Чтение онлайн

Несколько иначе связь креста с райским древом отражена в эфиопском сочинении, известном под названием "Тринадцать крестных страданий". "Есть лесная страна, называемая Литостера. Там срубили восемь деревьев и сделали из них крест в семь локтей и одну пядь длиной, три локтя и одну пядь шириной. Четыре первых дерева были смоковницы, пятое — олива, шестое — дикая олива, седьмое — пшеница, восьмое — тростник" [175] . Далее повествуется о том, что смоковница была принесена орлом из рая, а затем брошена в Иордан, где она поплыла против течения, обнаружив тем самым свои чудесные свойства.

Обращает на себя внимание характерная деталь: крестное древо здесь составлено из многих растений разных пород. Это можно понять только в том смысле, что оно являет собой воплощенное плодородие, а следовательно, рассматривается как символ неиссякаемой жизненной энергии, вечного обновления и возрождения. А плодородие — один из важных мифологических признаков мирового дерева. Другая его характеристика, как мы помним, состоит в том, что оно соединяет собой различные миры. Это также нашло отражение в христианской мифологии. К примеру, в апокрифических "Деяниях апостола Андрея" в славословии кресту сказано: "Ты простираешься до неба и вещаешь о Высшем Слове. Ты распростерся вправо и влево и изгоняешь темные силы и собираешь рассеянное. В земле укреплен ты и соединяешь земное с небесным... О крест, в земле посаженный и приносящий плоды на небесах" [176] . Нетрудно заметить, что в процитированном тексте медиативная функция "оси мира" понимается отнюдь не в буквальном смысле, но как бы там ни было в основе лежит все то же представление о мистическом дереве мира, скрепляющем собою космос.

К сказанному следует добавить, что изображения креста в виде цветущего, вечнозеленого дерева пользовались огромной популярностью в эпоху средневековья [177] . Древний и универсальный мифологический образ, в который уже раз несколько изменив свое обличье, стал одним из излюбленных символов мировой религии — христианства.

Другое мифологическое воплощение столпа вселенной, соперничающее по популярности с мировым деревом, — космическая гора. Люди издревле поклонялись горам, культ которых насчитывает многотысячелетнюю историю. Теряющиеся в облаках вершины поражали воображение, вызывая суеверный трепет. Колоссальные громады скал и их суровая неприступность воочию демонстрировали человеку грозное могущество природы, служили наглядным воплощением неподвижной вечности, перед лицом которой людские дела и заботы лишь суета сует. При одном взгляде на них невольно возникала мысль, что это — особое, священное место, обитель высших богов, повелевающих сонмом менее значительных духов.

Собутка — священная гора западных славян

Обожествляя горы, человек наделял их самыми чудесными свойствами и, находясь среди них, соблюдал множество всевозможных запретов. Многие народы были глубоко уверены в том, что в горах нельзя кричать, стрелять из ружья и вообще шуметь, там запрещалось разводить костры, рубить деревья, копать землю. Считалось, что без особой нужды лучше вообще не показываться туда, так как любое неосторожное действие могло потревожить капризного хозяина или хозяйку горы, а это неминуемо должно было повлечь за собой массу разнообразных бедствий. Чтобы задобрить духов гор, на высоких перевалах устраивались особые жертвенные места В Центральной Азии до сих пор сохранился обычай, по которому любой из проходящих мимо путников обязан положить туда камень, ветку, коробок спичек или какой-нибудь лоскуток — роль играет не столько ценность приношения, сколько сам факт почтительного поклонения духам, признание их власти над собой. В древности вершины гор рассматривались как особо благоприятные места для воздвижения храмов, кумирен и алтарей, ведь они так близки к всемогущему небу, а это увеличивает надежду быть услышанным богами. На склонах гор древние жрецы совершали торжественные обряды и приносили обильные жертвы.

Мировая гора (изображение на неолитической керамике. Средиземноморье)

Размышляя над устройством окружающего мира, человек, находившийся в плену религиозно-мифологического мировосприятия, приходил к естественному для себя заключению, что именно гора должна быть священным центром мироздания, именно она по своему величию достойна этой почетной роли. В мировой мифологии космическая гора в качестве оси мира встречается столь же часто, как и мировое дерево. Как правило, оба образа мирно сосуществуют, не вытесняя друг друга, а накладываясь один на другой. Мировое дерево, простирающееся в небеса, нередко помещается на вершине гигантской горы в центре вселенной. И то, и другое служит выражением одного понятия — священной оси мироздания.

Представления о космической горе, так же как и о мировом дереве, уходят корнями в глубокую древность. Высказано предположение (правда, спорное), что эти космологические образы зафиксированы уже в наскальной живописи эпохи верхнего палеолита, т. е. насчитывают историю в несколько десятков тысяч лет [178] . Во всяком случае, о существовании представления об оси мира в новокаменном веке можно говорить с достаточной долей уверенности. Именно в таком смысле могут быть интерпретированы многочисленные изображения, обнаруженные археологами на неолитической керамике и распространенные от Передней Азии до Китая. Появившись в росписи на этапе, предшествующем возникновению первых великих цивилизаций, мотив столпа вселенной сохранил свою популярность в изобразительном искусстве и в последующие эпохи.

