Чтение онлайн

Дез подалась вперед и прибавила:

— И для информации: огромный мексиканец по имени Чавез уже тебя дожидается, сука.

Харрисон, как видно, только сейчас заметил ее, но, судя по его виду, был впечатлен. Дез всегда так воздействовала на людей. Я не сомневался, что он захочет продолжить с ней знакомство.

Дэвид всем своим видом напомнил мне загнанную в угол крысу, которой некуда бежать и некуда спрятаться.

— Чего ты хочешь? — процедил он сквозь стиснутые зубы, явно недовольный тем, что приходится признать поражение.

Я ухмыльнулся так же самодовольно, как он ухмылялся все время с того дня, когда я застал его в ванне с Джули. А потом картинно протянул руку и как будто достал маленький кусочек сыра, который держали его крошечные лапки.

— Немного. Всего лишь твою половину компании. За свободу это не такая уж большая цена. Как думаешь?

— Откуда мне знать, что ты не распространишь видео?

— Ты этого и не можешь знать, — откровенно ответил я. — Но, как ни больно мне на это идти, я даю тебе слово. Если ты выполнишь свою часть сделки, я выполню свою. Можешь поблагодарить за это Дилейн. Она гораздо милосерднее меня.

— Или я, — вставила Дез.

— Итак, твой ответ, Стоун? — сказал я.

— Хорошо. Она твоя. Все это твое, — сдался он.

— Собрание откладывается, — тоном победителя произнес я и вышел из зала, прихватив Дез и Мейсона, чтобы забрать выигрыш.

Принадлежавшая Дэвиду половина компании была для меня всего лишь приятным бонусом. Дилейн была настоящей наградой, которой я собирался насладиться в полной мере.

— До сих пор не могу поверить, что все закончилось, — сказала Лейни с пассажирского места в моем «ламборгини», когда мы ехали по трассе I-55 в Хиллсборо.

После собрания членов правления прошла уже почти неделя, и после пережитых напряженных событий нам обоим нужно было хорошенько отдохнуть. Хиллсборо был достаточно спокойным городком, чтобы провести в нем отдых, а заодно и навестить Талботов. Лейни думала, мы остановимся в отеле, и до поры до времени переубеждать ее я не хотел.

— Приехали, киса. — Я поднес обе ее руки к губам и поцеловал левый безымянный палец с многозначительной улыбочкой.

— Ой, а вот коттедж, — простодушно произнесла Лейни, увидев, куда мы приехали.

Когда я отпустил ее руку, чтобы сбавить скорость и свернуть на подъездную дорожку, брови ее насупились.

— Ной, нет. Мы же не собираемся делать это снова.

Не отвечая, я открыл дверь и вышел из машины. Когда я подошел к ее стороне и открыл дверь, она уже сидела, упрямо сложив на груди руки.

— Нет, Ной, сексом будем сколько угодно заниматься в гостинице, но не здесь. Прошлый раз нас чуть не застукали.

— Нас не застукают, — заверил я.

Неохотно она пошла следом со мной. Держа за руку, я провел ее во двор и оттуда, не останавливаясь, направился в сторону пруда с беседкой.

— Что ты делаешь? Ты с ума сошел? — Она все крутила головой по сторонам, выискивая соседей.

— Вообще-то, да. — Я затащил ее на ступеньки беседки и подвел к качелям. — И это ты виновата. Ты сводишь меня с ума.

Я развернул ее спиной к качелям и, легонько нажав на плечи, усадил. Солнце уже клонилось к горизонту, и оранжево-розовое сияние озаряло ее идеальные черты. Утиное семейство подплывало к противоположному берегу пруда, их умиротворенное покрякивание было единственным звуком, нарушавшим сказочную тишину.

Я встал перед ней на колено, заметив ее озадаченное выражение.

— Лейни, я хочу исполнять любые твои желания. Прошлые, настоящие, будущие. Но сейчас я просто не могу себя простить за то, что не сделал этого раньше, — сказал я и извлек из кармана темно-синюю коробочку.

Она ахнула и прикрыла пальцами рот.

— О, Ной…

— Знаешь, для будущей миссис Кроуфорд твой безымянный палец выглядит слишком голым. — Я улыбнулся и поднял бархатную крышку.

Это было уникальное кольцо, созданное для единственной женщины и передающееся по наследству. Платиновые завитки, усыпанные бриллиантами на три карата, затейливо оплетали центральный сапфир, ограненный восьмигранником. Ничего экстравагантного, кольцо покоряло своей простотой.

Достав кольцо, я потянулся к ее дрожащей руке.

— Оно принадлежало моей матери, а теперь я хочу, чтобы оно стало твоим.

Надев кольцо на палец, я посмотрел ей в глаза. По ее щекам катились слезы, а улыбка была такой обворожительной, что у меня дух захватило. Я пожалел, что не нанял художника, который запечатлел бы этот миг во всем его безграничном великолепии, обессмертив во времени.

С нежным поцелуем я произнес:

— Я люблю тебя, Дилейн Талбот.

— Знаю. Я тебя тоже люблю, — прошептала она и посмотрела на кольцо. — Какое красивое. Спасибо.

— Пожалуйста. Но это еще не все, — произнес я с дьявольской улыбочкой, вставая.

Она вскинула голову.

— Не все? Что еще?

— Идем. — Я взял ее за руку и поднял с качелей.

Мне казалось, что я волок ее за собой, и, наверное, стоило немного сбавить скорость, но уж слишком мне не терпелось показать ей следующий сюрприз. Не доходя до «ламборгини», я свернул и направился к порогу коттеджа.

— Что ты делаешь? Сейчас кто-нибудь вызовет полицию. — Она дернула меня за руку, пытаясь заставить вернуться к машине.

Но я лишь потянул ее сильнее, и Дилейн чуть не налетела на меня. Я поймал ее и обнял за плечи.

— Успокойся. Никто не станет вызывать полицию, — посмеиваясь, заверил ее я и достал руку у нее из-за спины, чтобы она увидела, что я сжимаю в пальцах.

Ключ от коттеджа. Лейни соображала не дольше секунды. Потом посмотрела на участок перед домом и наконец увидела, что на табличке «Продается» появилась наклейка «Продано».

— Ной, не может быть!

Я почувствовал, как улыбка стянула мои губы, и меня охватила гордость оттого, что я сумел женщине, которую полюбил, как безумец, подарить дом ее детской мечты.

— Добро пожаловать домой, Лейни. — Она ошарашенно наблюдала, как я вставляю ключ в замок и открываю дверь.

Несколько недель назад, сразу после того, как отвез Лейни к родителям, я решил купить этот коттедж. Он тогда уже был практически продан кому-то другому, но я предложил цену в четыре раза выше назначенной — и хозяин с радостью принял мое предложение. Далее в игру вступила Полли. Я почти не сомневался, что она проговорится, и был очень горд тем, что она все же сумела удержать рот на замке. И даже с ремонтом не переусердствовала.