Чтение онлайн

– Я хочу тебя поблагодарить за круассаны, - прошептал он, погладив легко, словно ее касались крылья бабочки, по щеке.
– Спасибо, Лина!

Она верила ему.

Слепо.

Верила в их судьбу.

Да, не бывает лишних и ничего не дается просто так.

Значит так было нужно.

Но так сложно почему — то открыться первой. Что — то держало. Не позволяло ей перейти последнюю грань, сметая на пути любые преграды. И Лина догадывалась, какая сила не пускала ее.

Ожидание. Она ждала, когда он произнесет те слова, что необходимы ей. Как кислород, без которого можно умереть. Ждала, чтобы Микаэль хоть раз признался в том, какие чувства испытывает.

Полюбить, не прикасаясь к телу, но дотронувшись души. Смог ли он так?.. Искренне. Самозабвенно. Навсегда. Так как она?

– Можно мне…- предложение сбилось из — за обрушившегося на нее потока мыслей. Его близость действовала на нее ошеломляюще. Отключая мозг и оставляя только учащенное сердцебиение. А в остальном — туман.

– Ты очень эмоциональная девушка, - заметил Микаэль, внезапно выпуская ее, и она вновь чуть не пошатнулась. Лишившись согревающего тепла и опоры. Ухватилась за спинку стула и тряхнула головой, пытаясь тщетно собраться.

Во что она превращается в его присутствии? В воск. Таящий в умелых руках. Не нужно прилагать особых усилий, чтобы слепить из нее то, что хочется. Нравится. Он использует ее слабость, и самое ужасное — она вовсе и не против. Не возражает.

– Почему?
– вырвалось у нее.

– Не знаю, просто по тебе видно, что ты не спокойный человек.

– Уже поздно, - она указала головой на настенные часы. Интересно, а какую благодарность Лина хотела за принесенную для него выпечку? Какую награду за время, проведенное на кухне почти до полуночи? Порой не всегда сбывается то, чего мы страстно желаем, поэтому следует довольствоваться тем, что имеем. Ценить, ведь и его можно запросто лишиться.

– Ты обиделась?
– вздернул недоверчиво бровь Микаэль. Обида и досада — разные чувства, пусть и чем — то отдаленно напоминающие друг друга. И Лина досадно оценивала произошедшее в кабинете, постепенно понимая, что Микаэль, похоже, и не намеревался ее целовать. Глупая и наивная девочка, выставляющая себя круглой идиоткой. Куда подевался разум? На самом деле, он давно замолчал, уступая место зову сердца.

– На что мне обижаться?
– вопросом ответила Лина.
– Вы же закончили, и я могу идти домой.

– Не пойму, кстати, почему так происходит, - задумчиво бросил Микаэль.
– Как только вылечиваем один зуб, начинает болеть другой.

– Я… не знаю, - прикусила нижнюю губу Лина, боясь румянцем выдать правду. Болел не зуб, Микаэль, а душа, стоило представить, что им потом не предстоят встречи. Пусть и в кабинете. Но не будут одни. Без никого, учитывая, что он и не приглашал ее на свидание. Вряд ли и планировал.

– Я кое — что заметил, - сократил расстояние, разделяющее их, Микаэль и коснулся подушечкой среднего пальца приоткрытых губ. Моргнула, недоверчиво следя за действиями мужчины.

– Что Вы заметили?
– прошелестела, опаляя теплым дыханием его руку, и он отдернул. Складывалось впечатление, что в нем боролись противоречивые ощущения. Хотелось, да нельзя. И никто не в силах был ответить, почему же стоит этот запрет. Кем поставлен? Для чего? Табу.

– Я разболтался сегодня что — то, - проговорил Микаэль.
– Прием, действительно, закончен. Вечером спишемся! Пойдем!

Лина послушно направилась вслед за ним, невольно облизнув то место, к которому он притрагивался. Что творится внутри Микаэля Клекчани? Иногда совершал самые смелые поступки, покоряя дерзостью и приводя на шаг ближе к исполнению мечты. Иногда отдалял, четко прочерчивая между ними невидимую грань, перейти которую не следуют никому из них. С какой целью? Почему он сопротивляется, если Лина приняла правду такой, какая она есть? Предначертано. Все. Свыше.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Сегодня выдался особенно тяжелый день. Мрачный. Долгожданный выходной, который планировал провести в спортивном зале, вынужден потратить на подготовки к похоронам дяди.

