Чтение онлайн

«Реакция принимала всяческие меры, чтобы не допустить общения большевистских лидеров с рабочими депутатами в Думе. В этот период рабочим депутатам очень много помогал Михаил Иванович. Приходя к нам, он приносил с собой боевой дух петербургских пролетариев и, высказываясь в прениях, как будто со стороны, умело отстаивал большевистскую точку зрения, метко разоблачая политику правящих классов…

Рабочие депутаты внимательно прислушивались к каждому замечанию Михаила Ивановича, ибо это был голос самых сознательных и передовых пролетариев. Его советы помогали нам во многом — в них были сконцентрированы житейская практика и богатый политический опыт». [86]

Русское бюро ЦК в проведении в жизнь решений Пражской конференции, в восстановлении и укреплении столичной партийной организации опиралось на руководящую группу петербургских большевиков, в том числе на М. И. Калинина, Н. Г. Полетаева, Б. И. Иванова, М. С. Ольминского, Н. М. Шверника, Е. П. Онуфриева (рабочий-обуховец, делегат Пражской конференции) и других. С их помощью широко и быстро развертывалась работа в легальных профсоюзах, шло завоевание масс через культурно-просветительное общество «Образование», больничные кассы, страховые общества и другие легальные организации. Эта группа петербургских большевиков энергично боролась за реализацию ленинского плана издания массовой ежедневной рабочей газеты «Правда», участвовала в практической подготовке ее выпуска.

В период бурного революционного подъема голос большевистской партии должны были слышать сотни тысяч рабочих. Но партия по-прежнему находилась в подполье. Ее тысячеголосым рупором могла стать ежедневная легальная газета для рабочих, [87] однако ее издание требовало немалых денежных средств. Без помощи, без поддержки самих рабочих осуществить выпуск такой газеты было бы невозможно. Большевики столицы, а вслед за ними — и других городов повели среди рабочих агитацию в поддержку «Правды».

М. И. Калинин отдавал много сил организации сбора средств в фонд «Правды», неустанно выступал против меньшевиков-ликвидаторов, пытавшихся сорвать ее выпуск.

Политическая и материальная поддержка рабочих определила судьбу «Правды». Газета вышла в свет, как и намечалось, 22 апреля (5 мая) 1912 года, 60-тысячным тиражом. Отмечая исключительную роль рабочих Питера в издании ежедневной боевой большевистской газеты, Ленин писал: «…Петербургские рабочие совершили крупное, — без преувеличения можно сказать, историческое дело.» [88]

Летом и осенью 1912 года Калинин участвует в восстановлении разгромленной царизмом столичной партийной организации, ПК РСДРП, который весной подвергся очередному разгрому, а также районных комитетов и заводских ячеек партии. В числе первых были восстановлены Выборгский, Василеостровский, Петербургский и другие районные комитеты. Осенью был сформирован ПК РСДРП. В ноябре 1912 года Калинин вошел в состав воссозданного Северного областного бюро РСДРП.

Большую работу Калинин вел в различных легальных организациях, в том числе в Сампсониевском обществе образования. Официальной целью общества была культурно-просветительная работа среди рабочих. В 1912 году, войдя в состав правления общества, интерес к которому, кстати, проявляли многие политические партии, Калинин стремился исподволь развернуть в нем политическую работу путем организации лекций, докладов, дискуссий. Усилиями Калинина и других членов правления — большевиков общество постепенно превращалось в один из опорных легальных пунктов большевистской работы в Выборгском районе столицы. Помещение общества в Бабурином переулке большевики иногда использовали и для нелегальных собраний.

