Милосердие
Шрифт:
— Гермиона!
Прошло всего пару минут с её побега, а она уже успела обдумать все, что увидела, и накрутить себя, впадая в не совсем адекватное состояние. Услышав своё имя, она вздрогнула, но не остановилась, продолжая подниматься наверх.
— Что, Гарри? Я там лежала без сознания, а вы с Роном пялились на мои ноги?! Это теперь называется дружбой?
— Гермиона, послушай… — Гарри пытался взять ее за руку, но она вырвалась, тогда он просто схватился за талию двумя руками. Он, удерживая её на одном месте, прижал спиной к себе.
— Зачем она все это говорила?! Почему она вообще об этом подумала?! Неужели я дала повод думать обо мне… обо мне, — содрогалась Гермиона в рыданиях. — Гарри… Почему ты ударил ее? Ты должен был сказать, что это неправда. Просто сказать. Скажи, что это неправда.
— Не могу. Я не сдержался. Меня вывели из себя её слова, — говорил он ей в затылок, и волосы приятно щекотали ему нос, но внезапно Гермиона вырвалась, обернулась и заговорила обвиняющим тоном.
— Она сказала правду? Ты думаешь об этом… и Рон тоже?! Вы это вчера обсуждали?! Рассчитываете, что я, как те пленные, раздвину… — договорить сквозь слезы Гермиона не успела. Гарри накрыл дрожащие губы ладонью и свободной рукой сжал затылок. Он прижался к её лбу и смотрел в заплаканные, но такие красивые глаза.
— Не смей! Я бы ударил Чжоу еще раз только за твои слезы, за то, что она вообще посмела это сказать. Ты же сама полезла. Я же просил тебя этого не делать. Гермиона.
— Я же не знала… не знала… прости, — шептала та.
— Я сделаю все, слышишь? Всё… чтобы эта грязь не коснулась тебя… Гермиона, я тебя…
Внезапно тишину замка нарушил оглушительный грохот, раздавшийся с верхних этажей. Друзья посмотрели наверх. Гарри достал палочку. Воспоминание о Пожирателях-насильниках промелькнуло в сознании, и он резко схватил Гермиону за руку.
— Оставайся здесь, это на восьмом, скорее всего.
— Я не отпущу тебя одного, — строго проговорила та.
— Гермиона, я прошу тебя, мы не знаем, что это. Могли появиться Пожиратели.
— Гарри, сколько можно повторять: на территории Хогвартса нельзя аппарировать, — от волнения за друга высохли сразу все слезы, и Гермиона сосредоточилась. — Пойдем. Если что, накинем мантию.
Держась за руки, они быстро поднимались по лестнице, пока не достигли коридора на восьмом этаже. Возле Выручай-Комнаты стояла Амбридж в неизменно розовом костюме, стреляя заклинанием «Бомбарда» в дверь Выручай-Комнаты. На шум уже начали сбегаться преподаватели.
— Там кто-то есть, — прошептал Гарри. Они с Гермионой сознательно решили не показываться, наблюдая за происходящим из-за угла.
Спустя еще два взрыва стена поддалась, и в ней образовалась огромная дыра. Амбридж мерзко улыбнулась и пропищала:
— Мистер Малфой, обыщите комнату.
Но вся слизеринская дружина так и осталась стоять на месте, потому что в проеме показались близнецы Уизли с Анджелиной Джонсон, стоявшей посередине. У всех троих был немного потрепанный и ошарашенный вид.
Гарри с Гермионой переглянулись, и та, покраснев, перевела взгляд в пол, догадываясь о том, что происходило между старшекурсниками в том месте, где они собирались для занятий.
— Мистер Уизли, мисс Джонсон, мистер Уизли, потрудитесь объяснить, что вы там втроем делали после отбоя? — задала вопрос Амбридж, прожигая взглядом гриффиндорцев. Она явно ожидала увидеть кого-то другого. Близнецы в свою очередь решили в очередной раз просто пошутить.
— Собирали несанкционированную группу, — сказал Фред с улыбкой.
— Нарушали ваши суперзаконные декреты, — вторил Джордж. И только темнокожая девушка, кожа которой не способна краснеть, стыдливо смотрела в пол, разрушая шутовской образ.
— Отбой был час назад. Вы нарушили пять, пять декретов! Вы будете наказаны, а возможно, исключены за запрещенные действия, — проговаривала каждое слово Амбридж.
— Директор Амбридж, а какая была причина устраивать подобный акт вандализма? — задала вопрос Минерва МакГонагалл, которая пришла в длинной ночной рубашке с косой до самого пола. Без своего строгого облика она выглядела гораздо моложе, что с немым удивлением отметил Снейп, уже успевший оценить ситуацию.
— Очевидно, желание поймать хоть одного нарушителя занимало все мысли нашего глубокоуважаемого директора, — сказал он, стоя со скрещенными на груди руками.
Гермиона, которая смотрела в первую очередь на Анджелину, с которой за все пять лет обучения не перебросилась и словом, заметила черный клочок ткани, болтающийся на ее темной стройной ноге; и заметила не одна она.
— Да они же там тра….
– закричал Крэбб, показывая толстым пальцем на ноги девушки, но невербально брошенное силенцио заставило его задыхаться. И пока все наблюдали за мучениями Крэбба, а Снейп, сжалившись, снимал проклятие, Гермиона успела трансфигурировать женское белье в платок, который так и остался лежать возле ног виновников. Все произошло за несколько секунд, но директор Амбридж, не успевшая ничего понять, заверещала:
— Что произошло? Что он хотел сказать? Кто это сделал?! Кто, я спрашиваю? Покажись, Фините Инкантатем!
Амбридж вертелась вокруг своей оси, вызывая неслышные смешки присутствующих, но Гарри с Гермионой, надежно укрытые мантией, не издавали ни звука.
— Вам стоит вернуться в гостиную, пока мы с преподавателями будем обсуждать произошедшее, — сказала МакГонагалл, прожигая троицу взглядом, в котором читались и волнение, и осуждение.
Гарри с Гермионой тихонько отступили назад и побежали в гостиную. Перед поворотом к башне она резко затормозила и бросилась к Гарри в объятия. Тот крепко обнял её в ответ.
— Терапия? — спросил он с улыбкой, уткнувшись ей в волосы и вдыхая ее запах.
— Терапия… — сказала она, оторвавшись от жилистого тела. Она понимала, почему многие девушки стали обращать на её друга столько внимания. Подавляя в себе желание задать множество вопросов, она повернулась к картине с Полной Дамой. — Пойдем.
Как только они зашли в гостиную, со всех сторон раздались громкие вопросительные возгласы. Люди в пижамах стояли с ошарашенным видом и ждали хоть каких-то объяснений.
Деканы всех факультетов в чрезвычайных ситуациях перекрывали возможность выхода из гостиной, и студентам ничего не оставалось делать, как только ждать новостей. Гарри взглянул на Гермиону, которая после извиняющегося взгляда скрылась в толпе. Сам он тоже валился с ног, поэтому, пресекая все вопросы, он поднес палочку к горлу и произнес на всю гостиную:
— Амбридж в поисках нарушителей вскрыла Выручай-Комнату, — и, быстро просачиваясь сквозь ничего не понимающих студентов, заспешил к Рону, который ждал его у лестницы, ведущей в спальни.