Чтение онлайн

Через два года после присвоения Л. И. Брежневу звания маршала, министр обороны Устинов вносит в Политбюро новое представление. 10 января 1978 года министерство обороны обратилось в ЦК КПСС с предложением наградить «Генерального секретаря Центрального комитета КПСС, Председателя президиума Верховного Совета СССР, Председателя Совета обороны СССР, Верховного главнокомандующего вооруженными силами СССР, маршала Советского Союза товарища Брежнева Леонида Ильича орденом Победы за большой вклад в победу советского народа и его вооруженных сил в Великой Отечественной войне, успешное руководство войсками в ряде важнейших операций по разгрому немецко-фашистских захватчиков, выдающиеся заслуги в укреплении обороноспособности страны, за разработку и последовательное осуществление принятой XXIV съездом КПСС Программы мира, надежно обеспечивающей развитие страны в мирных условиях…»

Когда оформили указ Президиума Верховного совета о награждении Брежнева, из текста изъяли формулировку «за успешное руководство войсками в ряде важнейших операций по разгрому немецко-фашистских захватчиков».

Заслуги Брежнева не соответствовали статусу ордена. Известно, что генсек первоначально отказался от этой награды. Но Устинов и другие члены Политбюро убедили его, что «победа в борьбе за мир равноценна победе на фронте». В какой-то мере Устинов был прав, но все же это явный перебор. Брежневу даже сделала замечание никогда не вмешивавшаяся в государственные дела жена Виктория Петровна, посетовав, что ему не следовало принимать этот орден. Брежнев тогда ответил, что «на этом настояли члены Политбюро, а он не дал должной оценки их действиям».

По инициативе членов Политбюро в 1976, 1978 и 1981 годах Л. И. Брежневу три раза было присвоено звание Героя Советского Союза.

Как Брежнев относился к награждениям? Вот что по этому поводу говорит его внук Андрей Брежнев: «В последние годы все это стало ему глубоко безразлично. Уверяю вас, все эти бесчисленные награды никакой радости ему уже не приносили — посмотрите хронику: он принимает их совершенно равнодушно, механически. То есть, может, поначалу ему и было приятно, но потом стало все равно. Что касается нас — родных и близких — мы, конечно, отдавали себе отчет в том, что это явный перебор, что деда просто выставляют на посмешище, но так и не посмели ему ничего сказать. Да и вряд ли бы он стал нас слушать… И потом — не сам же он выпрашивал эти ордена, не сам себе вешал — окружение постаралось, «соратники»» [152] .

В обществе о страсти Брежнева к наградам начали ходить злые анекдоты, слухи, сплетни. Вследствие дефекта речи появились насмешки вокруг плохого произношения. А ведь ему приходилось много выступать.

Причиной дефекта речи стала неудобная вставная челюсть. По словам Игоря Щелокова, при разговоре она слегка выпадала и ему приходилось ее подсасывать, вследствие чего появлялся дребезжащий голос и характерные движения губами. Сам Брежнев стеснялся этого дефекта, но сделать ничего не мог.

Его друзья не могли спокойно смотреть на то, как его превращают в посмешище. Светлана Владимировна, через Николая Анисимовича, не раз предлагала Л. И. Брежневу приехать в 3-й Медицинский институт (стоматологический), где ему исправят дефект. Генерал-полковник К. С. Грушевой предлагал услуги военных врачей.

Но рядом с генсеком находился Евгений Чазов. Главный кремлевский доктор нашел известного в Европе немецкого профессора. Правда, тот не сумел исправить дефект.

Вообще в период болезней Брежнева, Щелокову становилось все труднее с ним встретиться, «медицинским» окружением делались попытки держать министра на расстоянии от генсека, мотивируя, к примеру, его плохим самочувствием, недомоганием.

По-видимому, внешние признаки ухудшения здоровья первого лица государства умело использовались против него определенной политической группой, стремящейся к власти.

В 1977 году в годовщину 60-летия Октябрьской революции была принята новая Конституция СССР. В ней подчеркивалась естественная, органическая связь социализма и демократии, принцип единства прав и обязанностей граждан, их взаимное соответствие. В новой Конституции СССР было зафиксировано, что диктатура пролетариата выполнила свою задачу, советское государство стало общенародным. Конституция закрепила систему органов власти и управления, сложившуюся к тому времени. Высшим органом власти являлся Верховный Совет СССР, состоявший из двух палат: Совета Союза и Совета Национальностей. Полномочия его были увеличены с 4 до 5 лет (в связи с пятилетними планами развития народного хозяйства страны).

В новой Конституции появились новые виды прав граждан: право на охрану здоровья и право на жилище. 24 июня 1981 года Верховный Совет СССР принял основы жилищного законодательства Союза ССР и союзных республик. В новой Конституции СССР было записано, что правосудие в СССР осуществляется только судом.

За шестое десятилетие удвоился экономический потенциал, созданный за первые полвека существования Советского государства. Преобразована экономика села, выполнена самая широкая социальная программа, возросли реальные доходы населения, вдвое увеличился выпуск товаров народного потребления, треть всей жилой площади, построенной за годы советской власти, приходится именно на это последнее десятилетие.

Однако юридическое законодательство, ряд его положений явно устарели. Щелоков добивался переработки уголовного и процессуального кодексов, ставя в пример другие социалистические страны. Он прямо говорил о том, что советское уголовное право, уголовное законодательство на несколько лет отстало от новых условий, отстало от развития общества.

Нормы права в ряде случаев не базировались на глубоком изучении жизни, на знании природы человека, психологии, социологии и других наук и во многом носили субъективный характер.

О том, как ужесточилась советская уголовная репрессия, свидетельствуют такие факты. В 1973 году на Украине по уголовным делам было осуждено 98500 граждан (один осужденный на 487 человек населения). В то же время в Англии и Уэльсе, где такая же численность населения, за уголовные преступления было осуждено всего 43131 человек (один осужденный на 1100 жителей). При этом необходимо подчеркнуть, что наказания там значительно мягче.

На Украине количество лиц, приговоренных к лишению свободы, составляло 264 человека на 100 тысяч населения, в Англии и Уэллсе — 79; во Франции — 59, в Италии — 50 человек.

На Украине мерам уголовного преследования и административного наказания ежегодно подвергалось свыше 5,5 млн. человек, то есть каждый восьмой. В Англии с Уэльсом — 1600 тыс., то есть каждый тридцатый.

При этом карательная практика на Украине была более мягкой, чем, например, в Российской Федерации.

В целом по стране ежегодно в орбите административных санкций оказывалось свыше 32 млн. человек. При этом общее количество правонарушений продолжало расти. О неэффективности сложившейся системы карательных мер говорил и тот факт, что каждый второй отбывший наказание в ИТУ, снова возвращался туда за повторное преступление, становился рецидивистом.

Министр Щелоков считал, что карательная политика и практика, тем более ее избыточная суровость и жесткость в отношении лиц, впервые совершивших менее опасные преступления или по неосторожности и т. п., осложняют социальную обстановку, плодят незаслуженно недовольных суровостью наказания.

Щелоков выступал за проведение реформы уголовно-правового, процессуального законодательства системы исполнения наказаний, не связанных с лишением свободы. Должен был быть издан специальный закон или введены соответствующие главы в УК и УПК о понятии уголовного проступка и, следовательно, предусмотрен такой вид наказания, с упрощенной (протокольной) формой предварительного следствия по малозначительным правонарушениям.