А еще у него не будет возможности часто переписываться с Линой. Звонить. Учитывая, какой у нее порой проявляется сложный характер, она, наверняка, подумает, что он нарочито придумал подобную отговорку. Специально, чтобы отдохнуть от нее, даже и не догадываясь, какую отдушину Микаэль получает в общении с ней. Никто не понимал его так, как она. Рассказывать ей что — то новое, ожидая вспышку восторга. И так происходило. Наивная и милая, при этом не лишенная острого ума. Застенчивая и скромная, сочетая в себе те качества, что сейчас почти невозможно найти ни в одной девушке. Особенно из «золотой молодежи». Ни разу не дала ему понять различия между ними в социальном положении. Не зарекалась о том, насколько лет он старше. Поначалу удивилась, заставив его подозрения на мгновенья оправдаться. Однако позже Микаэль осознал, какое значение для нее имеет их связь. Дорого. Слишком дорожит ими, и он вынужден был ответить взаимностью. Добровольно, правда, поддерживая и не возражая. Потому что в глубине души сам хотел этого. Общения и приятного времяпровождения с той, кто не уступает ему в знаниях. Неопытная, зато порой ее мудрость открыто виднелась во многом.

Среда — ужасный день. Вместо отдыха, который у него бывает всего — то пару раз в неделю после плодотворной рабочей недели. Только он, Микаэль Клекчани, из всего коллектива соглашался на долгие дежурства. И выбирала его по той причине, что он числился пока в холостяках. Закоренелых, причем. Даже у его босса, Эдуардо, который младше на два года, жена ожидала третьего ребенка, не говоря уже о всех женатых стоматологов в их клинике. Кроме него.

Неосознанно провел по свободному от обручального кольца безымянного пальца. По правде, женитьба не входила в его планы. Прежде чем создать семью, нужно быть уверенным, что он сумеет обеспечить ее. Дать должное. Издавна именно мужчины являлись добытчиками и кормильцами, а у него на данный момент немного туго с финансами. К тому же непогашенная ипотека, оставленная в Италии, не забыта банком или прощена, поэтому — то Микаэлю приходилось откладывать значительную часть из зарплаты для погашения суммы. До сих пор жил с родителями в съемной квартире, а прописан у дальних родственников, сжалившихся над их безвыходным положением. Однако Микаэль убежден был, что когда — нибудь его дела непременно наладятся. Пусть в тридцать пять лет он не обзаведется женой, тем не мене через два — три года все может измениться. В лучшую сторону. По крайней мере, он надеялся на хорошее завершение. Верил. Ведь Вселенная воспринимает и осуществляет наши желания. Приводит к задуманной цели и материализация мыслей почти всегда гарантирована. Мыслить так же необходимо позитивно. Никакого негатива.

Его телефон зазвонил так неожиданно, что Микаэль вздрогнул и нахмурился, поймав косые взгляды дальних родственников. Отошел в сторону, уставившись на экран. В голове промелькнула мысль, что, возможно, это Лина. А, может, он просто — напросто ждал, хоть она и пообещала сегодня не тревожить его. В тоне тогда он уловил едва заметные нотки обиды. Для него предельно ясные. Иногда Лина переходила грань, становясь ненасытной в общении. Не раздражало, но настораживало его.

– Миссис Салли?
– слегка растерянно ответил на звонок Микаэль. Неприятное предчувствие шевельнулось в груди, и он вздохнул.
– Добрый день!

– Добрый, Микаэль, - отозвалась спокойно женщина на другой линии.
– Я хотела узнать, ты сегодня в клинике?

– Нет, у меня выходной.

– Ты записал Лину на послезавтра, верно?

– Да!

– Мне нужно с тобой переговорить, - серьезно произнесла Рина. Именно этой развязки он ожидал. Кульминация наступает, когда мы еще не готовы к ней. Нет, он постепенно настраивался, что когда — нибудь его вызовут на подобный разговор. Все — таки общается он с дочерью знаменитого адвоката, имеющего имя и власть в городе. Знал, куда шел, тем не менее продолжал идти, не останавливаясь. Видимо, они перешли какие — то установленные запреты.

– Я Вас слушаю, миссис Салли.

– Где мы можем встретиться? Можешь приехать ко мне в офис?
– поинтересовалась женщина. Побледнел слегка, не представляя, с какой целью его приглашают на встречу. Сегодня. Неудачное начало ведет к худшему концу.

– Я не могу приехать, - на самом деле, Микаэль вовсе не готов был к предстоящим разборкам.
– Мы можем обсудить по телефону, если Вы не возражаете, миссис Салли.

– Я хочу поговорить о Лине, - начала она, и он методично кивнул, будто собеседница стояла перед ним.
– Помнишь, я говорила, что моя дочь никогда ни с кем не общалась, кроме тебя? Ты произвел на нее настолько неизгладимое впечатление, что она все время говорит только о тебе. Восхищается, а вчера она мне сказала: «Мама, разве такое бывает, что с чужим человеком может быть так интересно? Таких, как Микаэль, нет»