Чтение онлайн

– Главное, что ты уже здесь, – кратко промолвила я, развалившись на кресле в тронном зале. По иронии на мне самой был дорожный костюм – я только что вернулась из двухдневной поездки по окрестным деревням.

– Я к вашим услугам! Все, что пожелаете! – с жаром сказал Муабдип, еще ниже склонившись.

Я вздохнула.

– Муабдип, поднимись, пожалуйста, у меня серьезный разговор.

Идин, стоявший за моей спиной, вышел в центр зала и поставил перед Муабдипом стул. Тот неловко уселся, явно боясь испачкать шелковую ткань сиденья своим плащом.

«Один из самых ловких следопытов Милоа, но в обществе кажется таким нелепым», – с улыбкой подумала я.

– После того, как император назначил столицей Изанат, наше положение сильно осложнилось, – глядя на ловца, произнесла я. – Турмалонская аристократия неспокойна. Есть подозрения, что планируется восстание. И начать они могут с моего каганарта.

Муабдип серьезно кивнул, но в глазах его читалось беспокойство.

– Да, Ваше Превосходительство, в народе тоже ходят слухи. Несколько знатных семей, принадлежащих к последователям Милоа, подверглись публичным оскорблениям, а их слуги были избиты. Кажется, одного лакея закидали насмерть камнями. Кроме того, несколько скандалов разразилось в столице, то есть теперь не в столице, а в Турмалоне. Некоторые юные особы собирались уехать в Изанат, но далеко не всех отпустили семьи. Кто-то пошел против воли своей семьи и сбежал, кого-то заперли под замок. Среди них были и члены семей Совета. Вы же знаете, в Совете заседают в основном зрелые мужи, главы родов, заинтересованные в том, чтобы порядок вещей не нарушался. А тут такие перемены. Вестимо, это не к добру для нас…

Муабдип говорил сбивчиво, а тут, как назло, лучи осеннего солнца проникли через тюль и упали прямо на его лицо. Он морщился, заслонялся рукой, кряхтел.

– Кто знает, может, кое-кто из советников решит направить сюда турмалонские войска, – продолжила я рассуждения. – Захватить каганарт, чтобы расширить территорию турмалонского региона и отсечь императора от Западных гор и важных торговых путей. Или просто свергнуть меня и разорить эти земли.

– Этого нельзя допустить! – воскликнул Муабдип.

– Мои отряды остановят разбойников, даже если тех будет добрая сотня, но их недостаточно, чтобы остановить столичный полк, – покачала я головой.

Муабдип задумался, на его лице читалась растерянность.

– Мне нужна помощь Милоа, мой друг. Вы радовались, когда я стала властительницей этих земель, но, если не обеспечить мне должную защиту, на последователей учения может начаться травля. Проведи меня в центральный круг к хранителям или передай им мое послание.

Ловец энергично закивал головой.

– Да, пожалуй, следует самое меньшее поговорить с ними. Но стоит ли вам оставлять каганарт в столь тревожный час?

– Я могу отбыть тайно. Управление от моего имени на себя возьмут Лиша и Лунарт, а воинские отряды я прикажу привести в состояние повышенной готовности. Не думаю, что за пару недель сюда доберется армия из Турмалона. Но действовать надо быстро. Промедление может стать причиной нашей погибели…

Муабдип не стал тянуть с решением. Уже на следующий день мы гнали своих лошадей галопом на запад – к горам, в самом центре которых много столетий хранители оберегали Портал в другой мир.

Впервые бешеная скачка почти не доставляла мне удовольствия. Я чувствовала внутри пустоту, а по правде сказать и вовсе изможденность. Меня как будто не стало, я теряла связь со своей душой. На сцене осталась одна лишь каганетта, желающая во что бы ни стало защитить свои земли.

Мы заночевали в таверне под Западным. Негоже было загонять лошадей, тем более, я ехала на Шикути.

Спать легли рано и еще затемно продолжили путь.

