Чтение онлайн

Грубость Сабрины его не тронула – видимо, успел уже насмотреться на всяких просителей. И упоминание о «высочествах» его не тронуло. Как и уорент-офицера до этого. Ну, никакого уважения к августейшим особам!

– Кречет Антрасайт! – Знакомо вздернула носик Сабрина. – Председатель совета директоров! – И добавила яда в голос… баночек эдак полторы. – Если вы нас идентифицировали, то эта информация должна быть вам доступна! И очень хорошо, что вы внесли нас в свои базы данных!

– Хм… – Вот последнее парня смутило. Слегка. – Но вы же понимаете, Ваше Высочество – такие вопросы я решать не могу. Я следую инструкции, в которой черным по белому написано, – Он скосил глаза вниз и вправо, его глаза заскользили, будто по строчкам. – «… предлагать на выбор конечные пункты доставки из трех планет – Грамон, Тиберит и Сильва»…

– А что в вашей замечательной инструкции написано о решении вопросов, находящихся вне вашей компетенции? – Перебил я возмущенную Сабрину, уже набравшую в грудь воздуха… не хватало еще, чтобы она устроила здесь скандал. После которого будет неизбежна месть со стороны местного бюрократического аппарата. И плевать им будет, чьи мы там внуки. Им и сейчас плевать. Знаю я эту чернильную братию! Ведь знаю же, а? Хм… откуда-то знаю.

Разумеется, позвали начальника (такую же невыспавшуюся девицу). Содержание ее инструкции нам мало помогло, и был вызван уже ее начальник (тоже девица… точнее, молодая леди – свежая, серьезная, с весьма симпатичными… глазами). Вот с этим начальником нам улыбнулась удача – у ЭТОЙ были полномочия записать нас на аудиенцию к САМОМУ ГЛАВНОМУ – к исполнительному директору Ольге Ка… Золотарь! Которая обязательно решит наш вопрос.

Так что руководитель Центра отправилась выбивать аудиенцию, а я…

А я, наряду с праздными (наверно, поэтому, лишь чуть-чуть отдающими головной болью) размышлениями о засилии женщин на руководящих постах «Пирита», выбил нам горячее питание. Строго в рамках инструкции того же дежурного администратора Джошуа. Питание было тут же, в зале, организовано и предоставлено. И даже закипающая Сабрина после короткой внутренней борьбы перебралась за небольшой легкий столик у стены, оперативно отделенный от остального зала непрозрачной перегородкой.

Вот. А вы говорите, никакого уважения к монаршим особам. Да по сравнению с тем, как обходятся с прочими желающими покинуть планету, нас с Сабриной просто облизывают и на задних лапках перед нами прыгают!

Даже салфетки на столик положили! Рядом с разогретыми лотками из пищевого принтера они смотрелись феерично!

Для начала нас вытурили с планеты на орбиту. Дескать, так и так улетаете. А уж куда вас начальство направит – не наше чиновничье дело. Лишь бы тут не маячили и колеблющийся местный контингент своим присутствием не смущали.

Вот и началось космическое путешествие наших высочеств с того самого шаттла, прохлаждающегося на площади. Мы с Сабриной… и еще около сотни человек.

Отношение к отпрыскам аж председателя совета директоров «Антрацита» здесь, среди «своих», было ожидаемым. К нам шли знакомиться, представляли своих детей (иногда, здоровенных лбов, визуально – лет под тридцать-сорок…), заводили разговоры.

Сабрина оживилась, поддерживала беседу. Глазки сияют, на щечках румянец, жесты плавные, лаконичные, но красноречивые. Я старался не отсвечивать, но в дискуссиях был вынужден участвовать, когда ко мне обращались прямо. Пользовался только помощью своего внутреннего «советника». Именно он, кстати, и посоветовал именно такую линию поведения. Получалось неплохо – в темах не плавал, отвечал и спрашивал, по моим ощущениям, квалифицированно. Не мямлил и не заикался.