Вместе с тем Калинин повседневно вел агитацию и пропаганду на Орудийном заводе. В ноябре 1912 года он был арестован здесь как один из «главных подстрекателей и руководителей» однодневной политической забастовки, которую в начале ноября одновременно провели рабочие ряда предприятий столицы, в том числе и Орудийного завода. После допроса в охранном отделении Калинина поместили в Александро-Невскую полицейскую часть, где он просидел около трех недель. В докладе отделения градоначальнику о поводе для ареста Калинина сообщалось: «…Большевик, кандидат в ЦК, активный партийный работник Выборгского района местной организации Р. С.—Д. Р. партии… связан с Невским районом местной организации Р. С.—Д. Р. партии». [89] Охранка констатировала безрезультатность обыска у Калинина. Освобождение из-под ареста последовало после определения меры наказания: по постановлению градоначальника Калинину воспрещалось жительство в столице впредь до особого распоряжения. [90]

М. И. Калинин не покинул Петербург, а лишь поменял место жительства. Он обосновался в 15 километрах от столицы, на станции Озерки Финляндской железной дороги. Рабочие Орудийного завода вынудили администрацию не увольнять Калинина. Тем самым они проявили заботу не только о своем вожаке, но и о его семье. Каждый из них хорошо знал по себе, что значит для семьи даже самая кратковременная безработица ее кормильца. А в семье Калининых подрастало уже трое ребятишек. Самому старшему не было еще и пяти лет. Екатерина Ивановна, жившая с малышами в Верхней Троице, изредка навещала мужа, привозя в Питер на свидание с отцом то одного, то другого ребенка. Михаил Иванович очень любил детей и страшно скучал по ним в долгой разлуке.

Удержаться Калинину на Орудийном заводе, однако, не удалось. В январе 1913 года полиция вновь арестовала его под предлогом нарушения им запрета на жительство в столице. Большевистская «Правда» незамедлительно откликнулась на этот произвол властей, сообщив об аресте и о протесте рабочих Орудийного завода. «Вчера, 17-го января, в 2 часа дня, — писала „Правда“, — на завод приехал жандармский офицер со свитой из 4-х агентов охранного отделения и 1 околоточного… После краткого разговора с офицером помощник начальника потребовал в проходную контору рабочих Михаила Калинина, Добрасова и Беднякова. Последнего на заводе не оказалось, первым же двум объявили, что они арестованы…

Весть об аресте двух товарищей быстро облетела весь завод и сильно взволновала всех рабочих… Рабочие решили 18-го января избрать депутации к начальнику завода, чтобы выяснить, почему администрация допустила арест товарищей на заводе и что она намерена предпринять для освобождения двух арестованных товарищей…» [91]

Спустя некоторое время Калинин был освобожден из-под ареста. Ему было предписано немедленно покинуть Петербург. Но он и на этот раз «ослушался». Исчезнув на две недели с глаз охранки (уехал в Верхнюю Троицу), Калинин по возвращении устроился на завод «Айваз», который также находился на Выборгской стороне, но за городской чертой, в Лесном. В июле 1913 года Калинин снова вынужден быть в деревне. Но осенью он уже трудился на «Айвазе», в инструментальной мастерской. На заводе было много рабочих, не имевших — по политическим мотивам — права на жительство в столице (они селились в Озерках, Шувалове и в других местечках Петербургского уезда). При таком контингенте рабочих Калинину сравнительно быстро удалось восстановить заводскую партийную ячейку, превратить ее в крепкую, боевую большевистскую организацию.

Большевики-айвазовцы, руководимые Калининым, сыграли важную роль в поддержке газеты «Правда» питерскими рабочими, в проведении подписки на нее, в распространении и спасении многих номеров газеты от конфискации тиража.

М. И. Калинин принадлежал к той части правдистов, которая выполняла директиву партии — прочными узами связать большевистскую «Правду» с рабочей массой. «С выходом „Правды“, — отмечал в одном из своих выступлений Калинин, — значительно расширился фронт борьбы против царизма. Прием подписки на газету, сбор средств на ее существование, доставка газеты на заводы и раздача ее подписчикам — все это вовлекало значительное количество новых рабочих в революционную борьбу…

Я тогда работал на заводе „Айваз“ и хорошо помню, какое изменение внес выход „Правды“ в нашу внутрипартийную жизнь. Заводская организация сразу же получила огромную нагрузку практической революционной работы». [92] С помощью «Правды» большевики «Айваза», как и многих других предприятий, втягивали в орбиту ее политического влияния не только кадровых рабочих, но и значительную часть еще не искушенной в вопросах классовой борьбы заводской молодежи, а также женщин — работниц завода.