз.

Гонимый душевной мукой, он пошел дальше через леса и горы и достиг берегов другой реки, широкой и глубокой, воды которой кишели страшными крокодилами. Васиштха бросился в эту реку в надежде избавиться от жизни, полной страданий, но крокодилы не тронули его, а река разлилась тотчас же на сто потоков, обмелела и не дала мудрецу утонуть. С тех пор она зовется Шатадру [296] — Стремящая сто потоков.

А Васиштха, очутившись вновь на суше, в горести воскликнул: "Поистине, я не могу лишить себя жизни!" И снова направил стопы к своей обители. Приближаясь к дому, он услышал голос, читавший гимны Вед; и голое тот был совершенно подобен голосу его старшего сына Шакти. Мудрец поспешил к своей обители, но не увидел там никого, кроме снохи своей Адришьянти, овдовевшей жены его старшего сына. "Кто читал сейчас Веды голосом Шакти?" — спросил Васиштха. "Это сын твоего сына, которого я ношу в своем чреве, — отвечала ему Адришьянти. — Он еще не родился, но уже знает наизусть все священные книги. Он будет великим мудрецом, о Васиштха!" И Васиштха возрадовался сердцем и воскликнул: "Не прекратится мой род!" Тогда тоска отпустила его, и он отвратился от мыслей о смерти.

Но однажды к его обители приблизился одержимый ракшасом царь Калмашапада, тот, что пожрал его сыновей. Увидев его, Адришьянти сказала Васиштхе, дрожа от страха: "Вот приближается к нам кровожадный ракшас, словно сам бог смерти! Спаси меня от него, о великий мудрец, и спаси своего будущего внука!" Васиштха успокоил ее: "Не бойся, дочь моя, это не ракшас, это царь Калмашапада, околдованный проклятием мудреца. Он не тронет тебя". И премудрый Васиштха заклинанием остановил Калмашападу, а потом окропил его освященной водою и изгнал из него ракшаса, который владел телом царя двенадцать лет.

Избавленный от проклятия царь Калмашапада вновь стал самим собой; он возрадовался и воздал хвалу мудрому Васиштхе. Тот сказал ему: "Ступай, о царь, в свою столицу и отныне управляй своими подданными по закону и справедливости. И никогда более не оскорбляй брахманов, о Калмашапада!" И Калмашапада обещал доброму Васиштхе почитать отныне жрецов и отшельников и никогда не чинить им обид. Он вернулся в Айодхью и правил с тех пор мирно и справедливо до самой своей смерти.

А у благонравной Адришьянти родился сын, которого назвали Парашара [297] , что значит Спаситель, ибо он спас своего деда Васиштху от смерти еще до того, как родился сам. И он стал великим мудрецом и обладал великим могуществом, которое он обрел благодаря знанию священных заклинаний и суровому подвижничеству. Он дал обет отомстить ракшасам за гибель отца и совершил великое жертвоприношение ради истребления самого рода ракшасов во всех трех мирах.

Встревоженные, пришли тогда к Парашаре Пуластья, Пулаха и Крату, сыновья Брахмы, чтобы утишить его гнев и отговорить его от губительных намерений. Пуластья сказал ему: "Неужели из-за одного людоеда ты обречешь на гибель всех ракшасов, в смерти твоего отца неповинных? Царь Калмашапада избавился от проклятия; сыновья благородного Васиштхи, твоего деда, вкушают радость на небесах вместе с богами. Зачем же это бессмысленное и несправедливое истребление живых существ? Откажись от жертвоприношения, о сын Шакти!"

И, убежденный словами Пуластьи, Парашара отказался от своего обета. Огонь, предназначенный для истребления ракшасов, он выпустил в дремучий лес на северном склоне Хималая. Там каждую четверть лунного месяца он сжигает ракшасов, которым случится забрести в этот лес.

В давние времена в стране ангов [299] правил Ломапада, потомок Ану, четвертого сына Яяти. Царь этот проводил свои дни в развлечениях и забавах, забывал приносить богам жертвы, и при нем не было даже приближенного жреца для советов, за что брахманы были на него в немалой обиде.

И пришел день, когда по воле Индры дожди стали обходить стороною царство Ломапады, пренебрегшего законом, реки в его стране обмелели, и земля высохла, и великие страданья и невзгоды выпали на долю ангов. Тогда встревожился Ломапада. Пришлось ему призвать к себе мудрых брахманов и просить у них совета — что сделать, чтобы дожди вернулись на землю ангов.

И тогда сказал один из мудрецов Ломападе, что, если на землю его царства ступит нога Ришьяшринги, юного отшельника, не ведающего греха, Индра вернет свою милость ангам и дожди оросят иссохшие поля.

Ришьяшринга был сыном Вибхиндаки, благочестивого пустынника, жившего в уединенной обители в глухой лесной местности. Однажды Вибхиндака пришел на берег реки, чтобы совершить омовение, и увидел на другом берегу прекрасную ансару Урваши. Взволнованный ее прелестью, отшельник обронил семя в речные воды. И случилось так, что семя его вместе с водою проглотила лесная лань, пришедшая к реке напиться. И когда пришло положенное время, она родила мальчика с небольшим рогом на лбу. Вибхиндака вырастил и воспитал ребенка; он нарек его Ришьяшринга, что значит Олений рог.

Ришьяшринга вырос в лесной обители своего отца, с юных лет преданный обетам, покаянию и благочестивым обрядам. Он не ведал мирской жизни; и он вышел из детских лет и стал красивым и статным юношей, но никогда за все эти годы, оберегаемый отцом от грешного мира, он не видел женщины.

Об этом юном подвижнике рассказал брахман царю Ломападе; но никто из собравшихся мудрецов не знал средства выманить Ришьяшрингу из леса. Царь созвал советников, искушенных в мирских делах, и они подали ему совет, как завлечь Ришьяшрингу в царство ангов.

Царь велел позвать городских блудниц [300] , искусных в любви, пении и танцах. Он объяснил им, что для блага страны они должны соблазнить Ришьяшрингу и заманить его в пределы царства. Но прекрасные блудницы не решились исполнить его веление. Хотя они и боялись прогневить царя, еще больше страшились они проклятия отшельника; в смущении они ответили Ломападе, что не по силам им такая задача.

У царя Ломапады не было своих детей. Но ему отдал свою дочь государь из рода Икшваку, и Ломапада растил и воспитывал ее с младенческих лет как родное дитя. Во всем свете не было девушки равной по красоте царевне Шанте, приемной дочери царя ангов. Когда она узнала о том, какая беда грозит государству, она сама вызвалась привести из леса спасителя страны.