Снова обратил внимание, что подходили в основном женщины. И вели они себя… странно. Причем, «советник» ничего эдакого в их поведении не находил, а вот «второй» – недоумевал. А объяснить причины этого самого недоумения не мог, болезный. Как обычно. Ну, я уже отмечал, что у него проблемы с внятным объяснением чего-либо – до крайности неудобный и бесполезный «довесок». Даже вредный!

Из разговоров стало понятно, что пассажирами шаттла были люди, не захотевшие расторгать контракт с «Антрацитом».

Я бы на их месте тоже не захотел – контракт с «Пиритом» был откровенно невыгодным и столь же откровенно драконовским… для управляющих, менеджеров, директоров и прочих руководителей. Если судить по словам этих самых… которые, что логично, и были нашими спутниками. А вот для специалистов предлагаемый «Пиритом» контракт – очень даже интересный. И в чем-то даже «вкусный». На что, видимо, расчет и делался.

О своих выводах я, разумеется, тактично промолчал. Безо всяких подсказок. Потому что умный мальчик.

Вот, кстати. Именно такое отношение ко мне, старшему брату, как к «мальчику», почему-то казалось «второму» неестественным. Ему, «второму», казалось, что в нашей «семейной двойке» именно я должен быть старшим. Хотя бы с точки зрения наших собеседников, неосведомленных о моих проблемах с памятью. Ну, хотя бы с точки зрения собеседников-сверстников!

Так ведь нет! Их больше интересовало мнение Сабрины. И это не было отношением конкретно ко мне или конкретно к ней – такое же отношение было к представителям мужского пола, даже если они были старше своих родственников-женщин.

Что за хрень, а?!

На этом месте голова разболелась особенно сильно, и я задремал, краем уха услышав чей-то сочувственный голос:

– Устал, бедняжка. Ему столько пришлось пережить!

Голос был ожидаемо женским, сочувствующим и, что особенно обидно (обидно было «второму», «советник» же не видел в этом ничего странного), принадлежал пигалице лишь чуть-чуть старше Сабрины.

– Да, Клоз. – Согласился голос Сабрины. – Не будем мешать брату, давай пересядем.

Да и хер с вами! А я спать хочу!

«Матриархат!»

Что-то за время сна в голове уложилось, утряслось. «Советник» что-то уточнил у «второго», пришел к каким-то выводам и смог объяснить ему, что же казалось тому странным. А уж тот кинулся с новой информацией ко мне, пока я выбирался из глубин сна к непонятной и чуть пугающей действительности:

«Матриархат!» – радостно прыгал мой мысленный садист, вызывая короткие вспышки неприятных болевых ощущений.

Ну, да – матриархат. Девочки – главные, мальчики – на подтанцовках. Непонятно, что в этом для тебя удивительного. И непонятно, чему ты радуешься, болезный. Ну, матриархат, и чё?

Оказалось, «второго» до усрачки радует возможность не напрягаться теперь с поиском самк… половых партнеров – девочки, дескать, теперь сами за нами бегать будут! Разнообразие, широкий выбор, секс без ограничений, непрерывный разврат, все дела! ГАРЕМ!!!

М-да. Придурок, что с него взять. Логики и наблюдательности – никакой. А ведь есть стойкое ощущение того, что наше пятнадцатилетнее тело с самого детства не знало женской ласки, кроме материнской. Что уже противоречит выкладкам «второго». Конечно, маленький я еще – всего-то пятнадцать лет. Но в пятнадцать лет пора бы уже ДЕЯТЕЛЬНО думать о чужих попках, ножках и сиськах. А уж учитывая высокое положение родителей найти «помощницу» для утех – не проблема. Так что извини, дружок, никакого блуда – в соответствии с твоей же концепцией роли поменялись, и уже мальчики хранят до самой свадьбы непорочность для своих избранниц.