Минеральные войны
Шрифт:
Или вот — мама Юли, которая вторая. Мы Читхангпур… ну, не то, чтобы боимся… опасаемся — так можно сказать. Сильно опасаемся. Злопамятна. И, что особенно пугает, изобретательна… что б там искины не думали насчет своей низкой креативности.
Или, к примеру, Ирина Томбравец. Наша боязнь по отношению к ней… притягательная. Пьянящая, завлекательная и многообещающая. Понятно, что у нее очень неплохие шансы на то, чтобы помножить нас на ноль и совершить над двумя беззащитными клонами много других, не менее интересных, математических операций, но… Звезды, как же хочется с ней схлестнуться!
Так что, много чего боятся клоны Антрасайт. Много чего. Но по-разному.
И, кстати, нам с Сабриной тоже плевать, интересны или неинтересны «нашим слушателям» подробности наших фобий и особенности анатомического строения наших тараканов.
+++
И вот, чувствуя, как холодит внутренности, подрагивая от возбуждения, сидим мы в рубке управления нашим шаттлом. Шаттл этот на текущий момент — единственный. Второй мы с Сабриной вывели из строя. Причем, Юлю попросили, чтобы в боевой сети она его пометила как неисправный. Типа, чтоб у наших пассажиров даже никаких вопросов не возникло о том, почему мы их на поверхность переправляем с помощью одного-единственного транспортного средства, хотя, казалось бы, в два борта могли бы управиться быстрее. Типа, хочешь обмануть врагов — обмани друзей… а, в идеале, себя. Съела. Даже пустила этих горе-хакеров в изолированные сегменты сети КСПО, чтобы убедились — шаттл неисправен!
Чего Юля пока не знала — второй шаттл мы вывели из строя ФИЗИЧЕСКИ, по-настоящему. Тупо сожгли блок стабилизации реактора. Автоматика (тупая полумеханическая автоматика) даже запустить его не даст.
Починить можно. И даже самим… ну, точнее, силами сервис-дроидов КСПО. Но — не быстро. И, чтобы починить, надо о поломке знать. А Юля, как любой нормальный чело… разумный — достаточно ленива и не будет тратить свои вычислительные мощности на такую глупость, как круглосуточное наблюдение за тем, за чем следить вроде как не надо. К тому же, на борту находились одиннадцать спецназовцев ССО, за которыми — таки да! — нужно было следить постоянно!
Ведь девушке всегда есть, чем заняться! А если заняться девушке нечем, то у нее есть понимающий друг, который не оставит подругу в беде и обязательно найдет, чем озадачить скучающую красавицу… Ну, вы поняли, да?
Сидим — боимся. Весело с Сабриной переглядываемся. Это последняя «ходка» на поверхность Хайклоста. Я держу под прицелом «Гвоздика» люк в грузопассажирский отсек, а Сабрина следит за приборами и управляет спуском… Кстати, там, в ГПО сейчас находится Томбравец. И двое «геологов специального назначения», которые нам незнакомы. А Ричард Вега и Глория Джа, как мы и ожидали, были отправлены ею в первой и второй партии соответственно.
«Юля: Тим! Я нашла «закладку»! Даже две. Один квантовый маячок и один заряд «спящих» нанитов у серверной.
Сабрина: Мало! Ищи еще! Должны были заминировать ходовую или ключевые узлы СЖО. А наниты у серверной — это несерьезно и, главное, не смертельно. А валить Олю надо наверняка, а не так, чтобы просто напугать…
Ольга: Ну, спасибо, блин!
Юля: Они дальше своих кают и кают-компании никуда не ходили. А рядом с ходовой и машинного отсека даже не появлялись.
Тим: А им и не надо было там появляться. Поищи в воздуховодах и в коридорах следы самоуничтожения минидронов — либо подпалины, либо следы разложения пластиков. С помощью минидронов можно спокойно доставить программы-вирусы в цепь регенераторов воздуха или в противопожарную систему. Или поковыряться в аппаратной части, не затрагивая программное обеспечение. И даже ты не заметишь поломки, пока блок не откажет… во время Прыжка.
Чаам: Диверсии на кораблях — это, оказывается, так интересно! И сложно!
Сабрина: Пф!
Ольга: На самом деле, доктор — не особо! Было бы желание, чуть-чуть фантазии и некоторое знание матчасти. Ну, и некоторая подготовка, конечно. Как у этих двоих.
Юля: Поняла. Ищу»
Вот и умничка. Пусть займется. Поломанный шаттл, наверняка, пропустит мимо внимания, он же помечен ею, как поломанный из-за выхода из строя блока стабилизации реактора… и никаких других поломок там нет. А то, что он поломан НА САМОМ ДЕЛЕ — это будет сюрпризом. Но потом.
«Тим: Шесть кэмэ до поверхности. Мы начинаем!
Ольга: Удачи!
Юля: Ой! Тим! Я ж тебя на удачу не поцеловала!
Ольга: Блин! Юля! Кто ж об этом напоминает!
Юля: А что? Нельзя? Опять эти ваши глупые человечьи предрассудки?
Чаам: Глупые предрассудки, как правило, имеют под собой вполне материальные основания и объективное объяснение.
Сабрина: Лохушка! Хи-хи-хи…
Тим: Внимание! Отстрел!»
Шпхшс!!! Через миг мы провалились вниз.
Вместе с фрагментами пилотских кресел. Сработала система катапультирования. У военных все просто и цинично — как это ни странно, но наиболее ценными (в общем случае) считаются именно пилоты стелс-шаттлов, а не «спецура», которую они возят. Так что для пилотов предусмотрена отдельная система катапультирования. Во всяком случае, на этой модели шаттла она была.
Блокировать управление шаттлом мы не стали. Зачем? Велика вероятность, что управление Томбравец сейчас перехватит, и шаттл у нас таки останется. Шаттл — штука дорогая, и терять его просто так нам совсем не с руки! (Во всяком случае, такой была версия, которую мы скормили оставшимся на орбите девушкам… а что? По-моему, вполне убедительно!)
До поверхности оставался километр, когда Юля сообщила, что управление шаттлом все-таки было перехвачено, и он ложится на курс к нашей точке десантирования. Ну, Ира Томбравец — способная девочка. Мы в ней и не сомневались! Тем более, что усложнять этот этап мы не стали. Должна оценить!
Сто метров. Группируемся. Хлоп! — срабатывают демпфирующие системы аварийной посадки в наших доспехах. То же защитное поле, но сконфигурированное особым образом по типу 40-метровой пружины, упирающейся одним концом в наши тела, а другим — в поверхность земли.
Бац! Хрясь! Бах! Шарах! Плюх! И мы кубарем катимся по земле, траве, веткам, кустам… Херак! … врезаясь в стволы деревьев.
Это вам не энергопарашюты — система аварийной посадки несколько жестче и неласковей к бедолагам, вынужденным ею воспользоваться.