Давно я не бывала в этих краях. Не прошло и трех часов, а кони уже шли по горной тропе. Светало, но даже при дневном свете я бы заблудилась в этой местности – без Муабдипа я была как без глаз и без рук.

Холодный ветер шептал о приближении осени. Мои пальцы закоченели, и я была рада оставить лошадей на дежурном милойском посту, чтобы продолжить путь пешком. Правда, в этот раз нас встретили незнакомые мужчины, а не девушка по имени Тин со своим братом Зенки.

Разминая затекшие мышцы, я поспешила вслед за ловцом. Еще три дня ушло на переход по горам. Мне пришлось нелегко: голова гудела, дыхание сбивалось, а еще приходилось мириться с холодным ветром, проникающим в узкие проходы ущелий, скалистой почвой, на которой мы спали, и критическими днями, наступившими, как всегда, не вовремя. К концу путешествия я не могла думать ни о чем, кроме мягкой постели и горячей ванны. И злилась на себя за то, что прибуду к Милоа в таком неважном состоянии. Хотя с другой стороны, может оно и к лучшему – пусть поймут, насколько я измождена и как мне нужна их помощь.

Наконец, утром четвертого дня, Муабдип, молчаливый и собранный, провел меня через ущелье к долине. Через несколько минут над нашими головами уже сомкнулись кроны хвойных деревьев, наполнявшие воздух удивительным ароматом.

Милоа не ожидали гостей. Простые жители провожали нас удивленными взглядами, а вскоре на тропинке под деревьями появился жрец, закутанный в светлый плащ.

– Ловец, мое почтение, – кивнул он Муабдипу. – Кажется, у вас что-то срочное.

– Каганетта желает переговорить с хранителями. Прошу обеспечить достойный прием, – со всей серьезностью произнес Муабдип, для убедительности положив руку на плечо жреца и пристально взглянув ему в глаза. Кажется, это возымело действие, и тот сразу поспешил передать новости остальным.

– Где мы остановимся? – спросила я Муабдипа.

– Внутри гор есть сносные комнаты. Гости тут, сами понимаете, редкое явление. Но на то они и хранители, чтобы всегда быть готовыми принять странников.

Я давно заметила, что Муабдип говорит про Милоа «они», а не «мы». Он следовал их заветам, но считал истинными Милоа (то есть, «спасителями») лишь учителей и хранителей. В то время как в народе Милоа обычно называли любого последователя учения.

Пока жрец сообщал о нашем прибытии, Муабдип отвел меня в утепленные комнаты: пещеры, выдолбленные внутри гор. Там как раз прибиралась девушка, и ловец послал ее за едой.

– Я бы умылась для начала, – сказала я, извлекая из дорожной сумки сменную одежду и небольшое полотенце.

– Как вам будет угодно. Я провожу вас, – чуть склонился в поклоне Муабдип.

Снова узкие дорожки вдоль многоэтажных жилищ, гладкие ступени на спусках и каменные перила. Я ежилась от ветра: в горах было гораздо холоднее, чем в Айзелане. Признаться, мне захотелось поскорее вернуться домой.

Муабдип проводил меня до пещер, где Милоа устроили себе некое подобие бань на горячих источниках, поделив их на женскую и мужскую половины. Я спустилась вниз, желая поскорее окунуться в бассейн с горячей водой.

В пещере царило приятное тепло. Вдоль стен на столиках стояло несколько масляных светильников. Я подошла к источникам и тут же услышала смущенный вскрик – в одной из каменных ванн женская фигура метнулась на глубину, скрывшись по самую шею.

– Извините за беспокойство, я просто хочу помыться с дороги, – сказала я, удивляясь, откуда взялась в моем голосе такая спокойная уверенность.

– Что? Каганетта, это вы? – женщина, кажется, узнала меня. Она привстала, оголившись из воды по пояс, и торопливо подошла к краю бассейна, чтобы взять полотенце. Приблизившись, я узнала Шию.