Чтение онлайн

Ребята собираются, а у меня какое-то чувство нехорошее. Вот где-то внутри зреет предчувствие надвигающейся беды, и ничего не могу с этим поделать. Почему-то хочется плакать, но этого делать я, разумеется, не буду. Я лучше пойду оправлюсь, так сказать. А если предчувствие останется, Серёже пожалуюсь, он в предчувствия верит.

– Я в кустики, – предупреждаю ребят.

Нечего тут стесняться, командир должен знать, где находится каждый его подчинённый, даже если он погадить отошёл. Правило такое, и правильное правило, между нами говоря. Только предчувствие заставляет взять с собой рюкзак, сама не знаю зачем. На меня одной гранаты, что в кармане, хватит, а в рюкзаке ещё кило того, что детонировать может, но «чуйка» – зверь такой, поэтому я делаю то, что чувствую правильным.

Я отхожу чуть дальше от ребят, вижу удобную прогалину, но что-то мне тут не нравится, потому делаю шаг в сторону и замираю. На меня в упор смотрит дульный срез американской винтовки. В тот же миг кто-то хватает сзади за шею так, что я теперь только хрипеть могу, а не кричать. А там же ребята! Там Серёжа! Они не знают о засаде!

Я понимаю, что здесь моя жизнь заканчивается. Конкретно вот этим «аборигенам» в руки лучше не попадать никому, а они всё равно в результате убьют. Или же сделают такое… В общем, понятно. В это мгновение пальцы цепляют гранату без замедлителя. В кармане лежит, уже готовенькая. Почему-то в голову не приходит наука с отводами глаз и прочим – может быть, потому что я в неё не верю?

Прощайте, ребята! Отомсти за меня, Серёжа!

***

– Ну вот как это называется?! – слышу я, открывая глаза.

Я же только что взорвалась, от меня же ничего остаться не должно было! Как я могу открыть глаза?! И, кстати, где это я?

– Милалика! Как это называется, а? – снова слышу я тот же женский голос.

Я лежу на поляне в обычном таком лесу средней полосы, вокруг меня туман, а прямо напротив стоит женщина в длинном чёрном платье, опираясь на такую же чёрную косу – ну, которой траву косят, и дама эта возмущена. Даже слишком возмущена, по-моему. Обращается она ко мне, но почему так называет?

– О косу не порежетесь? – интересуюсь я.

– Делать мне больше нечего, – отвечает мне она. – Милалика! Как тебе не стыдно! Ты почему опять до обретения ко мне отправилась, а? Как мне твою судьбу править в таких условиях? Ты что, забыла, что вернуть тебя можно только после того, как вспыхнет истинная любовь?

– Женщина, вы кто? – задаю я сакраментальный вопрос.

– Дожили! – возмущается она. – Уже и Смерть не узнают! Дать бы тебе, да ведь не поможет это!

– Интересные галлюцинации, – соглашаюсь я.

Я всё понимаю: на самом деле я лежу в виде фарша среди мелко нарубленных аборигенов, а мой медленно умирающий мозг выдаёт весёлые картинки из журнала «Ералаш». А фарш – потому что заботливо прихваченный рюкзак детонировал. Медленно поднимаюсь на ноги, внимательно осмотрев себя. Я полупрозрачная, что говорит о детальности галлюцинаций, но мне уже, в общем-то, всё равно. Я уже фарш третьего сорта, то есть – вместе с будкой, как об этом говорит анекдот. Так что теперь можно и послушать, что мне Смерть скажет.

– Вот куда тебя теперь девать, а? – интересуется у меня женщина, представившаяся Смертью. – Обратно не сунешь, как в прошлый раз… А мир должен быть сопредельным, а то…

– А зачем меня совать? – удивляюсь я.

– Потому что ты – дура, – безапелляционно заявляет эта Смерть. – Нашла кому верить! Вот теперь ты – моя личная невезучая головная боль. Дура жалостливая, но безмозглая! Вот и крутишься, как белка в блендере!

