Чтение онлайн

Несколько мужиков споро захлопнули тяжелые, на совесть сделанные створки – хорошая оборона и от лесного хищника, и от лихих людей – и заложили их обтесанным бревном. Часть прочих осталась нести дозор, а остальные сопроводили поздних гостей.

На первом этаже привычно располагался трактир – крепкие и тяжелые, основательные, чтоб не подняли для драки и не расколотили оружием или телами, столы и скамьи, стойка в глубине зала, бревенчатые стены – все без изысков, просто и добротно; разве что по стенам в качестве то ли украшения, то ли оберега от злых духов висело несколько соломенных косичек с вплетенными туда ароматными травами.

– Еду на всех в комнаты, пожалуйста.

– Конечно, – степенно поклонился трактирщик.

По совету Каталин Жозефина взяла всего две комнаты, чтобы отряд мог собраться как можно быстрее, если на них нападут.

– В большой комнате ночуют Фердинанд, Каталин, я и… – она указала на одного из наемников, – ты?..

– Уиллас, госпожа, – пробормотал отчаянно краснеющий парень, которого с двух сторон уже тыкали локтями в бока его собратья: «Гляди, фаворитом заделался!»

Каталин кивнула, целиком одобряя такое решение госпожи, следом за ней вся троица разом – Уиллас все еще сиял ушами в полутьме коридора – и они разошлись по комнатам, как раз открыв двери девчонкам с подносами.

Утро началось еще затемно с крика «Тревога!». Спавшие одетыми и при оружии Каталин и Уиллас вскочили сразу и, на ходу обнажая оружие, вылетели в коридор, на помощь остальным двум наемникам. Жозефина выглянула следом.

В нескольких шагах от их двери стояла парочка головорезов, двое ждали неподалеку от лестницы, и еще двое только поднимались. Один из ближайших, обладатель роскошных черных усов, улыбнулся северянам и спокойно проговорил:

– Нам нужны только девчонка и ушастый. Отдайте их, и крови не будет. Мы не хотим драки…

Не дослушав, Жозефина нырнула обратно, под защиту стены. Фердинанд уже встал и теперь потерянно шарил взглядом по комнате.

– И что теперь?..

– Теперь… – Все бойцы были в коридоре и отзывать никого было нельзя, особенно учитывая соотношение сил. Ушан, так лихо бросавшийся заклинаниями в застигшем их на тракте бою, спросонья был словно оглушен, так что действовать приходилось самостоятельно. Девушка выглянула из окна – второй этаж, конюшня за углом направо, просматривается от ворот… а кто там во дворе?.. Там обнаружились два конника, гарцевавшие у ворот, и с ними был кто-то еще в хитрой магической защите – его можно было ощутить, понять, что он есть, но невозможно разглядеть: и взгляд, и нетелесные органы чувств будто соскальзывали прочь.

Итак, снаружи трое, в коридоре шестеро, и они могут быть куда лучше подготовлены к бою в помещении, чем ее северяне; холодный разум Жозефины заработал, задействуя все знания и силы без остатка. Четверо ждут; если их заблокировать, останется разобраться только с ближайшими двумя, и тогда можно будет прорваться из комнаты в конюшню, а дальше…

– Фердинанд, ты умеешь открывать Врата?

– Только если не очень далеко… и лучше в то место, где я бывал…

– Хорошо. – Жозефина снова выглянула в коридор, оставаясь по большей части за косяком двери. Там уже звенела сталь – и, на удивление, не только наемничья: ближе к лестнице, через три двери по коридору, кто-то из постояльцев, лишь в рубахе и нижних портках, азартно сражался с одним из нападавших, не вняв призыву усатого «не ввязываться в чужие дела».

