Чтение онлайн

Я был уверен, что деньги дружбе не помеха. Но сейчас понимаю, что ошибался. Это теперь я без труда умею находить общие темы и правильно выстраивать общение с любыми людьми. Но тогда мне стало очевидно, что у нас с друзьями детства уже нет ничего общего: разные города, занятия, интересы.

В моей семье больших денег никогда не водилось. Мама работала на трёх работах. Отец ушёл из семьи, когда мне было три года. С мамой остались я и два моих старших брата. Какое-то время она растила нас одна, пока у нас не появился отчим. Он пришёл в семью со своими двумя сыновьями – детей стало пятеро.

Когда я рос, часто слышал фразы: «Этого можно добиться только по блату, через знакомство», «А у этого папа богатый и родственники». Всю свою жизнь родители (мама и отчим) жили с убеждением, что большие деньги можно заработать только обманом и выгодными связями, а без этого вряд ли можно чего-то достигнуть, намекая, что у меня точно ничего не получится, а значит, я должен довольствоваться малым. И вдруг мне удалось сломать этот стереотип. Без связей и поддержки я начал сам зарабатывать хорошие деньги. Я не рассказывал маме, сколько зарабатываю. Но она видела, что я стал хорошо одеваться, часто ходить в клубы, мог позволить себе дорогие гаджеты, у меня всегда были наличные. Поэтому, думаю, она догадывалась, что я крепко стою на ногах.

Зарплата мамы, кстати, в то время была всего 7 000 рублей. Я же на тот момент зарабатывал уже по 400 000 в месяц – разница колоссальная.

В тот же период у меня произошёл некоторый разрыв с реальностью – стала появляться психологическая деформация. Когда ты зарабатываешь такие деньги, чувствуешь себя королём, звездой, просто уникальным человеком. Это ощущается ещё сильнее, когда в твоём окружении нет людей, которые были бы с тобой на равных. Тогда ты вообще чувствуешь себя избранным. Можешь позволить себе то, что другим не по карману.

Мне часто встречаются ребята с теми же изменениями в самооценке и мировосприятии, что пережил я сам. Я легко это распознаю. Так бывает и при доходе в 150 000, и в 1 500 000 рублей. Всё зависит от крепости психики: каждого начинает «бомбить» на своём уровне.

Когда я работал на «Горбушке», у меня была даже своя философия: чем больше я потрачу за день, тем больше ко мне придёт. Не знаю точно, как и почему, но это работало – может, потому что я в это верил. Тем не менее я мог спустить на развлечения 80 000 рублей за один вечер, а потом за 1–2 дня заработать больше.

Время от времени мама пыталась учить меня, как, с её точки зрения, правильнее распоряжаться заработанными деньгами. Но все её советы укладывались в парадигму, в которой она привыкла жить. Мама была уверена, что деньги нужно беречь. А ещё лучше – куда-нибудь спрятать, чтобы о них никто не знал. Эти установки скорее сдерживали, чем позволяли развиваться: бережливость погружала в состояние отчаяния, словно ты сидишь на последних своих деньгах и больше их у тебя уже никогда не будет; способность тратить деньги, наоборот, давала ощущение внутренней свободы и уверенность в том, что я снова заработаю, и ещё больше.

Но в конце концов я маминым советом всё-таки воспользовался, потому что денег просто не оставалось на руках и каждый день нужно было их добывать, и, когда эйфория от успеха стихла, я понемногу начал копить. Тогда у меня дома был шкаф с двумя дверцами и тремя выдвижными ящиками внутри. Вот в один из них я и складывал наличные. И каждый раз давал себе обещание, что не потрачу. Если убирал туда – больше не трогал. Считал, что их просто нет.

Это были времена, когда денег на руках у меня было много. Мне казалось, я могу себе позволить практически всё, что захочу. Порой тратил почти бездумно. Когда я женился, в жизни многое поменялось и, в первую очередь, сам подход к деньгам. Я стал о многом задумываться и более осознанно стал подходить к делу.

В дальнейшем я начал инвестировать в собственное обучение. Получал новые знания, чтобы ответить себе на множество вопросов, в частности, как создать команду мечты, с которой можно рушить все преграды и масштабироваться. Что-то я внедрял сразу, а что-то требовало долгого осмысления и «догоняло» меня гораздо позже.

И ещё я заметил: когда терпишь неудачу в бизнесе и теряешь деньги, с каждым разом становится всё проще восстанавливать тот уровень дохода, которой был до этого. Так происходит само по себе. Тебя просто затягивает обратно.

Сейчас неудачи и потери в бизнесе воспринимаются по-другому. Кривая моего успеха много раз то резко взлетала, то с пугающей скоростью обрушивалась до такого состояния, когда перестаешь понимать, что же делать, а голову переполняет страх: «А вдруг больше не получится?».

Нет, за эти годы я так и не привык к таким «горкам». Но уровень проблем, на которые я стал остро реагировать, с тех пор сильно изменился, как и масштаб моего мышления. Нужно сказать, что эта планка растёт вместе с моим предпринимательским опытом. Я перестал обращать внимание на те мелочи, которые не влияют на глобальные бизнес-процессы. А тогда, на заре моей карьеры, неудачи сильно били под дых, на годы лишали воли и даже мотивации двигаться вперёд.

В 20 лет я достиг своего потолка: контролировал ровно столько точек продаж, сколько мне было по силам. Бизнес налажен, деньги идут в карман без каких-то дополнительных усилий с моей стороны, да и вообще: жизнь – классная штука!

К тому времени я мог позволить себе всё, что хотел: хорошие телефоны, ноутбуки, хорошую съёмную квартиру, собственный автомобиль – и с удовольствием всем этим пользовался.

Но однажды вдруг осознал: я перестал двигаться вперёд… Будто замер на месте. Я добился всего, чего хотел, и перегорел. Не было стимула создавать что-то новое, не было на это и энергии. Оставалось лишь пожинать плоды. Трансформировалось и моё сознание – я не знал, куда идти дальше. Мало того, у меня не было желания вообще что-то делать. Я мог целыми днями просто сидеть на диване и играть в Xbox. Что, собственно, и делал.

Но рынок начал меняться, начал меняться весь мир вокруг меня. Пришлось поменяться и мне. Компакт-диски с музыкой, фильмами и компьютерными играми уже не сметались с прилавков. Мы стали замечать, что покупательская активность на «Горбушке» постепенно начала падать. Мы закрывали наши магазины один за другим – не окупалась бешеная аренда, да и продажи теперь не давали той прибыли, которая была ещё полгода-год назад. Несколько месяцев я не понимал, что происходит, казалось, что ничего нельзя с этим сделать. И единственное, что оставалось в данной ситуации, – просто плыть по течению.

Но тут в моей голове будто зажглась тревожная красная лампочка: до сих пор денег было в избытке, а сейчас их становилось всё меньше и меньше. Пора было включаться и что-то предпринимать!

И я зашевелился.

Мы искали новые способы вернуть себе прежние прибыли: пытались открыть точки продаж в других регионах, где на наш товар ещё был спрос; сооружали торговые места в продуктовых магазинах; я даже пробовал вместе с азербайджанскими партнёрами открывать палатки для продажи овощей и фруктов. Но и эти инвестиции себя не оправдали. Сама история с овощными палатками едва не закончилась проблемами с правоохранительными органами из-за отсутствия документов у нашего продавца. В итоге точки закрылись, все фрукты испортились, а мои деньги сгорели. С тех пор я научился интуитивно распознавать так или иначе ненадёжных людей и больше не имел с такими дела.