Чтение онлайн

— Довольно. Теперь ты не будешь мне перечить.

Как он ловко перешёл с «вы» на «ты». Дон закончил с курением и стал просто стряхивать пепел на деревянный пол. Судя по всему, ему это доставляло крайнее удовольствие. В таком темпе мы провели ещё кучу времени, пока под ногами мафиози не скопилась небольшая горка.

— Мафия никогда ничего не прощает. Несколько недель назад, двадцать пятого галенита, в пятницу, в этой таверне, в двадцать сорок, вы продали мне фальшивую магическую шапку.

Ч… Что?.. Постойте. Кажется, вспоминаю. Так вот что это за дебил. Ну, простите — кто же знал, что Гон, дон местной мафии, любит по вечерам сидеть в тавернах среди своры алкашей!

— И то был не просто обман, — с умным видом дон стал ходить по таверне, иногда отходя в её угол, откуда его было не слышно. — Это было предательство. Нож в спину, если хотите. Измена, коль желаете…

Почему мне кажется, что меня просто разыгрывает шайка кретинов? Я, насколько позволяла сокращённая подвижность шеи, осмотрел «мафиозов». Нет, претензий к их внешнему виду не было. Лица мужчин выглядели так, будто они не способны испытывать эмоций в принципе. Плечи расправлены, брови насуплены, губы поджаты. Костюмы из чёрных камзолов будто куплены только вчера, и, возможно, не надевались до сих пор. Если присмотреться, собравшиеся были вооружены с ног до головы. У каждого на поясе держались ножны, за спиной висел лук, а из карманов торчали заточки. Судя по выпирающей ткани, в одежде хранилось и много «скрытного» снаряжения.

— Мы рассчитывали на артефакт, защищающий от холода, — дон, наконец-то, вернулся из подсобки, и его стало слышно. — И снарядили им экспедицию на холодный север. Пятнадцать человек отправилось на поимку древнего ледяного бобра, мех с хвоста которого широко известен в узких кругах.

Мои мозги сейчас вытекут из ушей.

— Но вы предали семью. Коварно. Очень коварно, — повисло многозначительное и умное молчание, дон прикрыл глаза. — Погибло восемнадцать мафиози. Замерзло насмерть.

Я… Я пытался, как мог, успокоить кипящую в жилах кровь. Но получалось плохо. Ужасно плохо. В конце концов, из моего рта вырвалось:

— ТЫ СЕРЬЁЗНО ОТПРАВИЛ ПЯТНАДЦАТЬ ЧЕЛОВЕК ОХОТИТЬСЯ НА БОБРА, И, ЧТОБЫ ИМ БЫЛО ТЕПЛО, ДАЛ ИМ ОДНУ, ОДНУ, СУКА, ШАПКУ, И РАССЧИТЫВАЛ, ЧТО ЭТОГО ХВАТИТ? ПРИ ЭТОМ, ВО ВРЕМЯ ОХОТЫ, ПОГИБЛО БОЛЬШЕ ЧЕЛОВЕК, ЧЕМ НА ОХОТУ ОТПРАВИЛОСЬ?

— Да, — сказал дон. Я лишился дара речи.

— Федя, — прошептала Флюра, — не знаю, какая мафия в вашем мире, но в нашем… Это хладнокровные, расчётливые и безжалостные убийцы. Для них ты — что мелкая рыбёшка для акулы.

— Я вижу, — сквозь зубы сказал я.

Дон отвернулся от нас, после чего сказал подчинённым:

— Найдите мне на улице кота или кошку.

— Будет сделано, — около десяти человек поклонилось в ноги Гону и вышло из помещения. Дон, оставшись под защитой лишь половины мафиози, стал наворачивать круги по таверне. Похоже, он искал подходящий стул. К сожалению для него, они все были одинаковые. Он глубоко вздохнул, и скомандовал оставшимся подопечным подняться на второй этаж и спустить вниз хорошую кровать. Внезапно — глава мафии остался один. Тело всё ещё плохо мне подчинялось, но я был бы глупцом, если бы не стал думать о плане побега.

— Не выйдет, — с умным видом сказал дон. — В конце концов, я обладаю способностью читать мысли.

Он… Что?!

— Именно. Потому семья и достигла величия именно когда я, Гон, стал доном. Манипуляции, шантаж, допросы… Любое моё взаимодействие с человеком приведёт к тому, что я смогу извлечь выгоду.

— По… Подождите, — язык начал заплетаться то ли от абсурдности, то ли от абсурдности. — Но как я тогда смог продать вам обычную шапку за десять гривен?

Дон замер, но молчание продолжалось недолго. Он просто пожал плечами и улыбнулся:

— Я был пьян.

Хотелось укрыть лицо в ладонях и оградиться от этой ситуации… Перестать слышать и думать, искать смысл в происходящем…

Мои страдания продолжились, когда в таверну вернулись мафиози, отправленные за котом. Только их было уже не десять, а девять.

— Небоевые потери составляют одного человека, — доложил дону какой-то особенно мафиозный мафиози, после чего поклонился и поцеловал главе семьи руку. Его примеру последовали остальные, пока ладонь Гона не была полностью обслюнявлена. В этот момент с лестницы спустили кровать, после чего подкатили её к нам. Дон маленькими шагами проследовал к мебели и сел на матрас, после чего принял кота из рук подчинённого. Животное выглядело напуганным и забитым. Когда бедолагу начали гладить, он прижал рыжие уши к голове и стал подрагивать.

— Вы должны вернуть долг…

— У нас нет денег, — признался я. — Все пять тысяч гривен проиграл в карты и кости в местном казино один… Пират.

— Хорошо, что наше казино до сих пор приносит доход, — кивнул он.

— Тогда, я полагаю, — в сердце загорелась надежда: может, всё это наконец-то кончится, и нас отпустят?! — мы вам больше ничего не должны?

— Должны.

Мне было больше нечего сказать. Я опустил лицо в пол.

— Ведь, в первую очередь, это не про деньги, — сказал человек, который только минуту назад требовал вернуть ему деньги. — А уважение. Уважение к семье, уважение ко мне и моим подчинённым. Это уже не финансовый вопрос… А вопрос того, как именно мне предстоит научить вас хорошим манерам.

Его глаза недобро сверкнули. Несмотря на тупость происходящего… Мне стало не по себе. По лбу скатилась капелька горячего пота.

— Как бы вы отреагировали, если бы я просто посадил вас в долговую яму? Заставил бы служить семье на самых грязных работах? Согласен, это могло бы быть довольно эффективно, — дон погладил кота в последний раз, после чего кинул его в неопределённом направлении. Тот грустно мявкнул и пропал из виду. — Но это не вселило бы в вас достаточно отчаяния. И, пожалуй, отчаяние — самое сильное из чувств, которое управляет людьми. Я же — всегда нахожусь в поисках власти.

Вот теперь эти заумные речи звучали настораживающе. Не знаю, на что хватит фантазии Гона, но проверять не очень хотелось. Я посмотрел на своих соратников. Флюра сохранила ещё меньшую подвижность, чем я, и только её глаза панически бегали туда-сюда. Её видимый страх стал потихоньку передаваться и мне. А Этери… Этери, кажется, последние полчаса повторяла одну и ту же фразу:

— Шапка… Как раз… Шапка… Ему как раз…

— Я вижу, что вы сколотили себе небольшую банду из прекрасных женщин. Уверен, вы с ними близки, очень близки. Я мог бы лишить вас их. И не просто лишить… Сделать кое-что похуже.

То, куда заходил этот диалог, не предвещало ничего хорошего. Я старался не думать о возможных вариантах, чтобы дон не почерпнул идей из моей головы. Однако получалось плохо. Ледяные глаза Гона из-под чёрных бровей прошивали меня насквозь.

— В Коктауне есть один бордель… И, знаете что? Нам не хватает рабочих.

Твою мать… Нет, нет!

Дон улыбнулся.

— Да. Какое приятное совпадение — у нас не хватает рабочих, а вы, полагаю, можете обойтись и без лишних рук.

Флюра тут же побледнела до состояния трупа. Она заёрзала на холодном полу: