Чтение онлайн

ПромВТУ представлял собой завод-ВТУЗ при Высшем Механико-машиностроительном училище имени Н. Э. Баумана, как тогда называлось Московское Высшее Техническое училище. Главным направлением деятельности ПромВТУ была новая отрасль — точная механика. Соответственно и подчинялось предприятие по принятой системе управления тресту Точмех ВСНХ. Трест, аппарат которого размещался на Кузнецком мосту, объединял в своей системе немногочисленные предприятия Москвы и Ленинграда, занимавшиеся тем, что сегодня называется приборостроением. До революции эта отрасль в России практически отсутствовала. Из пяти московских предприятий, входивших в Точмех в 1930 году, только два действовали до 1917 года, одним из которых был завод "Геофизика" на Стромынке. Он был создан на базе фирмы поставщика двора его императорского величества Швабе, среди продукции которого были барометры и другая аппаратура. Сегодня это одно из ведущих предприятий оборонного комплекса ЦКБ "Геофизика". Не менее заслуженным предприятием треста, созданным уже в двадцатые годы, стал завод "Авиаприбор" в Электрическом переулке недалеко от Белорусского вокзала. За свою долгую историю он превратился в ведущее предприятие страны по бортовым самолетным радиолокационным комплексам НПО "Фазотрон".

Новая подотрасль промышленности росла наиболее быстрыми темпами, и ее перспективность не вызывала сомнений, поэтому естественно, что следующая попытка А.И. Шокина получить высшее образование была связана с МВТУ. Теперь, помимо неплохой подготовки и способностей, ему помогало наличие рабочего стажа в автомастерских, и в мае 1930 года А.И. был принят в число студентов дневного отделения МВТУ. В те годы обучение студентов велось по-новаторски — бригадным методом. Сущность его сводилась к тому, что изучали предметы и готовились к зачетам студенты коллективно, бригадами из четырех человек, и оценивались знания не индивидуально, а побригадно, то есть фактически отчитывался по поручению товарищей кто-либо один. В одной бригаде с Шурой оказались куда более старший по возрасту Алексей Петрович Ярцев и Сережа (Сергей Романович) Косолобенков, бывший тоже на два года старше. Алексей Петрович пришел в МВТУ после рабфака и едва ли смог бы его закончить без помощи бригадного метода и своего бригадира. Бригадиром стал самый молодой, как самый знающий и самый способный, забывший после горького урока в техникуме, что такое лень в учебе. Со своими товарищами по бригаде Шура сблизился прочно, дружил с ними и после окончания института, а вместе с Ярцевым работал.

Проучиться на дневном отделении А.И. довелось только два года. Материальное положение семьи вынудило его перевестись на вечернее отделение и поступить на работу на новый Завод точной электромеханики (ЗАТЭМ) Наркомата тяжелой промышленности3. Здесь в 1932 году заводская партийная организация приняла его кандидатом в члены ВКП(б), однако полноправным членом партии А.И. стал только четыре года спустя. Пришлось ждать: сначала шла чистка, а затем проверка партийных документов, а после убийства С. М. Кирова — их обмен, и всё это время прием в партию был закрыт.

Итак, А.И. в сентябре 1932 года был принят на ЗАТЭМ, и с этого момента до конца 1985 года его судьба была полностью посвящена оборонной промышленности страны.

Одной из важнейших и сложнейших задач автоматики и телемеханики тех лет было создание средств управления артиллерийской стрельбой (приборов управления стрельбой — ПУС) по движущимся целям: морским и воздушным. Приборы для последних назывались ПУАЗО (приборы управления артиллерийским зенитным огнем). Эта аббревиатура была такой общепринятой, что в БСЭ (2-е издание) включена в глоссарий.

Представьте себе два корабля в море, движущихся навстречу друг другу параллельными курсами. Расстояние — 10 миль, скорости — 25 узлов. Простейший расчет показывает, что время полета снаряда до цели составит примерно 30 секунд. За это время цель сместится на 750 метров, что в три раза превышает длину самого большого корабля.

