Чтение онлайн

– перечни медицинских организаций, уполномоченных на выдачу на территории города Москвы документов, подтверждающих отсутствие у иностранного гражданина заболевания наркоманией и инфекционных заболеваний, которые представляют опасность для окружающих, предусмотренных перечнем, утверждаемым уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, а также сертификатов об отсутствии у иностранного гражданина заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции) [31] ;

– формы проведения в городе Москве экзамена на владение русским языком, знание истории России и основ законодательства Российской Федерации для иностранных граждан и перечня образовательных организаций, проводящих в городе Москве экзамен на владение русским языком, знание истории России и основ законодательства Российской Федерации для иностранных граждан [32] ;

– о документе, подтверждающем факт медицинского страхования, представляемом иностранным гражданином для получения (переоформления) патента на территории города Москвы [33] .

Дискуссионным в теории права является наличие такого источника права, как судебный прецедент [34] . Несмотря на имеющуюся дискуссию о месте судебного прецедента в системе источников права в России, нельзя не отметить ту роль и влияние, которое оказывает деятельность Конституционного Суда РФ на развитие миграционного права России. Последние несколько лет Конституционным Судом РФ приняты важнейшие постановления, позволившие разрешить многолетние проблемы в регулировании миграционных отношений и определить направления совершенствования миграционного законодательства. В частности, Конституционным Судом РФ приняты следующие постановления:

– постановление Конституционного Суда РФ от 19 июля 2017 г. № 22-П «По делу о проверке конституционности положений части 1 и пункта 2 части 2 статьи 20 Федерального закона «О миграционном учете иностранных граждан и лиц без гражданства в Российской Федерации» в связи с жалобами граждан США Н. Д. Вордена и П. Д. Олдхэма»;

– постановление Конституционного Суда РФ от 23 мая 2017 г. № 14-П «По делу о проверке конституционности положений статей 31.7 и 31.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с жалобой лица без гражданства Н. Г. Мсхиладзе»;

– постановление Конституционного Суда РФ от 17 февраля 2016 г. № 5-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 6 статьи 8 Федерального закона «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», частей 1 и 3 статьи 18.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и подпункта 2 части первой статьи 27 Федерального закона «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» в связи с жалобой гражданина Республики Молдова М. Цуркана»;

– постановление Конституционного Суда РФ от 16 февраля 2016 г. № 4-П «По делу о проверке конституционности положений части 2 статьи 18.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, статьи 11 Закона Российской Федерации “О Государственной границе Российской Федерации” и статьи 24 Федерального закона “О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» в связи с жалобами Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации и гражданина Федеративной Республики Нигерия Х. Э. Увангуе”;

– постановление Конституционного Суда РФ от 12 марта 2015 г. № 4-П «По делу о проверке конституционности положений части четвертой статьи 25.10 Федерального закона “О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию”, подпункта 13 пункта 1 статьи 7 Федерального закона “О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации” и пункта 2 статьи 11 Федерального закона “О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции), в связи с жалобами ряда граждан”» [35] .

Понимание миграционных правоотношений следует рассматривать в концепции сложившейся теории права, как урегулированные нормами миграционного права общественные отношения, которые состоят из следующих взаимосвязанных элементов: субъект права; объект права и содержание правоотношения. В качестве субъектов (участников) миграционных правоотношений необходимо выделять индивидуальных и коллективных участников.

Для всех участников миграционных отношений для признания их субъектами необходимо обладание двумя обязательными свойствами – правосубъектностью и дееспособностью. В качестве индивидуальных участников миграционных правоотношений необходимо рассматривать физических лиц, которые могут быть гражданами России, иностранными гражданами или лицами без гражданства. При этом несовершеннолетние физические лица реализуют свои права и обязанности, как правило, через законных представителей. В исключительных случаях, специально предусмотренных законами, допускается реализация через иных лиц, которые законными представителями не являются. В частности, сведения о прибывших вместе с лицом членах его семьи, не достигших возраста восемнадцати лет, заносятся в ходатайство о признании беженцем одного из родителей, а при отсутствии родителей в ходатайство опекуна либо в ходатайство одного из членов семьи, достигшего возраста восемнадцати лет и добровольно взявшего на себя ответственность за поведение, воспитание и содержание членов семьи, не достигших возраста восемнадцати лет [36] . В свою очередь для физических лиц имеет значение достижения определенного возраста в рамках охранительных миграционных правоотношений. К примеру, исключается возможность привлечения к административной ответственности лиц, не достигших шестнадцати лет [37] .

К числу коллективных участников миграционных отношений необходимо относить организации и органы публично-правовых образований (Российской Федерации, субъектов РФ, местного самоуправления). Как правило, коллективные субъекты в миграционных правоотношениях представлены соответствующими уполномоченными должностными лицами.

К примеру, к числу должностных лиц Министерства внутренних дел Российской Федерации и его территориальных органов, уполномоченных принимать решения о реадмиссии, отнесены в центральном аппарате Министерства внутренних дел Российской Федерации:

– министр внутренних дел Российской Федерации;

– первый заместитель министра внутренних дел Российской Федерации;

– статс-секретарь – заместитель министра внутренних дел Российской Федерации;

– заместители министра внутренних дел Российской Федерации;

– начальник Главного управления по вопросам миграции Министерства внутренних дел Российской Федерации;

– первый заместитель начальника Главного управления по вопросам миграции Министерства внутренних дел Российской Федерации;

– заместители начальника Главного управления по вопросам миграции Министерства внутренних дел Российской Федерации.

В территориальных органах Министерства внутренних дел Российской Федерации на региональном уровне:

– министр внутренних дел по республике, начальник главного управления (управления) Министерства внутренних дел Российской Федерации по иному субъекту Российской Федерации;

– заместители министра внутренних дел по республике, начальника главного управления (управления) Министерства внутренних дел Российской Федерации по иному субъекту Российской Федерации [38] .