Чтение онлайн

К концу дня я так уработалась, что после того, как за моими стрипушками, как ласково я называла девочек, что приходили два раз в неделю ко мне на занятия, закрылась дверь, я устало упала на паркет. «До» такая нагрузка для меня была лишь разогревом, «после» — это было настоящим испытанием. Так, вроде ходить я ещё могу, нужно, чтобы я доползла домой.

Как раз из динамиков заиграло что-то поразительно лёгкое и ритмичное, разбавленное какими-то латиноамериканскими нотками. Зал пуст, в открытое окно врывается свежий майский ветерок, заполняя лёгкие до одурения вкусным воздухом. Моё тело уже само по себе начинает движения. Хватит себя жалеть, ты все сможешь.

Руки жили своей какой-то тайной жизнью, бедра двигались в такт им. Я импровизировала, ведь с ногами быдла проблема. Упор делался на правую, тогда, как левая не могла работать так, как того требовалось. Там под лосинами от поясницы, опоясывая левую ягодицу, спускался уродливой лапой прямо к колену огромный шрам. Вернее, уже не шрам, а его отголоски, спрятанные за огромными цветами и ветками, появившимися там в конце апреля. Это был первый этап моего морального исцеления.

Их ещё было много, но такие танцевальные терапии, когда я могла говорить языком своего тела, помогали мне намного больше.

И даже тайный зритель, присутствующий где-то здесь, чей пристальный взгляд я чувствовала на себе, не мог мне помешать. И пока я любовалась собой, он исчез. А может, мне это просто показалось?

Ладно, пожалуй, на сегодня хватит. Тяжело дыша, я накинула на себя полотенце и поплелась в раздевалку.

— Привет, соседка! — Барышников с влажной головой как раз выходил из мужской, сверкнул белозубой улыбкой. Не думаю, что он был моим наблюдателем.

— А с утра ты был не такой разговорчивый — усмехнулась я.

— А что влезать в женскую перепалку? Тебя подвезти? — о, это предложение стало традицией. Каждую среду и пятницу, когда я уходила последней, соответственно Барышников тоже, так как он являлся хорошим другом моего босса, он всегда выступал с одним и тем же предложением, на которое всегда получал один и тот же ответ «нет».

— Тебе не надоело ещё?

— Когда-нибудь я услышу положительный ответ.

— Занимайся лучше своей личной жизнью, — заявление прозвучало, конечно, грубовато, но Олежик лишь криво усмехнулся. А потом его поглотил мрак длинного коридора. Ну и флаг Вам в руки, господин Барышников.

Душ помог моим мышцам немного расслабиться. В принципе, кажется, они начали привыкать за два месяца к таким нагрузкам. И нога уже по вечерам не так ныла от боли. Волосы сушила с мыслью о бисквитном тортике, и о том, что в супермаркет должна успеть по пути. Это меня и радовало. Нет, можно немного прогуляться до круглосуточного.

Пока закрывала дверь, в раздевалке напротив с буковкой «М», послышался какой-то грохот. Ну, если не полтергейст, то значит уборщица тетя Валя что-то уронила, хотя для ее смены рановато. Обычно я последняя уходила из персонала, когда уже посетителей не было, а внизу оставался один охранник.

— Теть Валь, Вы в порядке? — кинулась я к двери. Только вместо того, чтобы увидеть пухленькую тетеньку, моему взору представилась совершенно неожиданная картина: мужская голая спина, при чем не самая хиленькая, на которую приятно смотреть и пощупать просятся ручонки. А по ней стекают капельки воды, которые теряются в полотенце, обвязанном чуть ниже поясницы. И оно обтягивало очень симпатичную задницу. На звук моего голоса эта самая спина резко обернулась, явив миру свое лицо. Застыла, с удивлением глядя на девицу, ворвавшуюся в святая-святых мужской половины наших клиентов, а девица в свою очередь, не ожидавшая такого поворота, уставилась на него. Слова так и застыли на языке, дыхание замерло, а сердце заколотилось, зараза! Разволновалась при виде голого мужского торса, на который любо-дорого было смотреть.

Нет, конечно, не разглядывала так пристально, гипнотизировали мы друг друга лишь глазами, но периферическое зрение заметило достаточно неплохой рельеф на этой фигуре. И мальчик, вроде и не мальчик, но достаточно милый. И это все за считанные секунды, должна заметить. Так как мне нужно было что-то сказать в ответ на немой вопрос, застывший в его глазах, я вдруг очнулась.

— Шум… — это одно слово требовало массу усилий, так как произнести его оказалось тяжело. Но, при вдохе мозг получил достаточное количество кислорода, поэтому начал работать. И эта ситуация с точки зрения моего воспитания, выглядела не очень-то прилично.

— Оу, я уронил скамейку — указал он на небольшую лавочку, стоящую у шкафчика.

— Она не устояла перед Вашим обаянием?

— Это самый логичный вариант, который можно подобрать к данной ситуации.

«Ауч, милаха, хватит так говорить заумно, это звучит слишком сексуально».

— Вы аккуратнее, у нас вся мебель такая падкая на мужскую красоту.

— Жаль, что только мебель, — и это было последней каплей, чтобы мое сердечко дрогнуло и протяжно застонало. Его улыбка, которая появилась на милом личике сделала все за него. Стоит тут полуголый, ещё и флиртует, зараза.

— А я и не давала Вам повода сомневаться в основном. Хорошего вечера! — как бы не хотелось, но правила приличия требовали оставить этого прекрасного гаденыша наедине с самим собой. И когда я только понабирала манер? Наверное, это медленно приближается старость в мои двадцать три. Нужно уже поступки обдумывать, а не лепить сгоряча.

— И Вы вот так меня одного беззащитного оставите здесь? — поинтересовался он уже у моей спины, застывшей в дверях.

— Конечно! Я не привыкла доверять полуголыми мужчинам.

Уходила из комплекса с улыбкой. Вот точно нужно разбавить ее сладеньким. Эта встреча заставила всколыхнуться забытые нотки где-то там внутри. Нет, конечно, можно было бы ещё поболтать, но у всего есть своя мера. Это нелепое знакомство должно было закончиться именно так. Буду для него загадочной незнакомкой.

В супермаркете, кроме огромного красивого торта, на меня глядело ещё одно чудо. Так грустно-грустно, умоляя взять ее с собой. Ну, как тут не сжалиться, если ОНО так смотрит на тебя? Вот и я не удержалась, отправила ее в корзину до кучи, вернее до тортика.

Время уже было за одиннадцать, поэтому я знала, что спиртное мне не продадут, если только…О, вот моя Любаша с толстой косой, обмотанной вокруг головы, румяными щёчками и аппетитными формами, восседала на своей кассе

— Пробьешь по-братски? — поинтересовалась я, доставая винище из корзины.

— Для тебя, лапуля, сделаю все. Праздник какой?

— А у меня он каждый день! Спасибо, Любаш! — я ей сунула купюры и поспешила ретироваться к дому. Хотя на что я надеялась? Торт-то может, мы и съедим всей дружной компанией, а вот с алкоголем будет огромнейшая проблема. Фейсконтроль в нашу квартиру он точно не пройдет. И не из-за того, что нам запрещено пить, просто в свое время, сидя в инвалидном кресле, единственным обезболивающим для меня была водка. Вот сёстра теперь и избегают подобных случаев, чтобы я ненароком не превратилась в алкоголичку. Эх, жаль, а она такая симпатичная. И выбросить жалко.