Чтение онлайн

– Да? А для меня все настолки как ядерная физика. Я только в нарды, шашки, «дурака» и «пьяницу» умею, – признается с заднего сиденья Жан.

Руслан хмыкает: уж в «пьяницу» поиграть много ума действительно не надо, зато как эффектно получилось! И, главное, фотографии не запорол.

– В нарды будем же еще? – просит Федя. – Я тебя обыграю!

– Не знаю. Как твой па… Как Руслан решит. Ты же можешь видосы посмотреть обучающие. На ютьюбе сейчас всего полно.

Потом они начинают болтать о каких-то обзорах известных блогеров, – Руслан чувствует себя отсталым и далеким от молодого поколения, потому что ни слова из болтовни не узнает знакомого, – и Федя предсказуемо заявляет, что хочет мороженое. Руслан, конечно, поначалу отказывает, ссылаясь на Карину, и после недолгих споров они находят компромисс в виде молочного коктейля – не слишком холодный и все еще похож на чуть растаявшее мороженое. Приходится сворачивать к ближайшей более-менее внушающей доверие кафешке, поскольку ни одной кофе-будки по пути не обнаружилось.

– Да! Мне большой шоколадный! – воодушевленно заявляет Федя.

Как же легко порадовать этого непосредственного ребенка, заваленного сегодня ворохом подарков, простым коктейлем. Руслан снова видит в Феде себя и брата, мелких, клянчащих у отца такое же лакомство на последние деньги, только не из модной кафешки, а в продовольственном, без крутых наполнителей, в мокром стеклянном стакане. И, пока в груди снова не поселилось ненужное сейчас острое чувство, Руслан быстро поворачивается к пассажирскому сиденью.

– А тебе? большой? – спрашивает он, обращаясь теперь к Жану перед тем, как выйти. – Ты же вроде как говорил, что большие любишь.

Жан сначала смотрит возмущенно, – в самом деле папильон, которого согнали с дивана, – потом отвечает:

– Не знаю, я большие и не пробовал. И вообще, не нужно мне ничего!

Зубки – это хорошо. Это Руслану нравится даже больше, чем поскуливания. Уломать кудряша на что бы то ни было, пришедшее в голову, теперь не только способ поднять себе настроение, но и дело принципа.

– Скажи какой надо, и я куплю. Любой, какой захочешь.

– Ладно, – с подозрением в голосе соглашается Жан. А потом чуть улыбается, и Руслан замечает в его глазах какую-то хитринку. – Ну давай большой. Фисташковый.

Пряча ответную ухмылку, Руслан выходит и после ждет в кафе, пока готовят два больших молочных коктейля на вынос. Один шоколадный, а второй… Чтобы сделать второй, за неимением в меню готового фисташкового наполнителя приходится очень вежливо попросить подключить еще и бар, естественно, не за «спасибо», из-за чего ожидание немного затягивается. Но оно того стоит. Итоговая реакция Руслану нравится. Явно удивленный и даже почему-то шокированный, свой молочный трофей Жан всю поездку аккуратно посасывает через трубочку. Молча. Правда, в финале трубочка подводит, и раздается громкий неприличный звук всасывания, отчего Жан, кажется, даже смущается, что Руслану тоже нравится. Все, кого он до этого катал по вечернему городу или просто до дома, были наглые и раскрепощенные, сами напрашивались на повторные встречи и ничего не стеснялись. Руслан бы, может, и поверил, что у Жана есть брат-близнец Геннадий, как в лучших традициях латиноамериканских сериалов, которые родители смотрели в его детстве, если бы не Русланова отличная память на визуальные детали – издержка профессии. Он может на глаз точно определить не только размеры объектов, но и запомнить их расположение. Как, например, маленький едва заметный шрамик на подбородке или родинку над бровью. Поэтому ошибки быть не может – это тот же самый случайный гость из его кровати, с которым, кажется, только теперь получается знакомиться по-настоящему.