– Ничего не понятно, – признаюсь я. – Но очень интересно!

Ответить она мне не успевает. На поляне внезапно возникает… Серёжа в сопровождении какого-то сильно побитого мужчины в белом, с дымящимися крыльями. Я бросаюсь к самому своему дорогому человеку, и мне наплевать на то, что он меня оттолкнуть может, – вижу я сейчас только его. Рычащего от бешенства, с застывшей просто нечеловеческой болью в глазах.

– Забирай! – коротко бросает мужчина. – Чтоб я ещё раз ангелом-хранителем устроился… – в сердцах сплёвывает и исчезает.

– Серёжа! – я налетаю на Грома. – Ты как здесь? Неужели ребята не услышали?

– Мила, родная, – обнимает меня мой Гром, ничего больше не говоря.

– Значит, истинную любовь обрела всё-таки, – задумчиво произносит Смерть. – И почему вы оба ко мне отправились? Эй, служивый!

Но мы на неё не реагируем совершенно. Мне кажется, что я в раю – меня Серёжа обнимает! Пусть в галлюцинации, но обнимает же! Теперь и умирать не страшно совсем. Смерть же машет рукой, и перед ней появляется картина: совершенно озверевший Серёжа со стволом в каждой руке, как Рембо какой-нибудь, прёт напролом по смутно знакомой местности.

– Да, царевна и воин… – вздыхает Смерть. – Что с вами делать теперь? По условиям, я вернуть вас должна, только не я решаю куда.

– С момента царевны можно поподробнее? – прошу я пролить свет на своё происхождение, отвлекаясь от любимого.

– Ты вспомнишь, – обещает мне наша Смерть. – Да и пригодится тебе, если выживешь.

– Жизнеутверждающе, – хмыкаю я, прижимаясь к Серёже, который просто шепчет моё имя.

Женщина вздыхает и объясняет мне, что на самом деле она вернёт нас в какой-то «промежуточный» мир, но мне нужно быть осторожной, ибо там есть те, кому я живой не нужна. Притянет меня, скорее всего, в девочку, похожую по статусу, но это мне не поможет, так как внешность моя изменится на «каноническую», что бы это ни значило. В какую эпоху, в каком виде и что будет происходить… Возможно, в недавно умершую, или в момент убийства. Единственное – мы с Серёжей будем в одном мире. Чтобы «вернуться домой», нужны какие-то «особые условия» и – «вы поймёте».

– Поправьте меня, если ошибусь, – прошу я Смерть. – О мире девочка не будет знать ничего, попадёт в момент смерти, будет слаба и вынуждена плыть по течению. Я права?

– Ну, в целом, да, – кивает женщина.

– Что с родными? – с ходу интересуюсь я.

– Ты изменишься, – коротко замечает она. – Поэтому будешь неизвестной сиротой, Милалика.

Интересная информация. Значит, опять детский дом и попытки меня убить. Интересно, а в прошедшей жизни то же самое было? И вообще, я подробностей хочу, это же мои галлюцинации! Ну а то, что сил не будет, – не беда, накромсать, если что, наука «мышек» поможет. Ну и собственные знания, конечно.

– В прошлой жизни то же было? – интересуюсь у Смерти.

– Да, Милалика, – кивает она. – Тот, кому ты бездумно доверилась, будет искать тебя, чтобы убить, а возможностей у него много.

– Что мне можно, а что нельзя? – спрашиваю я.

– Тебе можно всё, что сможешь сотворить, – сообщает мне Смерть. – И от чего сможешь убежать… Силы фамильные ведовские я тебе возвращаю.

Ладно, не зря же меня так долго учили. Ничего, всех найдём и умоем. Они у меня кровью умоются все! Что-то я озверела слегка, чего это я? Ладно, потом разберусь, а сейчас я пользуюсь методами скрытого допроса, пытаясь вытянуть у Смерти максимум информации. Серёжа мне помогает в этом, а опыта у него – как у дурака махорки.