Миля над землей
Шрифт:
Скользя пальцем между ее складочек, я проскальзываю внутрь, отчего Стиви дугой выгибает спину, и из ее горла вырывается стон.
– Сегодня вечером это все принадлежит мне, – продолжаю я. – И я не позволю тебе нести чушь о том, что принадлежит мне. Итак, мне нужно, чтобы ты остановилась, или ничего не будет.
Стиви не отвечает, на ее лице заметно волнение.
Я прижимаюсь своей эрекцией к ее ноге, давая ей почувствовать, какой я твердый.
– Я не шучу, Стиви. Если ты не начнешь вести себя хорошо по отношению к самой себе, я позабочусь о себе сам, как делал бесчисленное количество раз за последние несколько недель.
– Ты ни с кем не спал последние несколько недель? – Она растерянно приподнимает брови.
Я опускаюсь на нее, прижимаясь грудью к ее обнаженной груди. Это не та поза, к которой я привык – она слишком интимная. Когда дело доходит до секса, я не сторонник зрительного контакта или чего-то в этом роде, но секс еще по-настоящему и не начинался, так что пусть будет так.
– Нет, – честно отвечаю я ей. – Я не шучу, когда говорю, что уже несколько недель думаю только о тебе. Я хочу только тебя.
Глаза Стиви расширяются от удивления.
– Я хочу все это. – Моя рука скользит вниз по ее животу, сжимает ее ногу и обхватывает ягодицу. Я прячу лицо в изгибе ее шеи, мои слова приглушаются ее кожей. – Так что, пожалуйста, позволь мне.
– Черт, Зандерс. Я не знала, что ты настолько одержим мной. – Легкая ухмылка появляется на ее губах, прежняя неуверенность немного отступает.
Стиви мягкой рукой пробегает по моей спине, а потом впивается пальцами мне в поясницу и заставляет прижаться к ней членом. Прикрыв глаза, я повторяю движение, находя столь необходимое трение.
– Я собираюсь уничтожить твое тело сегодня вечером и надеюсь вместе с этим избавить тебя от этой неуверенности, которая, черт возьми, не имеет никакого смысла.
Понимающая ухмылка, которая появлялась на ее губах, исчезает, вместо этого ее рот потрясенно приоткрывается.
– Можно я буду брать тебя до потери сознания, милая?
Слова ускользают от обычно сообразительной девушки, и она молча кивает в знак согласия.
– Хорошо. – Я стою в изножье кровати, мои пальцы находят пояс ее трусиков. – Приподними-ка для меня бедра.
Она делает, как я говорю, и когда кружево падает на пол, я не могу не восхититься открывшимся видом. Даже в темноте я вижу, как поблескивают мягкие коричневые складочки.
– Такая хорошенькая, – выдыхаю я, мои пальцы находят и обводят клитор, заставляя ее извиваться от простого прикосновения.
Черт возьми, я хочу ее попробовать на вкус. Хочу зарыться лицом у нее между ног глубоко-глубоко, чтобы в конце концов вынырнуть за кислородом, но она сказала мне «нет», так что, пока она не возьмет свои слова обратно, этого не будет.
Не то чтобы она так сильно нуждалась в разогреве. Она уже промокла насквозь, и мои пальцы несколько раз с легкостью скользнули внутрь. Надеюсь, она сможет принять все, что я могу предложить. Для большинства женщин это слишком много. На самом деле в большинстве случаев мне приходится сдерживать себя больше, чем хотелось бы, но я верю, что Стиви справится.
Выйдя на минутку, я достаю из сумки презерватив, и Стиви наблюдает, как я его натягиваю.
– Кстати, я чист, – заверяю я ее, хотя она и не спрашивала. Но я регулярно проверяюсь и решил, что она должна знать.
Она прикусывает губу, глядя на член в презервативе, и я вижу, как на кровати под ней расплывается влажное пятно.
– Я тоже.
– Перевернись. – Поглаживая себя, я наблюдаю, как она делает то, что я говорю, становясь на четвереньки. – Такая хорошая девочка, – добавляю я, шлепая ее по ягодице. – А теперь держись за спинку кровати.
Ее тонкие пальцы, украшенные крошечными золотыми кольцами, вцепляются в раму кровати, и она раздвигает колени, открывая мне прекрасный вид.
– Черт возьми. – Я представлял это себе уже несколько недель. Представлял, как это будет выглядеть и ощущаться, но мое воображение оказалось ничем по сравнению с реальностью. Проводя ладонью по подбородку, я не могу удержаться и удовлетворенно качаю головой. Потому что это действительно чертовски красиво.
Обхватив член ладонью, я забираюсь на кровать и становлюсь на колени сзади Стиви, раздвинувшей для меня ноги. Засовываю два пальца в рот и провожу ими по ее самому укромному местечку. Когда они исчезают внутри, Стиви втягивает голову в плечи и толкается в мою руку, находя ритм.
– Что ты хочешь, чтобы я сделал, милая? – Я сосредоточен на своих исчезающих пальцах, загипнотизированный этой картиной.
– Хочу, чтобы ты перестал называть меня «милая».
Мои губы изгибаются, я не в силах скрыть улыбку.
– Ни за что. Кроме того, с двух сторон за этими тонкими стенами находятся мои товарищи по команде. Хочешь, чтобы они услышали, как я зову тебя по имени, когда кончаю в тебя?
Стиви не отвечает, она стонет от моих слов, продолжая двигать бедрами, ритмично насаживаясь на мои пальцы.
Вынимая пальцы, я обхватываю основание своего члена ладонью, постукивая по ее клитору.
– Что ты хочешь, чтобы я сделал, милая?
Я скольжу своей длиной по ее складочкам, наблюдая, как презерватив покрывается ее влагой.
– Возьми меня, – умоляет она. – Зандерс, пожалуйста!
Мое имя, слетающее с ее губ, заставляет меня на мгновение остановиться, а потом я хватаю ее за бедра, выпрямляюсь и вхожу в нее. Я двигаюсь несколько медленно, позволяя ей привыкнуть к моему размеру, и наблюдаю, как белеют костяшки ее пальцев, вцепившихся в спинку кровати.
– О господи! – вскрикивает она.
Когда она полностью принимает меня, я закатываю глаза, кончики моих пальцев впиваются в кожу на ее бедрах, мгновение я пытаюсь сдержаться.
– Хорошо, – подбадриваю я, но, черт возьми, это еще не все.
Отлично. Идеально. Я бы сказал, пять звезд. Она сжимает меня, и я должен следить за тем, чтобы не кончить, как чертов подросток, переживающий период полового созревания.
Привыкая ко мне внутри, Стиви опустила голову, ее каштановые кудри разметались по всему телу. После секундной паузы она снова прижимается ко мне ягодицами, прося о движении.
Мой первый толчок я делаю вполсилы, вырывая у нее хриплое «Да».
Прикладывая чуть больше усилий, я отстраняюсь, прежде чем снова войти в нее.