Минский детектив
Шрифт:
Генерал облизнул пересохшие губы. А в это самое время в комнату вошла бабка Ульяна Федоровна, худенькая, ладная старушка с седыми волосами, под цветной легкой косынкой, завязанной сзади. В ее руках был большой жбан кваса и граненый стакан. Поставив жбан на стол, она налила полный стакан пенистого холодного кваса и подала генералу, по-матерински заботливо оглядывая его красивое лицо с серебристыми висками. Генерал выпил стакан кваса одним духом, крякнул, восхищенно поглядел на пустой стакан и сказал с уважением:
– Благодарствую, Ульяна Федоровна! Настоящий! Ядреный!
– По старинке делаю, как бабка учила, – ответила старушка. – Да Вы наливайте себе! С этими словами она вышла.
Генерал с повеселевшим видом вытянул длинные ноги, поддернул штаны и начал рассказывать:
– Тут такое странное дела на днях приключилось, сынок…
Он поднялся со стула, открыл дверь, выглянул в сени, затем на кухню, где старушка возилась с плитой, снова закрыл плотно дверь, вернулся и сел на стул. Убедившись, что никто не подслушивает, он продолжил:
– Пропал, значит, миллиардер, Петр Олегович Петрушевич. Так бывает, что только с пропажей человека или вещи становится понятно, какое значение он или она играла в жизни человека или даже страны. Так вот, пропал он, и тут выяснилось, что экономика без него не работает, он, оказывается, ее кормил и поил, был, так сказать, ее содержателем.
Алесь лег на живот, подпер голову руками и замер, слушая удивительную историю. Белочка забралась к нему на голову и устроилась спать в его пушистых густых вихрах, словно в гнезде.
Алесь познакомился с белочкой случайно, он шел по аллее парка и увидел у края дорожки белочку, она словно ждала его и стояла, вытянув лапки. Алесь достал из кармана 2 орешка и протянул на ладони зверьку. Белочка быстро съела оба орешка. Алесь распрямился и пошел своей дорогой. Но, случайно обернувшись, он увидел, что зверек следует за ним неотступно. Он даже засмеялся от удивления. Такой доверчивости он от белки, пугливого зверька, не ожидал. Эта преданность и доверчивость его тронули. Он нагнулся к белке, протянул ей руку, и она мгновенно взобралась ему на плечо. Так и пришли домой. Белке понравилось у Алеся, тут было тепло, сытно и спокойно, не то, что на каком-нибудь дубе. Да еще и про холодную зиму не надо думать и собирать продукты на запас. Она не любила думать о будущем и жила только настоящим.
– А на что же нам батька, то есть президент, если какие-то олигархи, якобы, командуют? – вскричал Алесь от удивления.
Белочка проснулась и тоже навострила длинные ушки.
– Батька для управления, – кратко пояснил генерал. И продолжил. – Так вот, наш президент, Александр Данилович, видя такое дело с экономикой, велел поднять всю полицию. Я поднял. Ищем. Экономика лежит, полудохлая. Поиск ничего не дал. Как будто испарился наш бизнесмен. Только попутно выяснили, что было у него 123 жены и 402 детей. Это только в Минске, не считая области. Не знаю, правда, могут ли эти жуткие факты как-то помочь расследованию. Связано ли это с его исчезновением или это только факт из личной жизни, пока тоже не ясно. Вот с такой печальной картиной на сегодня послал меня батька – президент к тебе, Алесь, помочь делу подъёма экономики. Иначе скоро начнем голодать. А заодно коровы и гуси. А как жить без молока и гусиной печенки, я не представляю.
Пока генерал рассказывал, то и дело, подливая себе в стакан отличный холодный квас, Алесь несколько раз восклицал: «Невероятно!», «Не могу поверить!», «Просто чудеса какие-то!», «С ума сойти!».
– Но исчезновению олигарха предшествовала такая странная история…
И генерал рассказал про мальчика – связного, который принес записку с одним словом «Олигарх» и положил в дупло дуба в минском парке имени Челюскинцев. Вскоре после этого олигарх исчез.
