Мимолетности, или Подумаешь, бином Ньютона!
Шрифт:
– Каком?
– Вы обещаете мне помнить о моих словах.
– Это насчет крана? Обещаю!
– Ну, тогда, наверное, все. Но я ужасно огорчен.
– Ничего, думаю, вы с легкостью утешитесь.
– Я постараюсь, глупая вы женщина.
И он отключился. У меня как гора с плеч свалилась. А то однажды утром мы с Игорем еще даже не встали, когда явился курьер с очередной порцией роз. Игорь был вне себя. И выкинул розы в мусоропровод.
Только я подумала об Игоре, как он позвонил в домофон.
– Господи, как я соскучился! Сил моих больше нет жить врозь. Ты что, выпивала?
– Представь себе!
– С кем?
– С Анитой. Мы вместе обедали. Я сегодня всех отпустила в три часа.
– Молодец! Фаинка, я голодный… У тебя есть что-нибудь? Или пойдем в ресторан?
– У меня есть вчерашний ужин. Специально для тебя готовила.
– О! Пусть вчерашний, я не гордый. Да, что там с мамой вышло?
– Ничего особенного. Обычная материнская ревность. Не стоит и разговора.
– Правильно, если особо не реагировать, она уймется.
В дверь позвонили.
– А это еще кто? Опять розы? – вскинулся Игорь. – Я сам открою!
Он пошел в прихожую, а я поставила пирожки в микроволновку. И вдруг услышала его голос:
– Ты? Что ты тут делаешь?
У меня оборвалось сердце. Неужто это явился Степан? Но тут же я услышала женский голос:
– Да, люди не врут. Значит, теперь новая шлюха?
– Заткнись и сию минуту убирайся! Я выскочила в прихожую.
– Что тут происходит?
В дверях стояла красивая женщина лет сорока в собольей шубе, с неприятным выражением лица.
– Вы кто?
– Я, некоторым образом, жена этого человека.
– И что вам здесь нужно, жена этого человека?
– Да вот, хотела убедиться, что люди не врут.
– Убедились?
– Ну, в общем да.
Игорь обессиленно опустился в кресло у телефона.
– Дальше что?
– Дальше я скажу вам, что не дам развода.
– Ваше право, – пожала я плечами. – А еще что?
– А еще… А еще…
– Ну, кажется, вам нечего больше мне сказать? Тогда всего наилучшего!
– Вы еще пожалеете!
– О чем я пожалею? Ах, вы, верно, хотите устроить скандал? Не выйдет.
– Это у вас ничего не выйдет, я ему развода не дам, а он вами наиграется и найдет себе другую.
– Или я им наиграюсь и найду себе другого. Все может быть. Но к вам-то он уж точно не вернется. Впрочем, если вы в корне измените свое поведение, то, нагулявшись, может, и вернется, только при условии, что вы не будете его преследовать, шляться по квартирам его дам и так далее. Мой вам совет: идите с богом.
Она явно ждала другой реакции, а Игорь, я заметила, сидел, открыв рот от изумления. Он тоже ожидал чего-то другого.
– Все равно не дам развода! – слабым голосом выкрикнула она.
– Да не надо! Не давайте! Он мне и так сгодится. Всего хорошего!
И я стала теснить ее к двери. Она отступила. Вышла на площадку. Я захлопнула за ней дверь.
– Ну ты даешь! – выдохнул Игорь. – Это было красиво, я как в театре побывал… Ей-богу, здорово. И никаких воплей, тихо, достойно и… убийственно! Только я что-то не понял насчет того, что ты найдешь другого…
– А что ты найдешь другую, это тебе понятно?
– Мне понятно, что я ее и искать никогда не стану.
Не вставая с кресла, он притянул меня к себе, посадил на колени, уткнулся носом мне в грудь и замер. Я погладила его по голове.
– Не бойся, я тебя ей не отдам… – прошептала я.
Он вдруг вскинул голову, в глазах плясали чертики.
– Только не надо меня усыновлять, ладно?
– И не мечтай! – Я поцеловала его в губы.
– Вот так-то лучше, – прошептал он, переведя дух.
Больше мы об этом не говорили, но я была рада: мы отлично понимаем друг друга, и достаточно всего одной фразы, чтобы все встало на свои места.
Утром он спросил:
– Ты поедешь сегодня в издательство?
– Придется. А завтра у нас сабантуйчик по случаю Нового года. И ты должен появиться, хоть ненадолго.
– В котором часу?
– В два. Потом я отпущу всех до десятого января.
– О черт! Слушай, надо, наверное, купить всем какие-то подарки… Я не подумал.
– Я уже купила. Но если ты привезешь всем дамам цветы, будет здорово.
– Без проблем. А какие лучше? Розы?
– Нет, меня от роз уже тошнит, но дело даже не в этом. Купи лучше тюльпаны. Они сейчас невысокие, и их любая женщина может положить в сумку. А с розами в предновогодние дни в метро толкаться…
– Господи, мне бы и в голову такое не пришло! Какая же ты умная!
– Я всего лишь предусмотрительная.
– Нет, ты самая умная, самая красивая, самая желанная, а главное, самая любимая. Все, я пошел. У меня сегодня кошмарный день. Боюсь, даже ночевать придется в офисе.
И он умчался.
Прошло минут пять, и в дверь позвонили. Наверное, Игорь что-то забыл. Но на пороге стоял… Гунар с букетом ландышей!
– Гунар, вы с ума сошли!
– Не буду спорить. Сошел. Пустите меня на пять минут, я просто не могу не сказать вам… И вот, возьмите, розы вам, наверное, надоели…
– Ландыши зимой – это круто! Спасибо. Ладно, хотите кофе? Но у меня всего полчаса, мне еще на работу добираться.
Он снял роскошную куртку и хотел было снять ботинки.
– Не вздумайте, проходите на кухню! Я сейчас.
Зимние ландыши пахли не хуже весенних. Я поставила их в вазу и включила чайник.
– Слушаю вас, Гунар.
– Фаина, вы и вправду выходите замуж?
– Да.
– По любви?
– Да.
– А если бы я…
– Гунар!
– Вы не дали мне сказать…
– Хорошо, говорите.
– Если бы я был настойчивее, не пропал так надолго… У меня был бы шанс?
– Гунар, я с самого начала сказала, что у вас нет шансов, я не люблю быть на вторых ролях, а в вашем случае даже на третьих или четвертых. Я была честна с вами.