Чтение онлайн

Внимательно смотрю на подругу. Доступной дурой она не кажется мне от слова «совсем». Милой, открытой, немного наивной – да, но никак ни дурой.

Останавливаюсь прямо посреди коридора и прижимаю Раису к себе.

– Ты самая лучшая! – шепчу ей. – Ты умная, ты талантливая, ты настоящая. Любой нормальный мужик о таком сокровище мечтает. Просто ты еще не нашла своего. Но скоро, совсем скоро обязательно найдешь.

Райка впивается в меня из-за всех сил. Только сейчас я понимаю насколько ее выбил из колеи неприятный визит.

– Ну все, не надо огорчаться, оно того не стоит, - утешаю Раису, словно маленькую. – Глазки покраснеют, носик распухнет. Ты даже такая красивой будешь, но давай все-таки успокаиваться.

Райка смеется, уткнувшись мне в плечо.

– Полинка, ты – чудо! У меня такой подруги с самого детства не было, вот как после школы разошлись, так и не появлялась. А знаешь, - в голосе подруги слышится нездоровый энтузиазм, - я бы так хотела пойти посмотреть на эту его невесту. Ну хотя бы одним глазком. Интересно же, чем помимо денег моего Игорька привлекла.

Идея плохая, но я понимаю, что Рае это нужно. Ладно, прорвемся. Я сейчас спокойна и относительно здравомысляща, если будут приключения – разрулю.

– Ладно, - соглашаюсь неохотно. – Только без коньячка.

– Это потому что ты на машине? – хлопает на меня глазами Раиса.

– Нет, это потому что ты не в себе! – хватаю эту любопытную особу под локоть и все-таки тащу к выходу. Не хотелось бы сейчас встретиться с кем-то знакомым.

– Ты знаешь, у нее сегодня девичник, - щебечет Рая, - а Игорь, придурок, даже кафе назвал, чтоб убедить меня, что все безопасно и нас не застукают. Так вот мы придем в эту кафешку, посидим немного, просто поглядим со стороны и сразу уйдем. Полин, ну а дома коньячка можно? – Раиса жалобно смотрит мне в глаза.

– Ну, после такого испытания точно можно! – милостиво разрешаю и мы обе смеемся.

Правда хохочу я не долго, ибо наше веселье прерывает голос Сашки, доносящийся из мужского туалета.

– Дарька, да не вертись ты, стань нормально! Я никак попасть не могу.

Замираю, как вкопанная и слушаю дальше.

– Ну вот зачем ты блузку снимаешь? Оставайся в ней, так справимся.

Нет, к такому я была определенно не готова. На автомате иду дальше, еще и Раю за собой тащу, но все как во сне. Охренеть! В институте! Вот уж молодые, да ранние.

– Поль, Полечка, на тебе лица нет! – встревоженно бормочет Раиса.

– Ерунда, - отмахиваюсь от нее, натягивая улыбку, - сейчас губы накрашу и снова появится.

– Ты ненормальная! – выносит вердикт подруга. – Вместо того, чтоб попсиховать, пореветь, вечно за шуточками своими прячешься. А так нельзя. От такого стареют рано! – правда почему от такого стареют рано Раиса договорить не успела, ибо ее посетила очередная гениальная идея.

– А хочешь я их шугану? – улыбается эта дурында и, пока я не успела призвать к ее разуму, ныряет в туалет.

– Эй вы, молодежь! – кричит, громко тарабаня в дверь. – Совсем страх потеряли, вас на весь институт слышно!

Из-за двери доносится девичий писк и Сашкин мат, но мы это представление не слушаем, хватаемся за руки и быстро скрываемся с места преступления.

Хохочем обе уже у меня в машине, ибо попадаться на глаза перепуганной парочке желания нет абсолютно.

– И я еще ненормальная! – фыркаю укоризненно. – Рай, ну вот зачем ты детям удовольствие испортила? У них такой экстрим намечался.

– Экстрим намечался, экстрим и получили, - пожимает плечами Раиса. – Давай, поехали в «Уютную лагуну», только нормально, Поль, поехали, а не как обычно.

– Будешь много разговаривать – начнешь ходить пешком, - огрызаюсь беззлобно. – Чем тебя мой стиль вождения не устраивает?

– Например тем, - Рая демонстративно задирает и без того короткую юбку, выставляя на показ синяк на бедре, - что после поездок с тобой я вся побитая хожу. Ну ты хоть иногда тормози на поворотах, так, для разнообразия.

– Это где ты стукнулась? – спрашиваю удивленно. Нет, мне действительно интересно об что у меня в машине можно так приложиться.

– Да об твой локоть и стукнулась. Ты вообще сама понимаешь, как ты дергаешь эту ручку передач?

– А что я могу сделать, если она заедает? – вздыхаю страдальчески. – Все хочу в ремонт съездить, да времени найти не могу.

– Ага, - ехидно кивает подруга, - бедная, уставшая, то Андрюша у нее, то Саша, то Алексей…

– Но-но-но! – перебиваю поток язвительных реплик.
– С Лёшей еще ни разу не встречалась.

Так, весело переругиваясь и хохоча, доезжаем до кафешки. Перед тем, как выйти, долго разглядываем себя в маленькую пудреницу, поправляя макияж и прически. Я вижу, что Рая волнуется, поэтому не тороплю.

– Мы можем сейчас просто вернуться домой и перейти сразу к коньячку, - предлагаю осторожно.

– Не, - машет головой Раиса. – Я потом всю жизнь жалеть буду. Давай сходим уже, посмотрим и успокоимся. Или еще больше расстроимся. В любом случае мне станет легче.

Легче так легче, я против ничего не имею. Выходим из машины и заходим в просторное уютное помещение. Стайку хохочущих девиц замечаем сразу, поэтому занимаем место в уголке напротив, чтоб самим не светиться и девчонок хорошо видеть.

У одной из девушек, невысокой, хрупкой блондинке к голове прикреплена бутафорская фата, поэтому с узнаванием невесты у нас проблем не возникло.

– Ребенок совсем, - вздыхает Раиса, глядя на соперницу. – Ей ведь всего двадцать один. И зовут так нежно, Людмила, Мила.

В словах подруги я не слышу ни злости, ни зависти, только сплошную печаль.

Тоже наблюдая за празднеством. Мила действительно ведет себя, словно ребенок. Смеётся, прыгает, обнимает подруг.

Вдруг ее взгляд падает на нас и девушка замирает.

– Что это с ней? – спрашиваю у Раи.

– Фиг его знает, – подруга пожимает плечами. – Может, перепутала с кем, а может на спектакле была и узнала. Ладно, пьем кофе и едем домой. Все, что хотела, я поняла.

Пожимаю плечами и надиктовываю официанту заказ:

– Два латте без сахара, два пирожных «Тирамису». В одно латте добавьте, пожалуйста, сто пятьдесят грамм коньяка.

– Спасибо! – благодарно кивает мне Рая. – Ты всегда знаешь, что мне нужно.

Да как уж тут не знать? Обычно смуглые щеки подруги побледнели, руки трясутся, а в больших черных глазах застыла вселенская тоска.