Чтение онлайн

– Твой брат что?! – Руф уже стоял на ногах, и длинный кинжал в его руке отражал свет костра. – Грязное отродье!

– Не надо, – покачал головой Мергольд. – Не говори так. Мы все скорбим, что отпустили его. Тогда, двенадцать вёсен назад, посланцы великого чародея – он не звал себя Личем, конечно – набирали детей, одарённых магической силой, по всему Югу. Говорили ласковые слова, обещали большое будущее… Добрались и до нашего кочевья, чуть ли не на самую границу пустыни. Отец не почувствовал подвоха. А может, был околдован. Брат уехал с прислужниками чародея и не вернулся ни через год, как те обещали, ни через три, ни через десять. Шаманы много вёсен не могли найти его след и взяли за труды семьдесят баранов – почти всё, что у нас было. И вот я здесь. Найду брата и заберу его назад, а нет – хотя бы передам весточку из дому. Убери оружие, я не враг тебе и не хочу с тобой драться. И позволь, прошу тебя, отыскать в чёрных писаниях колдуна, где искать его логово.

– Да у нас сегодня, как я погляжу, вечер откровений! – воскликнул гном удивлённо. – Ну, а ты, парень? У тебя тоже есть тайный план? Какое-нибудь родовое проклятие или воля умирающей мамочки?

– Нет, – смущённо улыбнулся Нэк. – У меня всё гораздо проще. Братья избили меня и выкинули из родительского дома, едва умер отец, заставив отказаться от доли в завещании. Забрали деньги, книги, не дали взять ничего из моих вещей. Они всегда считали меня чужим в семье, подозревали маму… да хранят боги её душу по ту сторону Черты. Я и правда совсем на них не похож: ни ростом, ни цветом волос, ни, хвала всему сущему, характером. Пока был жив отец, они не смели меня обидеть, зато потом отыгрались по полной… Да уж… Так, видно, устроен наш мир, почтенные. Кто-то бросается на помощь родственникам, даже если те попали в лапы к тёмным колдунам, и рискует жизнью, а кто-то, наплевав на слово родителей, подкупает городского судью, чтобы захапать чужое… В общем, теперь мне нужны деньги, чтобы снять комнату в таверне старого Хакима и заняться составлением писем и документов для малограмотных, а ещё, если так будет угодно богам, написать книгу обо всём, что увижу и услышу в нашем путешествии. Больше-то я всё равно ничего не умею. Если лорд Аркос мне не заплатит – не знаю, что тогда и делать буду.

– Славная у нас подобралась компания! – захохотал Сидри во всё горло. – Один другого краше!

И мерзкого вида облезлые вороны вторили ему с веток хриплыми голосами.

А на следующее утро они продолжили путь все вместе. Хмурый Руф, слишком честный, чтобы бросить товарищей в проклятом лесу без проводника. Балагурящий вовсю, но всё-таки – Мергольд видел – напуганный историей про Лича Сидри. Нэк, неловко, но упрямо продирающийся то сквозь заросли Серолесья, то – на привале – через страницы чёрной книги. И он сам, давно уже всё для себя решивший. Не попадись ему так вовремя вербовщики Аркоса – и он отправился бы выручать брата один. Хвала Небу, не пришлось.

Чем дальше заходил их отряд, тем страшнее и неприветливее становился мир вокруг. Давно не было слышно пения птиц, пропали куда-то ловкие белки, стихли почти все лесные звуки. Только проклятые комары никак не желали исчезать и всё так же бросались на путников стаями, да падали то и дело, разваливаясь на лету, трухлявые деревья.

Источник всех бед таился где-то там, далеко впереди, в тайном логове Лича, и они, к худу или к добру, с каждым шагом к нему приближались.

– Ну где вы там? Вылезайте! – закричал Сидри, потрясая над головой шестопёром. – Идите сюда и познайте мой гнев!

Но в круг света так никто и не вступил, тьма катакомб осталась нема, и Сидри, ещё раз прокричав боевой клич, с тяжёлым вздохом уселся прямо на трупы поверженных врагов. Шестопёр выпал из ставших непослушными пальцев, а когда гном попытался утереть лицо, то обнаружил, что все его руки в крови. И далеко не только вражеской. Горячка боя утихла, ей на смену пришла непомерная усталость. Сидри явственно осознал, что ему давно уже не полторы сотни лет, что последние годы он слишком часто упражнялся с пивом и бараниной и слишком редко – с оружием. Что он – совсем не Орри Громобой, наконец. Даже не близко. Понимать это было не очень-то приятно.

