Чтение онлайн

— Фальшивые сиськи! — крикнул один из четвёрки.

— Ну всё… Сейчас я буду тебя убивать, Андрей! — рассвирепела девушка и стала двухметровой махиной с мощными кулаками. Словно горилла… И вся четвёрка закрылась, но… дверь недолго продержалась…

Мы поспешили уйти от греха подальше. Но эти придурки заслужили. Надеюсь, она хорошо их поколотит. Нельзя такое сёстрам говорить.

Покинув медицинский комплекс, мы оказались на улице с весьма оживлённым трафиком.

— Да уж. Каких только Геносов не бывает, — удивлялся я.

— Как бы я хотела изучить её, — вздыхала Тори. — Она меняет тело, причём так легко и быстро. Кости, органы — всё меняется! Это попросту фантастика какая-то.

— А создавать из ничего лёд? — хмыкнула Оксана и создала розу изо льда. — Первородная энергия — это основа всего сущего. Из неё создано всё в галактике.

— Так! — вмешался я. — Сразу домой или погуляем?

— Я домой съезжу ненадолго. А вы погуляйте.

Оксана села в подъехавший автобус, а мы пошли по улице и просто смотрели на город. Раньше в городах всюду были магазины, но не здесь. Пока мы гуляли, не увидели ни одного. Но оно и понятно. Покупать особо нечего, да и не нужно. Провизией обеспечат, а ради деликатесов, вроде мяса, нужно идти в спецмагазины.

Тори привлекала много внимания, но агрессии в её сторону было очень мало, всё же она в форме флота. Ну и та ещё красотка!

Так что мы просто шли, держась за руки, и смотрели на улочки, дома, различные заведения, вроде парикмахерских, ну и, конечно же, смотрели на людей.

— Капитан, у того человека странные глаза, он — мутант? — спросила Тори, указывая на мужчину, сидевшего на скамье со смартфоном в руках.

— Нет, он — якут.

— Это заболевание?

— Нет! — хохотал я, а потом объяснил ей, что люди разные бывают.

— Понятно, интересно, а внутри все тоже разные?

— Нет. Внутри мы все одинаковые, — покачал я головой.

— Понятно, а…

Почемучка-Тори продолжила заваливать меня вопросами. И про зебру на дороге, и про светофоры, и почему такие цвета, и про многое другое. В итоге я морально устал…

— Пиццерия? Да ну! — ахнул я, увидев вывеску, и повёл туда Тори. Люди, проходившие мимо, смотрели на заведение и пускали слюни. Но никто не заходил. Судя по всему, цены там просто космос. Людям придётся немало копить баллы, чтобы позволить порадовать себя пиццей.

Вообще странно, что такие заведения строят. Ну или император планирует плавно возвращать деньги в оборот? Возможно. Всё же мы теперь в системах Содружества и можем покупать что угодно.

Ну, возможно, таков и был план… Но пошло всё по одному месту из-за повреждения Москвы.

И вот мы вошли в заведение, где нас встретила симпатичная девушка и ойкнула, увидев Тори.

— Добрый день? — я улыбнулся ей.

— Да, простите. Добрый день! Вы бронировали столик?

— Нет, мы случайно сюда зашли. Значит, столиков нет?

— Есть, к счастью, есть! Прошу за мной!

Она повела нас в зал, а я улыбался. Там почти все столы свободны… Их было тридцать. Круглые с четырьмя стульями за каждым. Зал неплохой, в зелёных тонах, пол покрашен под траву, потолок же стилизован под кроны деревьев, а лампы — это «просвет» меж веток.

Нас усадили за стол и дали меню, где можно было выбрать одну из четырёх пицц. Богатырская, мясная, четыре сыра и марсианская. Цена, конечно…

— Какую хочешь? — спросил у Тори.

— Не знаю… Любую, наверное.

— Тогда давай эту, — я наугад ткнул на пиццу с колбасой и посмотрел на официантку.

— Заказ оформлен, — сказала та и кивнула на металлический диск в середине стола. Я коснулся карточкой его и оплатил. — Спасибо! Всё будет приготовлено в течение пятнадцати минут!

Она умчалась, а я посмотрел на других людей. Здесь были четыре немолодые женщины, которые ели одну пиццу и едва ли не рыдали от счастья. Была компания с семьёй. И у них было аж три пиццы. А также какой-то старик, в одиночку доедающий пиццу. Выглядел на седьмом небе от счастья.

— Необычное место, — сказала Тори. — Здесь приятно и спокойно. Но думаю, обед в таких заведениях в космосе стоил бы целое состояние.

— На планетах, по идее, всё куда дешевле. Но мы так и не погуляли на Гиттитара-3.

— Зато чуть не умерли… — добавила осьминожка.

— Ох ты ж блин! Ксенос! — раздался голос. Мы обернулись и увидели вошедшего мужчину в деловом костюме. — Кто впустил сюда эту тварь? Деньги не пахнут, да?! — спросил он громко. А я встал и направился к нему.

— Что надо? Я полицию вызову, если… — договорить он не смог, так как получил в рожу и, отлетев, рухнул.

— Оскорблять члена моего экипажа, а также невесту графа… — я присел перед стонущим мужчиной. — И что мне с тобой делать, неуважаемый? Полицию вызвать, да?

— Ксено**, предатель, — простонал он.

— Ты — дурачок? Во флоте хватает ксеносов, которые сражались с нами бок о бок. Или ты из тех идиотов, которые считают, что все ксеносы — это враги?

— Это ты — идиот… ксеносы уничтожили Землю! Десятки миллиардов погибших!

— Тяжёлый случай, — покачал я головой. — Ксеносы также поставляли нам оружие, технологии и даже корабли, а про тех, кто умирал за нас, ты не хочешь сказать? Хотя без разницы. За открытую ксенофобию, неспровоцированное оскорбление офицера экспедиционного флота, а также неспровоцированное оскорбление аристократа ты отправишься на тюремный корабль. Хотя, скорее всего, тебя отправят работать в шахтах.

— Иди к чёрту, ты хоть знаешь, кто я? — рыкнул тот, пытаясь подняться.

— Знаю. Каторжник.

Я поднялся, так как сюда уже вбегали двое мужчин в броне. Полиция. Быстро они, однако!

Пришлось объяснить им, но так как здесь есть камеры, то вскоре полиция смотрела повтор. Затем на мужчину надели наручники, я подписал протокол на планшете, и они уехали.

— Его и правда отправят на каторгу? — удивилась Тори.

— Да. Открытая ксенофобия запрещена. Это сделано из-за того, что были инциденты… В первые годы Исхода ксеносам и полукровкам, которые не покинули нас, когда началась война, было особенно тяжело. Они честно трудились на благо всех нас, и Император защитил их права. Можешь дома хоть выть, как ненавидишь всех ксеносов, но вне дома — за это каторга.

— Хм. Понимаю. Глупо винить всех ксеносов за то, что сделала Империя Ирис, — согласилась осьминожка.

— Вот именно. Но дураков везде хватает. И, как говорится, дурак — это диагноз. А людей с диагнозом нужно содержать в специальных местах. Этот же, — я кивнул на дверь, — судя по всему, зажрался и потерял связь с реальностью. Теперь его вернут на землю.

— Какую землю?

— Это выражение такое. Опустить с небес на землю. Грубо говоря, разрушить его фантазии.

— Поняла, — кивнула осьминожка.