Чтение онлайн

Потом у нас появилось еще несколько идей. К примеру, установить в соседних с залом суда помещениях телекамеры и показывать спиной свидетелей, если они не хотели, чтобы криминальные элементы видели их в лицо. Мы сделали и это. Затем внедрили еще одну интересную новинку. По закону, когда судья удаляется с заседателями в отдельную комнату для принятия решения, там должны быть отключены телефоны и вообще все средства коммуникации с внешним миром.

Конечно, на практике все было иначе: существовало «телефонное право», и судьи подчинялись прямым звонкам из горкомов и обкомов. Тогда мы предложили систему, при которой, как только судья заходил в комнату и поворачивал ключ, автоматически отключалась любая связь внешнего мира с помещением. Теперь для судей наступала полная демократия, так как дозвониться до них было невозможно. Правда, потом они очень просили дубликаты ключей…

В начале деятельности в августе 1987 года членов кооператива «Техника» было всего трое… Первые серьезные деньги пришли в сентябре. А через год в «Технике» уже работало больше тысячи человек! Народ просто валил к нам со своими идеями и предложениями, а мы вкладывали деньги, открывали офисы и мастерские. От изложения идеи до ее внедрения у нас уходило от нескольких часов до нескольких дней.

Мы открывали все новые и новые направления. К примеру, мой приятель Игорь Малышков придумал очень простой бизнес. В то время в международном аэропорту Шереметьево складывалась тяжелейшая проблема с носильщиками: они не знали ни слова по-английски, грубили, им перестали платить зарплату, и назревала забастовка. Наличность носильщики вообще не сдавали, а тележки все время ломались и куда-то исчезали.

Мы договорились с аэропортом Шереметьево, что организуем альтернативную частную кооперативную службу носильщиков. Так появились знаменитые тележки фирмы «Ариса» кооператива «Техника». Ребята брали за перевозку багажа один рубль, или один доллар, или один франк – неважно, что именно. То, что платил клиент. Возить тележки стали кандидаты наук и люди с консерваторским образованием. Как только служба стала частной, воровать прежним государственным грузчикам стало невозможно, и, не выдержав конкуренции, они уволились.

Я помню удивленные глаза пассажиров, которые заранее были готовы к ругани и наглости персонала, – и вдруг интеллигентная речь и лица совсем не после попойки! Грузчики «Арисы» разговаривали на нескольких языках и походя спрашивали прибывающих о выборах в Англии или о здоровье Миттерана. Всю валюту мы абсолютно честно сдавали во Внешторгбанк, единственную организацию, которой разрешалось принимать валюту. К нашей большой радости, в обмен мы получали рубли в перерасчете 0,62 копейки за один доллар. Как это было мило!

Когда Малышков стал зарабатывать большие деньги, он открыл бюро по прокату автомобилей в аэропорту Шереметьево. И уже через два года у нас в прокате было семьдесят «Мерседесов»! В какой-то газете тогда написали, что кооператив «Техника» имел больше «Мерседесов», чем посольство и торгпредство Германии в Москве, вместе взятые! Это была огромная служба, включавшая стоянки, автопарк, машинопрокат и специальные автобусы в аэропорту для летчиков и стюардесс. Иногда у команды «боинга», составлявшей двадцать пять человек, оставалось пять-шесть часов до вылета. Мы возили их в гостиницу принять душ, потом делали краткую экскурсию по городу и доставляли обратно прямо к трапу самолета.

Еще один приятель, компьютерщик Рубен Лачинов, тоже организовал очень интересное дело. Нашим партнером стала Московская городская телефонная станция. Директор службы «09» разрешила нам тогда использовать территорию техникума, вместе с самими телефонистками, которых готовил техникум, в свободное от учебы время. Для службы Рубена под названием «Каисса» там установили несколько серийных номеров телефонов, по которым девушки могли отвечать одновременно на десятки звонков по одной линии.

И мы объявили в газетах: пользуйтесь услугами службы помощи по городу Москве 24 часа в сутки! Это был самый настоящий прообраз будущих служб спасения, только с гораздо более широкой сферой деятельности. Если с кем-то что-либо произошло, если что-то срочно понадобилось, надо было просто позвонить по телефону помощи, и мы ее оказывали!

Вначале были простые звонки типа: «Куда мне пойти покушать, порекомендуйте хороший ресторан». Потом пошли более интересные предложения: например, забрать ребенка из детского садика. Пришлось заключить договоры с таксомоторными парками Москвы. Мы раздали нашим таксистам специальные фирменные кепки, и таксист ехал по указанному адресу, брал ребенка и привозил из садика домой. Кроме того, он ездил на рынок за продуктами, или стоял в очереди, чтобы отправить посылку на почте, или получить из прачечной белье…

Бывали и курьезы. Как-то звонит в четыре утра человек: срочно нужна пачка сигарет – готов заплатить пятьдесят долларов! Служба тут же связалась с водителем дежурной машины, в которой был установлен телефон, и пачка сигарет была доставлена в течение двенадцати минут.

В конце концов эта служба тоже вышла на валюту. Рубен отобрал девушек-телефонисток, которые отвечали по-английски, взял на дежурство переводчиков с французского, испанского, итальянского языков. И мы стали продавать на международных линиях «Аэрофлота» и в Шереметьеве так называемые «Карточки страхования и помощи в Москве» для иностранцев.

Клиент, который покупал карточку, имел право круглосуточно позвонить в нашу службу с гарантией, что ему ответят на родном языке и помогут. Один звонок стоил доллар, а за карточку платили пятнадцать долларов вперед.

Очень часто были такие звонки от иностранцев: я заблудился, не знаю, как найти свою гостиницу, не помню, как называется улица, потерялся в Москве.

И мы высылали машину, брали этого иностранца, доставляли его по адресу.

Был забавный случай, когда иностранец уехал с русской проституткой к ней домой. И как только он разделся, в квартиру вошли три амбала. Они его не тронули, но он сам, спешно одеваясь, оставил бумажник, где были паспорт, деньги, а главное, адрес гостиницы.

Чудом наша карточка «Каисса» оказалась в кармане его брюк. Бедный иностранец еле-еле добрался до автомата, позвонил нам и говорит: я совсем один, не знаю, где нахожусь, меня привезли на такси, могу только очень примерно описать дом. Но он так похож на все ваши остальные дома! Боже мой! Он описанию не поддается!

Он читал дрожащим голосом по слогам русские буквы вывесок, а наши девочки пытались догадаться, где же он находится. Потом мы стали вычислять эту проститутку по описанию клиента и нашли ее, на счастье, очень быстро, так как она к тому времени вернулась на рабочее место, то есть стояла там, где он ее снял, у гостиницы «Националь». Это был целый детектив: мы с ней встретились, она нам вернула все документы и кредитные карточки. А дрожавшего иностранца мы вытащили из телефонной будки через сорок восемь минут после звонка в службу. В результате он заплатил двести долларов и был абсолютно счастлив.

Потом к нам пришел очень опытный строитель. И вскоре строительная бригада кооператива «Техника» под названием «Кузнец» начала строить чуть ли не особняки для членов правительства и директоров гастрономов. Например, мы полностью отремонтировали здание болгарского посольства в Москве. Посольство специально заказало эту работу кооперативу, не желая иметь дело с госструктурами. Они больше доверяли нам, частникам, и справедливо были уверены, что мы не поставим «жучки».