Плеснув в лицо водой из кувшина, ушан пришел в себя достаточно, чтобы тоже что-то сделать. Высунувшись в коридор, он простер вперед руку, и нечто невидимое вначале сдвинуло, а потом вжало в стену тех четверых, что шли на подмогу от лестницы. Тем временем один из северян зарубил своего противника и начал помогать соратнику, но почти сразу получил рану – благо несерьезную – и отошел, меняясь местами с сзадистоящим. Когда это повторилось, Жозефина поняла, что такова отработанная тактика – весьма, надо сказать, разумная: боевая пара сохраняла свою эффективность, а раненый мог или перевязаться, или получить магическую помощь и при необходимости вновь вступить в бой. Но усатый явно умел фехтовать, а время истекало. Фердинанд снова взмахнул рукой – движения усатого замедлились, и Уиллас размашистым ударом снес ему голову.

– Сюда! – Все забежали в комнату, помогая раненым, и Жозефина немедля занялась исцелением.

– Надо уходить, госпожа, – произнесла Каталин, споро снимая с пояса моток тонкого и прочного шелкового шнура и привязывая его к ножке кровати. – Придется прорываться через ворота. Во дворе еще двое, но не все могут быть на виду.

– Их трое, – отозвалась Жозефина. – С ними маг под Щитом. Я полагала уйти через Врата.

Лаки, чьей раной как раз занималась целительница, удивился вслух:

– А Врата-то откуда?

– Фердинанд, – коротко ответила Жозефина. Только что исцеленный ею Вит встал на охрану у дверей, остальные собрались у окна. По знаку Каталин Лаки канул за нижний срез рамы. Шнур дернулся – все чисто – и следом прыгнул еще один, потом Жозефина и Фердинанд. Еще не успели приземлиться оставшиеся двое, а дочь Северного серебра уже вскинула руку, вспоминая уроки Феликса – плетение рождается в ладони, Сила настигает его в точке приложения, – и один из всадников свалился с лошади, хлеща ладонями по пылающему магическим огнем лицу; второй шарахнулся, а третий, пеший под магическим Щитом, побежал в обход здания постоялого двора, надеясь поймать беглецов еще у окна или на углу – по счастью, с другой стороны, давая драгоценное время на побег.

В дверь комнаты уже кто-то ломился, другие бежали по лестнице вниз, отчаянно не успевая. Собравшийся отряд срезал веревку и рванул к конюшне. В нарастающем шуме – отдаленном топоте, под крики: «Лови их! В конюшню пошли!» – вбежали в пахнущий сеном сумрак. Пока вытолканный вперед Фердинанд творил заклинание – «А куда?» – «В город!» – «Я там не был!» – «Тогда хотя бы за версту, в лес, дальше по тракту!» – бойцы, посшибав задвижки, вывели из денников коней, и все беглецы один за другим вбежали в повисшие в воздухе Врата.

…Мерцающее ртутное зеркало, не имеющее толщины, выбросило их в болото почти с высоты человеческого роста. Первые двое – Витар и Лаки – не растерялись, моментально отойдя вместе с конями в стороны, и каждому последующему помогали отойти или оттаскивали, как Фердинанда; наконец серебро и лазурь собрались вместе и, настороженно косясь на уже искажающиеся Врата, начали отходить – и последним усилием те выплюнули конного, того второго, бдившего у ворот.

– Поймал! Я их поймал!!! – было его последними словами перед тем, как он свалился в болотную жижу. Крепкие парни вытащили незадачливого ловца из булькнувшей влаги, кто-то перехватил поводья его коня – скакуны, по счастью, ничего себе не поломали.

Болото – а точнее, подболоченное озерцо – выпустило их довольно быстро, меньше чем через четверть версты. Пока они брели через хлябь, Жозефина думала, что наемники спасли ей жизнь и свободу уже второй раз за сутки – и наверняка всего лишь второй раз из множества последующих.

Привычные к дороге бойцы споро набрали дров и развели костер. Присев перед пленным так, чтобы огонь освещал его лицо, а ее оставлял в тени, юная де Крисси велела снять мешок с головы пленного и мизерикордией перерезала ту тряпку, которой ему перетянули рот. Мужик, одетый вовсе не по-разбойничьи, ошалело покрутил головой; девушка, направив в его горло кинжал – хищные грани отчетливо блестели в свете костра, разгонявшем предрассветный сумрак, – спросила: