Чтение онлайн

Между тем Михаэля ждало очень серьезное испытание — Монако. Ему еще не доводилось гонять по этим узким улицам. На тренировке Шумахер проехал 29 кругов, знакомясь с трассой. Его развернуло в шпильке «Левс», и, словно отвечая Росбергу, Михаэль сказал: «Покажите мне гонщика, который ни разу не развернулся бы на этой трассе, идя на пределе! Уж такое это место! Я знал, к чему готовиться, вот почему приехал сюда пораньше и как следует поездил здесь на мотоцикле. Я предпочитаю внимательно изучать новую для себя трассу, но делаю это по-своему. Я осваиваюсь довольно быстро. Разбиваю трассу на участки и разбираюсь с ними один за другим. В Монако я выделил пять участков, с которыми нужно было разобраться как следует, и мне это удалось».

Он позволил себе посетовать, что в четверг не сумел подняться выше шестого результата.

В гонке Михаэль на протяжении 28 кругов тщетно преследовал Алези, пока тот не сошел из-за отказа коробки передач. «Я достал Патрезе, но с ним была та же проблема: можно было надеяться только на то, что он где-нибудь ошибется. А он не ошибся». Шумахер финишировал четвертым в сорока секундах позади победителя, Сенны.

В Монреале Михаэль также еще не выступал. В квалификации он был пятым и пятым же шел в гонке, преследуя Бергера. «Я чувствовал, что скорость у меня намного выше, но в трафике обогнать его не мог, а когда баки стали пустеть, немного быстрее поехал он».

Сенна лидировал, но на 38-м круге сошел из-за отказа двигателя. Патрезе дотянул до 44-го круга, потеряв сначала шестую, потому пятую, четвертую передачи… А Шумахера обошел Брандл. Теперь лидировал Бергер, за ним шли Брандл и Шумахер. Так продолжалось всего один круг: на машине Брандла, отказала трансмиссия. Бергеру Михаэль уступал восемь секунд. Охота началась!

Несмотря на проблемы с переключением передач, Бергер проходил круги за 1:22. Шумахер держал такой же темп, но не более того. «По ходу гонки у меня возникло сомнение: не поменять ли шины? Но мне казалось, что Алези (третий) отстает ненамного, и я решил тянуть до финиша на второй позиции, хотя шины перестали держать совсем».

Линию финиша он пересек через двенадцать с половиной секунд после Бергера. «На последних десяти кругах я уже и не пытался его достать, потому что хотел закончить гонку вторым, зная, что даже если я его нагоню, то вряд ли сумею пройти».

Судя по всему, он начал осваивать и последний элемент гоночной премудрости — умение ездить медленно.

В Маньи-Куре отлично стартовал Патрезе, сумевший переиграть Мэнселла, Бергер шел третьим, Сенна четвертым. Шумахера оттеснили на пятую позицию. «Плохо принял старт, — рассказывал Сенна, — Герхард и я в первый поворот вошли колесо в колесо. Было опасно, но все обошлось. На прямой я повис позади него, Герхард тормозил в последний момент, так что я был осторожен».

Так они подлетели к шпильке «Аделаида», Шумахер нырнул внутрь — и ткнулся в Сенну. «Шумахер пихнул меня в борт, — говорил Сенна, — Думаю, он не рассчитал скорость и точки начала торможения, тем более, что это был только первый круг. Остановиться он не мог и ткнул меня в правое заднее колесо».

«Я пытался провести обгон на последнем отрезке зоны торможения, — объяснял эпизод Шумахер, — но он повернул, и я не успел затормозить. Мы шли вплотную друг к другу, и контакт был практически неизбежен. Это была моя ошибка. Ничего уже нельзя было сделать. Пришлось вернуться в боксы на ремонт».

Гонка была остановлена на 20-м круге из-за дождя, но положение зафиксировали по 18-му кругу. К этому времени Шумахер показал лучшее время гонки. «Я никогда не боялся гонять в дождь». Во время рестарта в той же шпильке «Аделаида» Шумахер столкнулся со Стефано Моденой (Jordan). Михаэль даже взлетел в воздух. «Момент был напряженный. Я пытался пройти Модену по внешнему радиусу, потому что решил, что он уйдет внутрь. А он не ушел. Он двинул мне наперерез, мы столкнулись колесами, и все было кончено. Я вылетел, но жаловаться мне не на что. В гонках такое случается».

В Силверстоуне «толпа собралась невероятная и всюду, куда бы ты ни пошел, было полно охотников за автографами. Стоило выйти из моторхоума, и дальше было не пробиться. И хотя я люблю общаться с людьми, справиться с этим было непросто, ведь мне нужно было думать о гонках. Мне жаль, что я таким образом мог кого-то разочаровать. Я предпочел бы дать им больше, но не мог — не позволяла занятость. Освоиться на трассе не составило труда, ведь я там уже гонялся за рулем Mercedes, но в кокпите Benetton ощущения несколько иные, особенно из-за ветра, дующего вдоль Ангарной прямой».

В пятницу Шумахер был четвертым, в субботу только седьмым, но было сыро, и результаты остались без изменений:

Гран-при Великобритании безраздельно принадлежал Мэнселлу. Когда он выиграл, восторженная толпа рванула с трибун на трассу, не обращая внимания на гоночные машины. Кто там помнит, что четвертым финишировал Шумахер?! «Старт получился неплохим, но был не самым удачным, потому что Мартин разогнался лучше. Я обошел его в Becketts, но не рассчитал скорость и пролетел по гравию, а потом наскочил на поребрик. Подтянувшись вплотную к Сенне, я потерял прижимную силу и дважды заблокировал передние колеса. Хорошо, хоть я его не задел. Я решил поменять шины, потому что ощущались вибрации, а под конец был уверен, что смогу пройти Бергера, и гнал, как мог. Наудачу двигатель на его машине сгорел в последних поворотах, и я отобрал у него четвертое место».

О толпе, заполонившей трассу, Шумахер сказал: «Это было очень опасно. Я летел по главной прямой, когда увидел массу желтых флагов. Я подумал, что впереди, возможно, какая-то авария, а затем увидел людей и вынужден был очень резко тормозить. Это было страшно».

В перерыве между гонками в Великобритании и Германии десять команд, включая McLaren и Benetton, приехали в Хоккенхайм на тесты. В какой-то момент Сенне показалось, что Шумахер его придержал. Затем Шумахер почувствовал, что Сенна его придержал. В конце концов Сенна прибежал в боксы Benetton и «схватил меня за воротник — вероятно, хотел мне что-то сказать». Механики McLaren, почуяв неладное, прибежали вслед за Сенной и увели его к себе.