Мир-Цирк (Цирк - 3)
Шрифт:
– Надо еще поработать над некоторыми мелочами, Алленби. О твоем бегстве на спасательной шлюпке слишком легко догадались.
Некоторое время они шли молча, потом Алленби заговорил:
– Бустит...
– Да?
– Поскольку мы задержимся на дороге, стоит, пожалуй, поработать и над комическими сторонами моего персонажа. Не кажется ли тебе, что если новость слишком серьезна...
– Ба!
– Бустит шагал, сердито поднимая клубы пыли.
– Все хотят быть критиками, - крикнул он в ночь.
– Все!
УЧЕНИЦА ФОКУСНИКА
Три брата молча смотрели на погибшее поле. Еще вчера здесь зеленела молодая пшеница, а сегодня осталась лишь сухая бурая солома.
Юдо кивнул:
– Рогор разгневался. А все твой болтливый язык, Арум.
– Ба!
– Арум сорвал пучок соломы и поднял его над головой.
– Рогор! С тех пор, как цирковой корабль привез наших предков на Момус, у нас не было господ...
– Арум!
– Юдо воздел руки и бросил испуганный взгляд на третьего брата.
Лэйз, подскочив к Аруму, схватил его за плечо:
– Тебе что, мало? Еще хочешь?
Арум стряхнул руку с плеча и, отшвырнув высохшие колосья, повернулся к братьям.
– Хороша парочка! Так и трясетесь от страха - смотреть противно!
Лэйз, ломая руки, посмотрел на Юдо, потом снова перевел взгляд на Арума.
– Мы происходим из зазывал, Арум. Наверно, нам лучше уйти в Тарзак и снова стать зазывалами. Арум покачал головой:
– Я же сказал, хороша парочка.
– Он обвел взглядом их поля.
– Мы столько труда положили, а ты предпочитаешь быть мальчишкой на побегушках, да еще с прибаутками?
– Арум подбоченился.
– Мы - собственники. Никакой балаганный трюкач не изменит этого...
Арум вдруг схватился за лицо, его красно-пурпурную полосатую мантию внезапно охватило пламя. Лэйз и Юдо застыли от ужаса. Прошло всего лишь несколько секунд, и Арум был мертв. Его тело обгорело до неузнаваемости. А потом оно исчезло.
– Арум!
– Юдо шагнул было туда, где только что стоял брат, но замер: на этом месте возник человек в черно-алой мантии. Лицо его было скрыто капюшоном.
– Рогор!
– Арум оскорбил меня. Ты согласен с его словами?
– Человек ткнул пальцем в Лэйза. Лэйз сжал руки и поклонился:
– Нет, Великий Рогор. Пощади меня.
– Лэйз, исполнишь ли ты мое повеление?
– Да, Великий Рогор.
– Тогда обойди все города Изумрудной долины. Вели всем идти в Рис. Пусть ждут меня там.
– Да, Великий Рогор.
– Ступай.
Лэйз бросил взгляд на Юдо, снова посмотрел на Рогора и, спотыкаясь, бросился через поле к Иконе. Рогор обернулся к Юдо:
– Для тебя, зазывала, у меня важное поручение. Иди к фонтану в Иконе. Инструкции будут ждать там.
Юдо зажмурился и кивнул. Когда он открыл глаза, Рогора не было.
Восемь дней спустя далеко на юге, в Тарзаке, молоденькая девушка, почти ребенок, взволнованно смотрела на дверь дома фокусника. Черно-алый полосатый занавес висел неподвижно, чисто выбеленная стена ослепительно сверкала под лучами полуденного солнца. Собравшись с духом, девочка сжала кулаки, прижала выпрямленные руки к бокам и решительно шагнула в дверь. В доме она чуть не налетела на высокого, понурого зазывалу. Человек был весь в пыли, от него пахло дорогой. У дальней стены маленькой комнаты сидел на скамейке, вцепившись в тяжелый сучковатый посох, крохотный старичок в черно-алой мантии. Старик кивнул зазывале.
– Минутку, Юдо. Я только узнаю, кто моя незваная гостья.
– Он пристально поглядел на девочку.
– Фикс, я Кризаль. Я не знала, что ты не один.
– Полагаю, Кризаль, спросить разрешения войти было бы слишком хлопотно. Итак, гадалочка. Что тебя привело?
– Фикс, я хотела бы стать фокусником.
Старик оглядел гостью от взъерошенных рыжих волос до пыльных босых ног.
– Во-первых, ты девочка; во-вторых, ты предсказательница; в-третьих, ты грубиянка. С какой стати мне учить тебя ремеслу фокусника?
– Во-первых, Фикс, женщины бывали фокусниками и раньше. Только вчера на Главной площади Тарзака играла Мира из Куумика.
Старик кивнул:
– Такое бывало, хоть и редко. Но Мира - дочь фокусника. А ты носишь голубую мантию, - по крайней мере мне кажется, что под всей этой грязью она голубая.
– Я из предсказателей Тарзака, дочь Салины. Я сказала ей, как говорю тебе, что решила стать фокусником. Срок моего ученичества закончился, и никто не может заставить меня стать предсказательницей.
– Кризаль скрестила руки на груди и задрала нос.
– Салина? Хм...
– Фикс почесал в затылке, потом потер подбородок. Говоришь, ты сказала это Салине?
– Ага.
– И что ответила Великая Салина?
– Что моя жизнь - это моя жизнь и я вольна распоряжаться ею.
Уголки рта Фикса поползли вниз, а брови вверх.
– Правда? А твой отец, Иэрен?
Кризаль нахмурилась.
– Он не понимает.
– Ясно. Ну и третье: твоя грубость. Даже родные сыновья не называют меня просто Фиксом. Кризаль склонила голову набок:
– Ты настаиваешь?
Старик кивнул:
– Попробуй разок.
Девочка низко поклонилась:
– Великий Фикс.
– В голосе появился сарказм.
– Похоже, твое уважение было бы для нас обоих еще большим бременем, чем твоя грубость. Теперь главное. С какой стати мне брать тебя?
– Я знаю, как ты делаешь фокус с недостающей картой.
Старик кивнул, улыбнулся и указал на подушку у стола.
– Сядь там, Кризаль. Мы поговорим позже. Не хочу дальше задерживать посетителя.
Девочка обошла зазывалу и села. Зазывала поклонился.
– Великий Фикс, разве об этом можно говорить при ребенке?
– Юдо указал на Кризаль.
Фикс оглянулся на нее, потом снова повернулся к гостю:
– Эта упрямица - моя ученица, Юдо. Я обещаю молчать за нас обоих, - и уж это-то она будет уважать!
Фикс снова повернулся к девочке. Кризаль кивнула и улыбнулась.
Юдо пожал плечами:
– Как скажешь, Великий Фикс. Ты придешь в Икону?
Кризаль увидела в глазах зазывалы страх, но боялся он не Фикса.