Федю Руслан после поездки сдает из рук в руки Карине, и когда вновь садится в машину, то говорит, повернувшись назад:

– Иди ко мне.

Жан хмурится, и Руслан добавляет:

– На переднее.

– Мне и тут неплохо.

– Садись. Или я сам переберусь к тебе и мы никуда не поедем.

– Я и на такси могу, – ворчит Жан, все равно пересаживаясь к нему. – И, вообще-то, уговор такой был, что ты меня по пути завезешь. Вместо этого мы сделали круг и вернулись. А уже поздно, между прочим.

– Тебя ждут? – спрашивает Руслан, запоздало понимая, что у Жана вполне может быть кто-то. С кем он постоянно. Поэтому после их случайного секса постоянно убегает, поняв, какую глупость сделал. Но настроение испортиться не успевает, потому что Жан поясняет:

– Бабушка в гости приехала.

– Это хорошо. Хотя плохо. Я думал, ты мне не откажешь в чашке кофе.

Жан молчит, выдерживая многозначительную паузу, потом вдруг начинает тараторить о том, какие классные фотки получились, какой Федя умный парень, как с ним легко было работать, потому что он не бегал, как все, а сидел на месте, какой торт был вкусный и вообще день рождения мечты.

– Фокусник, конечно, шарлатан, но у Феди на лице такой восторг был! Настоящий, понимаешь! Давно я детей не фотографировал! Если так подумать, то рекламы сейчас так много стало, что я почти забыл, что такое настоящие эмоции!

Руслан улыбается и кивает, будто впервые слыша, как Жан произносит предложения длиннее четырех слов, а потом, остановившись на светофоре, смотрит на него по-новому и говорит:

– Знаешь, чем больше ты делаешь вид, что ничего не происходит, тем больше мне хочется тебя узнавать.

– Не надо меня узнавать, – почти испуганно отвечает Жан.

– А я осторожно.

– Все равно не надо.

– А я так не думаю.

Руслан заезжает во двор обычного спального района и останавливается у дома, адрес которого назвал Жан, еще когда выезжали от Карины. Вокруг уже темно и тихо, лишь пятно света у подъезда, Жан сопит тоже в темноте, только подсветка в салоне горит синим неоном, привычным в другое время, но сейчас – слишком ярким на фоне красных огоньков на приборной панели, и в воздухе расползается ощущение предвкушения чего-то особенного. Словно не может Руслан вот так взять и отпустить этот пугливый молодняк на свободу без своего клейма. Поэтому он, прихватив Жана за подбородок пальцами, легко, почти невинно, как целуют барышень при родителях, касается его губ своими, и хотя очень хочется не останавливаться, сразу же сдвигается назад.

– Спасибо, что подвез! – произносит Жан высоким напряженным голосом, берет свой фотоаппарат в сумке и выскакивает из машины. Хлопает дверцей, защемив шарф, шагает вперед, едва не падает на землю, снова открывает дверь, выдергивает шарф, смотрит на Руслана гневно, словно он во всем виноват, и только после этого идет к подъезду. Забавный экземпляр. С ним точно еще будет весело. И точно – еще будет.

В подъезд Жан влетает как пробка от шампанского в глаз дяди Геворка на юбилее тети Ерануш – резко, шумно и неожиданно для соседки, которая из подъезда выходит. Поспешно извинившись, он бежит к лифту и за те короткие минуты, что поднимается, успевает вогнать себя в состояние, от которого хочется выть от досады.

Если бы знал, что вечер обернется таким позором, он вообще б из дома не вышел, сидел бы вязал крючком «поджопники» на стулья вместе с бабушкой. Несмотря на множество мелких открытий, первым его серьезно огорошил сегодня Федя, когда Руслан вышел за «попить» и Жан высказал назревший вопрос:

– И часто вы с папой катаетесь по вечерам?

– Мы с моим папой не катаемся.

– Почему это? – опешил Жан, мгновенно придумав синонимов пять к слову «кататься», раз уж оно так не понравилось Феде.