И всё-таки, подумал гном затем, переводя взгляд вниз, на залитый тёмной кровью пол, сегодня он был неплох. Не стыдно будет отправиться к праотцам, если подземные твари вернутся.

И он долго сидел, снова взявшись за шестопёр, и ждал, когда чудовища придут за его жизнью. Но дождался только товарищей, всё-таки нашедших выход из подземных гробниц и вернувшихся за ним.

С момента находки чёрной книги прошло четыре дня. Отряд всё время держался русла реки и часто, чаще, чем следовало бы справным походникам, останавливался на отдых. Прав был мальчишка, в здешнем воздухе и впрямь витало что-то недоброе, Сидри чувствовал это. Да и не только в воздухе. Земля стонала и ворочалась у гнома под ногами, поражённая тёмным колдовством до самых корней. Ощущать её корчи было откровенно жутко. Если бы не заветный город Барр, Сидри давно повернул бы назад. И, пожалуй, забрал с собой книгочея. Такие, как он, не приспособлены для дальних походов. Вечно натирают ноги, страдают животом, кашляют, поспав пару дней не дома на перине. От них одни хлопоты и докука. Жалко их, дуралеев.

Вот только всё дело в том, что гномий город Барр покоился под землёй где-то здесь, в Серолесье, и без помощи Нэка, каким бы там простофилей тот не был, Сидри нипочём его было не сыскать.

Каждый день усердный книжник открывал фолиант и пытался разобрать тёмный язык его бывшего владельца. Руф всякий раз уходил подальше, не желая оскверниться, и возвращался, только когда книга снова оказывалась в заплечном мешке Нэка. Он того только и ждал, чтобы поскорее избавиться от злосчастного тома и покинуть Серолесье. И Сидри, хотя на словах и подтрунивал над глупым лесовиком, в глубине души не мог с ним не согласиться. Книга была опасна и таила в себе много зла, ворошить его без причины казалось настоящим сумасшествием. Но что тут поделаешь, если причина имелась! И не одна.

Да, Руф уходил, едва молодой грамотей брал в руки книгу, зато вот Сидри и Мергольд наоборот придвигались ближе, влекомые каждый своей целью.

Разбирать писания Лича было непросто, Нэк продвигался медленно, и всё же продвигался. И наконец, на десятый день похода, когда река снова не подарила им ни одной рыбины, сухари и сало были изрядно подъедены, а запасы вяленых груш, поражённые вместе со всей крупой какой-то странной синей плесенью еще в самом начале пути и здорово оскудевшие еще тогда вовсе стали подходить к концу (а ведь их должно было хватить ещё надолго!), книгочей, едва взявшись за работу над записями Лича, вдруг сам подозвал Сидри.

– Посмотрите, господин мой. Вы можете прочитать эти знаки?

Посреди страницы, совсем непохожие на обычную скоропись Лича, были начертаны четыре красные руны, в которых каждый уважающий себя учёный легко опознал бы гномьи. А вот расшифровать тайный язык подземелья смогли бы единицы. У Сидри от волнения затряслись руки. Неужели?..

– Да, – сказал он, тщательно подбирая слова. – Это старинное наречие моего рода. Такими рунами обозначают самые важные места. Святилища, гробницы правителей, запретные коридоры. Это предостережение для чужаков и слабых духом – и магическая печать одновременно. Чтобы просто её обнаружить, тем более записать, нужно быть посвящённым в великие тайны. Этот Лич нравится мне всё меньше и меньше! А там не указано, где он видел эти руны?

– Ещё как указано. Со всеми подробностями, – кивнул головой Нэк. – И судя по всему – вот так совпадение – до этого места отсюда совсем недалеко. Может быть… не уверен… полдня пути? Видите во-он тот холм с плоской вершиной?.. Если это не он, то даже и не знаю. Все приметы совпадают.

– Так чего же мы ждём? – закричал Сидри, не в силах больше сдерживаться. – Идём скорее, и если это действительно город Барр… если это хотя бы отхожее место города Барр… Тогда забирай всю мою долю, парень! В счастливый, видно, час свела нас судьба! Ну что, кто со мной к бугру?

– Я с тобой, – сказал Мергольд. – Только давай для начала кое-что сделаем.

Достал из-за сапога нож и безжалостно вырезал все прочитанные Нэком страницы.

– Думаю, больше они нам не понадобятся.

Сидри только плечами пожал, и листы отправились в огонь. Подошедший посмотреть на это дело Руф долго стоял молча, будто к чему-то прислушиваясь, а потом слабо улыбнулся.

– Слышите? Лес говорит нам спасибо. Может статься, для него не всё ещё кончено.