Мировая гора (изображение на неолитической керамике. Средиземноморье)

Не меньшее число свидетельств о космической горе донесли до нас письменные тексты и фольклор. Одними из наиболее древних можно считать соответствующие древнеиндийские воззрения. По всей Восточной и Центральной Азии было широко распространено представление, что центральная и важнейшая опора мира — это мифическая гора Меру, расположенная в неприступном месте (обычно ее помещали где-то в Гималаях). Источником этих представлений служили мифы Древней Индии, усвоенные позднее буддизмом и получившие благодаря ему огромную популярность. Гора Меру не просто считалась центром космоса, в ней видели священную обитель богов. В многочисленных легендах и сказаниях к ней прилагались самые пышные эпитеты и определения: она именовалась золотой, сияющей, блистательной, с ней связывались представления о счастье, изобилии и бессмертии. Мифы по-разному рисуют облик этой горы. Буддистами она нередко изображалась как колоссальный цилиндр, устремленный в облачную высь. Порой ее описывали в виде пестика лотоса — священного цветка индийских религий: ее основание будто бы составляло 16000 йоджан, а вершина была в два раза шире по диаметру — 32 000 йоджан. Уподобление космической горы растению, т. е. в конечном счете тому же мировому дереву, весьма интересно. Необычно то, что основание и вершина как бы меняются местами, тем самым создается впечатление, будто гора растет с неба. Аналогичный образ был известен алтайцам, верившим в то, что золотая космическая гора Алтын-ту прикреплена к небу и свешивается над землей, не доставая до нее самой малости — o расстояния, равного длине человеческой голени. Однако наиболее традиционным было представление о Меру как о круглой или четырехгранной горе, постепенно сужающейся к вершине. В таком виде она изображалась на разнообразных предметах буддийского искусства.

Космическая гора Меру (раннесредневековое изображение)

Четыре грани приписывались мифической опоре мироздания не случайно. С каждой стороны горы стекало по одной мировой реке, питавшей своими водами вселенную. Эта деталь указывает еще на один аспект космического символизма Меру: ее четыре реки по своему смыслу равнозначны четырем океанам, которые, согласно древним индийским мифам, омывают мир. Таким образом, сама Меру является уменьшенной моделью космоса, по которой он и был устроен богами.

Большой популярностью образ мировой горы пользовался в иранской мифологии, генетически родственной древнеиндийской. В зороастрийском сочинении "Бундахишн" можно прочесть следующее: "С горы Харбурз открывается все, что творится в мире. Гора Таэра находится в центре мира, солнце ходит вкруг нее; подобно водам, омывающим землю Вар горы Харбурз, обходит солнце вкруг горы Таэра". И далее: "Первой гора Харбурз выросла ввысь за 15 лет, к концу 800 лет выросла она целиком, 200 лет понадобилось ей, чтобы дорасти до круга звезд, 200 лет — до круга луны, 200 лет — до круга солнца, 200 лет — до изначального света. Гора Харбурз, вкруг этой земли, прикреплена к небу, а Птирк Харбурз — [то место, куда] заходят звезды, луна и солнце" [179] .

Мировая гора по мифологии иранцев (реконструкция)

В алтайской мифологии, испытавшей на себе влияние буддизма, название мировой горы несколько видоизменено и звучит как Сумеру, под этим именем она известна и многим другим народам Центральной Азии. В алтайских преданиях буддийские воззрения причудливо перемешались с древними местными верованиями. Кроме Сумеру и уже упоминавшейся Алтын-ту алтайцы помещали в центре вселенной мифическую гору Актошон Алтай-сыны. На ее вершине находится молочное озеро, в котором по пути в небесный мир купаются души шаманов [180] . О таком же молочном озере на небе говорит и венгерский сказочник Лайош Ами (только вместо шаманов в нем омываются ангелы). Это не случайное совпадение. Некогда, перед тем как переселиться в Европу, предки венгров жили на территории современного Приуралья и поддерживали тесные контакты с племенами Южной Сибири. Но вернемся к алтайским преданиям. Из молочного озера поднимается чудесный тополь, по которому шаман попадает в царство небесных духов. Сама же гора представляет первую остановку по пути на небо. Здесь сильный шаман делает передышку, слабый же и вовсе не решается двигаться дальше и возвращается назад. На плоской вершине священной горы живет самый главный дух земли, а кроме него — множество других духов, заведующих душами скота и диких животных. Духи эти весьма легкомысленны и любят азартные игры. Часто случается, что один из них проигрывает в карты или кости принадлежащие ему души животных другому духу. Тогда скот на земле гибнет, а звери переходят в другую местность. Обеспокоенные, люди снаряжают шамана, который, поднявшись на космическую гору, выясняет, кто из духов нынче в выигрыше, чтобы задобрить его жертвами.

Горам, реальным и мифическим, поклонялись и древние китайцы. Любую возвышенность они считали местом священным, ибо там, по их представлениям, концентрировалась светлая сила ян, тогда как низины и впадины — это удел мрачного начала инь. С древности в Китае существовал культ пяти священных гор, располагавшихся на юге, западе, севере, востоке и в центре. Особым почитанием пользовалась гора Тайшань (букв. Великая гора), реально существовавшая и находившаяся на востоке страны. Считалось, что она покровительствует императорскому дому, и Сыны Неба лично приносили ей жертвы. Как и в случае с индийской Меру, числовая символика китайских мировых гор имеет свой глубокий смысл: пять точек пространства, по которым они располагались, были наиболее священными, определяли структуру мифологического космоса.