Чтение онлайн

Сквозь распахнутый полог в шатер донеслись ликующие звуки толпы.

— Интересно, что сейчас происходит на ристалище? Пойдем, Эвенел, глянем, что там творится.

Эвел вышел, а за ним последовали, взявшись за руки, Эвенел и Элен.

— Мне тоже интересно, что там происходит. — Ларк попыталась подняться, но Элизабет заставила ее опуститься на кровать.

— Не делай глупостей, Ларк, прошу тебя. — Элизабет посмотрела на Уильяма: — Надеюсь, ты все-таки не так упряма, как твой отец.

— Но ведь у меня только царапина!

— Так оно и есть. Но если ты разбередишь рану, она будет болеть. — Элизабет взяла миску с водой и собрала окровавленные тряпки. — Мы с отцом сами отправимся на ристалище, посмотрим, что там и как, а затем вернемся и все расскажем тебе. Только не вздумай сбежать — напоминаю об этом еще раз, потому что знаю тебя слишком хорошо. — Элизабет помахала пальцем перед носом девушки.

Ларк улыбнулась. Теперь Элизабет имела полное право делать ей замечания, поскольку Ларк убедилась, что та любит ее.

Элизабет вышла из шатра, а Уильям, взглянув на дочь, широко ей улыбнулся:

— Ну что, разве Элизабет не прелесть? Особенно когда она в хорошем настроении! — Подмигнув дочери, Уильям последовал за супругой.

Через час в шатер Стоука зашли близнецы. Как обычно, их глаза лукаво поблескивали.

— Сегодня, сестрица, ты пропустила поистине великолепное зрелище, — хмыкнул Гарольд, — и мне, право, очень жаль, что в самом начале турнира тебя ранили. Ведь я места себе не находил — все ждал минуты, когда ты покончишь с Блэкстоуном одним хорошим ударом копья.

— Ничего, она поправится и уж тогда задаст ему перцу! — Седрик толкнул Гарольда локтем, и они фыркнули.

— Послушайте, парни, что вам от меня надо?

— Да ничего особенного. Просто пришли передать тебе весточку и заодно сообщить, что турнир уже закончился. Увы, долго он не продлился. Каждый, кто бросил вызов Черному Дракону, выехал против него с копьем всего один раз. Дракон, что называется, испепелил их всех. Последнему, правда, удалось унести ноги без особого ущерба для себя.

— То-то, должно быть, Дракон злился, — заметила Ларк.

— Это еще что! Поглядела бы ты, каким грозным взглядом он смерил женщину, которая сидела рядом с королем и старательно делала вид, что это ты и есть, — сообщил Седрик.

— Не скрою, этой женщине даже меня удалось надуть, и я подумал что это и впрямь моя сестричка. Если бы у тебя была хоть крупица ума, Ларк, ты не стала бы затевать подобного розыгрыша в присутствии его величества.

— Спасибо на добром слове, Гарольд, но скажи все-таки: какую весточку вы мне принесли? — Ларк поняла, что Гарольд ждет от нее вопросов, чтобы начать дразнить, а потому закрыла глаза и молча откинулась на подушки, изобразив полное равнодушие.

— Ладно, чего тянуть, давай, Гарольд, говори, — поторопил брата Седрик.

— Так… надо только точно вспомнить, что он велел передать и как. Ага, вот… — Гарольд намеренно заговорил басом, пытаясь имитировать голос Стоука: — Скажите своей сестре, что сразу же после турнира мы уезжаем домой.

«Все понятно, — устало подумала Ларк. — Он решил временно не отдавать мне распоряжений сам, а потому поручил это оболтусам братьям».

Послышались звуки шагов, и Ларк подняла глаза. В шатер просунула голову Кармия и, осмотревшись, спросила:

— Мне можно войти, миледи?

— Зайди.

Кармия проскользнула внутрь, прижимая к груди желтое платье, в котором была на турнире. Она уже надела свой алый наряд с глубоким декольте. Близняшки впились взглядами в ее грудь.

— Уходите, прошу вас, — сказала Ларк братьям.

Гарольд усмехнулся:

— Не забудь, что мы сказали тебе. И мой тебе совет — поторапливайся: Стоук в гневе.

— Ты что, нашу сестричку не знаешь? Она наверняка будет тянуть до последнего момента, опоздает и получит за это хорошую взбучку. — Вступил в разговор Седрик.

— Зато вы можете удалиться прямо сейчас, не дожидаясь взбучки. — Ларк ткнула пальцем в откинутый полог шатра.

Парни вышли из шатра, на прощание еще раз взглянув на декольте Кармии.

Кармия подошла к кровати:

— Стало быть, ты провела детство с этими двумя парнями?

— Каждый день имела счастье общаться с ними, — тяжело вздохнула Ларк. — Отец дважды пытался сделать из них оруженосцев и посылал ко двору своих родственников. Но из этого ничего не вышло. Мои дядья с удручающей регулярностью отсылали братьев назад, утверждая, что больших мошенников в жизни не видели.

— Но по-моему, ты неплохо научилась ставить их на место.

Ларк улыбнулась:

— Я прошла хорошую школу. Каждый день сражалась с ними — если не на кулаках, так языком. — Неожиданно осознав, что разболталась с Кармией как со старой подругой, она замолчала.

— Я, в общем, зашла только для того, чтобы отдать тебе платье. — Кармия нахмурилась.

— А как король? Разгневался на тебя?

— Да уж… Но еще больше его разозлила твоя шутка. — Кармия улыбнулась. — Правда, Стоуку удалось вернуть королю хорошее расположение духа, поскольку победителем турнира стал именно он. Ричард сменил гнев на милость и даже пообещал заехать к вам в Кенилворт.

— Неужели? — Ларк с минуту помолчала. — Спасибо тебе. Ты рисковала впасть из-за меня в немилость.

— Мне хотелось помочь тебе хоть чем-нибудь. — Кармия подняла на Ларк вопрошающий взгляд: — Как ты думаешь… — начала она, но умолкла.

— Ты о чем-то хотела меня спросить? Прошу, спрашивай…

— Завтра утром я уеду в Нормандию, чтобы своим присутствием при здешнем дворе не ставить тебя в двусмысленное положение. Тем не менее я была бы рада получить от тебя весточку и узнать, как ты поживаешь.

Ларк в упор посмотрела на Кармию. Первым ее побуждением было сказать этой женщине «нет». Хотя бы по той причине, что та бросила ее, а потом ни разу в жизни не навестила. С другой стороны, она не могла причинить Кармии боль, поскольку чувствовала, что между ними существует нерасторжимое родство, хотя эта женщина была чужим и незнакомым для нее человеком,

Ларк коснулась руки Кармии:

— Я напишу тебе. Более того, если ты приедешь ко мне, то будешь желанной гостьей.

Увидев, как в глазах Кармии вспыхнула надежда, Ларк улыбнулась. Впрочем, стоило ей подумать о Стоуке, как ее оживление исчезло. Мысль о том, что ей предстоит ехать вместе со Стоуком в Кенилворт, каждую минуту видеть его, спать с ним и при этом постоянно сознавать, что он не любит ее, была непереносима.