Чтобы попасть в быстро движущуюся цель нужно непрерывно производить измерения всевозможных параметров движения цели и своего корабля (расстояние, курсы, скорости) и делать расчеты, которыми определяется разворот орудий и угол возвышения. При этом должны быть учтены баллистические свойства орудия, снаряда и условий стрельбы, включая температуру воздуха, ветер, качку и др. Чтобы сделать все это возможным в схемы ПУС входили:

* приборы обнаружения и определения координат цели (в то время оптические дальномеры и визиры, а в сухопутных частях и звукоулавливатели; в дальнейшем — радиолокаторы);

* центральный прибор — система счетно — решающих устройств для механизации и автоматизации всех вычислительных операций по определению установок для стрельбы;

* синхронная передача — система электрической связи, с помощью которой координаты цели передаются от определителя координат к центральному прибору, а установки для стрельбы — от центрального прибора к орудиям;

* станция питания электроэнергией.

ПУАЗО отличались от ПУС в основном приборами обнаружения и определения координат цели. Необходимость определения и учета третьей координаты — высоты, быстрый рост скорости самолетов и их малоразмерность требовали гораздо более высокого быстродействия и точности счетно-решающих устройств и систем управления. К тому же, для поражения цели ПУАЗО должен был выдавать данные по установке дистанционной трубки взрывателя снаряда. Самыми сложными комплексами были МПУАЗО (М-морские), которые должны были обеспечивать стрельбу по самолетам с движущегося и качающегося корабля.

В России первые ПУС системы Гейслера начали выпускать еще в 1890-х годах Санкт-Петербурге на заводах акционерного общества "Н. К. Гейслер и К", а в 1913 году был создан конкурирующий отдел на телефонном заводе АО "Л. М. Эрикссон и К". Однако тогда в России отсутствовало производство оптических приборов, и их приходилось закупать за границей.

Разработки систем управления огнем, получивших исключительное значение в вооружении кораблей, возобновились в 1925 году в Ленинграде в военно-морском отделе завода "Красная Заря" (бывший "Эрикссон").

Синхронно-силовые передачи поручили разрабатывать новому, созданному в 1926 году заводу "Электроприбор", а в 1928 году сюда же перевели военно-морской отдел "Красной Зари".

В 1930 году под руководством К. В. Крузо начались, а в 1932 году завершились работы по созданию прибора управления артиллерийским зенитным огнем для сухопутной ПВО ПУАЗО-1. С его помощью можно было стрелять только по визуально наблюдаемым целям, без учета метеоусловий, проводя сложные и неудобные вычисления по графикам с большими ошибками совмещения изохрон полета цели и снаряда. Но лучше пока ничего не было и систему приняли на вооружение. Вскоре началась модернизация ПУАЗО-1, включавшая некоторую механизацию и введение электрической синхронной передачи выработанных данных с прибора на пушки.

Под названием ПУАЗО-2 в 1934 году модернизированный прибор был также принят на вооружение.

Современному инженеру, избалованному возможностями электронной вычислительной техники, трудно представить себе, каким же образом с помощью механических устройств можно было делать столь сложные расчеты. Скорее всего он не смог бы разработать подобную систему. Да и тогда это было очень трудным делом, но гораздо более сложной проблемой было создание производств, которые могли бы серийно изготавливать точнейшие детали для центральных приборов, собирать их, настраивать, испытывать и сдавать заказчику.

В 1932 году правительство приняло решение о строительстве заводов по центральным приборам и синхронным передачам и о привлечении к разработке ПУС нескольких оптических заводов, которые вошли во Всесоюзное объединение оптико-механической промышленности (ВООМП). Оптические заводы разрабатывали и серийно изготовляли стереоскопические дальномеры, визиры, прицельные устройства, входившие в состав систем ПУС и ПУАЗО.

На далекой окраине Москвы, и даже за чертой города (официальной границей с 1917 года считалась Окружная железная дорога) начали строить целый комплекс предприятий для разработки и производства изделий точной механики для военных и гражданских нужд. Московские заводы должны были расширить производственные и научные возможности военного приборостроения на относительно удаленной от границы территории. Так появился ЗАТЭМ, построенный на Центральном проезде в Дангауэровской слободке, справа от шоссе Энтузиастов (ныне это часть Авиамоторной улицы). Слободка именовалась по заводу "Дангауэр и Кайзер", носившего теперь название "Компрессор". Поблизости располагались Прожекторный завод, "Фрезер", выпускавший прецизионный инструмент для производства точных приборов (и в том числе часов), и еще ряд оборонных заводов. Уже в середине тридцатых годов, задолго до окончания строительных работ здесь начали выпускать продукцию.