– Совсем интересно! – вскричал Алесь с печи. Белочка не сводила с генерала удивленных коричневых глаз. – Это же старинный, безопасный способ связи! Так еще в свое время Дубровский переписывался с Машей Троекуровой! Классика!
– Очень эффективный способ! – поддержал генерал, – особенно в наше время, когда все эти смартфоны, телефоны, скайпы… дырявые, кому надо – все услышат!
– Но кто придумал такую связь? – продолжил размышлять Алесь, глядя в окно. – Я, кажется, знаю!
– Неужели? – поразился генерал – полковник! – Так быстро вычислил злодея?
– Тот, кто читал Пушкина!
– Это сильно суживает число подозреваемых, – согласился министр. – Кто нынче читает Пушкина? Мало кто! Все кинулись в бизнес, особенно молодежь. На допросе будем спрашивать, читал ли «Дубровского», если читал, все, ему конец, значит, это он, злодей!
– Это одно из направлений поиска, – поддержал Алесь.
– Ну, как, сынок, возьмёшься за дело? Достаточно ли оно государственной важности? – спросил генерал, с надеждой глядя на юношу.
– А бакшиш, то есть гонорар? Мне ведь белочку кормить надо, она такая прожорливая… Молодая! Растет еще!
– Один миллион рублей. Больше нет в закромах родины.
Алесь стал что-то вычислять в уме, то и дела приговаривая, «орехи кедровые нынче на Комаровском рынке больно уж дорогие, приходится в Сибирь ездить», «бабушка стала хворать, то горчичники, то валериановый корень ей»… Наконец он закончил вычисления и сказал:
– Дело полно мифов и недоразумений, но интересное. Возьмусь я за него, так и передайте батьке – президенту. Я думаю, распутаем мы этот чертов узел. Но у меня к Вам, Георгий Матвеевич, две просьбы. Мне нужно будет удостоверение журналиста центрального телевидения. И через пару дней согласие батюшки – президента на интервью с ним в его рабочем кабинете. Именно в его рабочем кабинете. Это важно. Но предупредите президента, что не ради интервью эта встреча, а ради… совсем другого…
– Благодарю, уважаемый сыщик, все передам президенту страны как на духу наш разговор. Желаю здравствовать!
С этими словами генерал приложил руку к козырьку и вышел, наклонившись, из низкой комнаты во двор, сел в автомобиль и уехал.
Алесь в глубокой задумчивости слез с печки и велел бабке подать ему порты. Бабушка пришла из кухни, неся в руках Алесевы вельветовые, коричневые, новые штаны.
– Что думаешь, ба, по этому случаю? – спросил он, одевая штаны.
– Вопросов пока больше, чем ответов, – сказала старушка, поджав тонкие губы и прищурив серые глаза. – И эта история с олигарховыми детишками совсем странная. Конечно, мужчина, с одной стороны, – это производитель, передовик производства, но в таких масштабах…Сомнительно мне все. Но за этим что-то кроется. Мужчина ещё и человек, а у всякого человека есть какие-то соображения. Для чего олигарху столько жен и детей? Одним словом, покушай и сбегай к олигархше Ирине Седых, поговори с ней, посмотрим, что она пропоет на эту тему. Но я думаю, не случайно исчез олигарх, ох, не случайно! За этим что-то кроется! Такое у меня чувство, что это начало чего-то.… Не зря было мне видение…
Она читала все газеты, от первой страницы до последней. И знала, что советовала. Ирина Седых в списке жен олигарха была на последнем месте, то есть была самой его молодой женой, если говорить языком крымских ханов.
И с этими словами подала бабка любимому внуку на обед на стол устрицы по-брестски: с виноградом и маринованным луком.
У младшей жены
Пообедав, Алесь посадил белочку на правое плечо, вывел из ветхого гаража старенькую, дедовскую «Ладу» и поехал в столицу. У дома номер 19 по улице Кедышко он позвонил в дверь. Ее долго не открывали, затем на пороге появился щуплый худой мужичок в серой майке и серых трусах. Гладко выбритым его назвать было нельзя. А трезвым тем более. Но на ногах он держался.