Чтение онлайн

– Есть кадровые военные? – задал следующий вопрос Бог-Колобок.

Сразу несколько человек шагнули вперед. По очереди назвали фамилии и звания. Прапор, старлей и капитан-лейтенант – моряк из самого Севастополя. Последним представился интеллигентного вида мужчина в очках.

– Денис Холодов. Полковник, Москва.

– Целый полковник! – изумился Бог-Колобок. – Не смущает, что командовать тобой будет старший лейтенант запаса? – он ткнул себя пальцем в грудь.

Холодов покачал головой:

– Я сам себя вроде как разжаловал в рядового.

– А не стремно? – прищурился Бог-Колобок.

– Начинать сначала? – Холодов посмотрел, словно в первый раз, на бородатых ополченцев в латаной-перелатаной камуфле, на суровые скалы, на открытые противоударные ворота, на старые воронки, заполненные дождевой водой, на обгоревшую Ротонду, на живую, дышащую тайгу. А потом еще раз покачал головой и ответил: – Не стремно, комбат. Как будто снова молодой. Мечта многих.

Валентина потянула Серого к остальным.

– Не будь букой! Идем! Может, кто-то из них додумался привезти специи! А может – книги или хотя бы журналы!

– Не буду букой, – пообещал Серый. – Идем!

Война гремела в отдалении. Железки словно затаились, и можно было перевести дух перед наступлением. Долго сидели они в глухой обороне, пора было поднимать голову!

Летний день дышал запахом трав и хвои, звенел в ушах комарьем, искрился медными бликами на лужах и переливался радугой над скалами.

А еще Серый ждал особое пополнение. Через месяц у них с Валентиной должен был родиться сын.

XXII век. СССР не погиб на пике своего могущества. Великая социалистическая держава триумфально вышла в космос и вот уже два столетия несет увенчанное серпом и молотом знамя в отдаленные уголки марсианских пустошей и астероидного Пояса. Но не дремлют и могущественные враги – Космический Рейх, Европейский Альянс, Сфера Сопроцветания и Соединенные Штаты. По расчетным орбитам движутся Звезды Смерти, крошат гусеницами марсианский грунт бронеходы Гудериана, вгрызаются в изъеденную метеоритами лунную поверхность мехкомплексы артиллерийской поддержки… И все же нет таких крепостей, которых не смогли бы взять десантники в силовой броне с алыми звездами, простые советские парни и девчонки, бойцы Ракетно-Космической Красной Армии.

Три тяжелых танкера мчались сквозь черноту космоса, выстроившись в цепочку. Капитаны экономили энергию на противометеоритной защите, так необходимой в поясе астероидов. Идущий в хвосте каравана старый танкер «Георгий Димитров» – первопроходец трассы Юпитер – Луна – уже пару раз попадал в передряги при одиночных полетах. Теперь его надежно защищала тяжелая громада самого крупного универсального транспортника Солнечной системы и Советского Союза «Путь к коммунизму». В тени гиганта терялся и малотоннажный танкер «Лунная радуга».

Караван возглавлял и оберегал от возможных вражеских поползновений единственный малый корабль огневой поддержки «Удалой», по старой морской классификации – эсминец. Правда, авианесущий эсминец – к борту корабля были пристыкованы два истребителя МиГ-214, к дальним космическим перелетам неприспособленные, но весьма эффективные в локальных космических схватках.

Капитан Рокотов, сидя в рубке эсминца среди десятка информационных панелей, пристально наблюдал за близлежащими астероидами. Места здесь были неспокойные, шалили пираты. Крупному конвою с эсминцем охранения вряд ли грозила серьезная опасность, но на три танкера одного эсминца маловато. Слишком велик куш – если пираты прознают о тайном маршруте каравана.

– Капитан Рокотов!

Дребезжащий голос, прогремевший в мини-наушниках внешней системы конференц-связи, заставил капитана поморщиться.

– Слушаю вас, товарищ Смыков.

– Какова обстановка снаружи? Нет ли посторонних объектов?

– Всё тихо.

– Спасибо. Я отдохну пару часов, товарищ капитан?

– Разумеется, товарищ комиссар.

Капитан не смог сдержать тяжелого вздоха. И всё у политрука не как у людей. Отдохнет он, пока караван пробирается среди астероидов…

Нет, для сотрудника политуправления – а их Рокотов встречал на своем боевом пути немало – Владлен Смыков был вполне приличным человеком. Весьма и весьма подкованный в идеологии, комиссар часто не придерживался боевого распорядка. Соответственно, складывалось ощущение, что Смыков следит за тем, что происходит на корабле, постоянно, днем и ночью, временами отлучаясь подремать на два-три часа. Такая у него работа, понятно… Но между капитаном и комиссаром могли бы быть и более теплые отношения. Наверное, и были бы. Если бы не Анечка.

Офицер связи и резервный программист, лейтенант Анна Рассадова, красавица и в недавнем прошлом отличница, сбольшим интересом посещала политзанятия, но плечистый красавец-капитан нравился ей куда больше, чем невзрачный потомственный политработник с идеологически верным именем Владлен. Пусть Иван Рокотов был не так красноречив и образован, его называли настоящим «космическим волком». А идеологически… Все они коммунисты и комсомольцы! Беспартийным на передовом крае борьбы за ресурсы и территории не место.

Зашипела, отъезжая в сторону, крышка люка рубки. В проеме показался мичман Мезенцев.

– Неважные дела, товарищ капитан, – сообщил Мезенцев, покачиваясь в проходе параллельно полу. – Зафиксирован характерный нейтринный поток у астероида слева по курсу. Работают маломощные термоядерные двигатели. Пираты, должно быть.

Последнюю фразу мичман мог бы и не произносить. Кто еще может болтаться в поясе астероидов на малых судах? Уж не американцы с их тяжелыми крейсерами и не педантичные китайцы, редко отходящие от привычных караванных троп.

– Почему не доложили по системе внутренней связи? – осведомился Рокотов.

– Так ведь посоветоваться надо, – хмыкнул мичман. – Зачем штабу на Луне о наших тревогах знать?

Резонно. Чем меньше знает начальство, тем спокойнее. Потому что любое развитие событий в критической обстановке можно толковать по-разному… Может быть, пираты не нападут. Все-таки не одинокий безоружный танкер идет. А узнает о проблемах штаб флота – посыплются директивы. Знай, расхлебывай.

– Иван, зафиксировала передачу пакета шифрованной информации в коротком диапазоне! – раздался в наушниках нежный голосок Ани.