Мир двух лун
Шрифт:
— Она и сейчас тебе мама, но вот на родине, где ты родился у тебя есть отец, а я хоть и мужчина, но тот который дает жизнь детям.
— Значит ты можешь мне подарить брата? А мы Ричарда с собой возьмем?
— Нет, он останется здесь, но на каникулах мы будем навещать его или он к нам. Но жить с нами он не сможет. Мама будет скучать.
— А ты мне расскажешь про отца?
— Вот о чем я и говорила. Ребенок все равно потянется к своему родителю.
— Пришло время?
– Прошептал я. — Да. Нам пора возвращаться домой.
— Меня возьмешь с собой. Очень хочу увидеть город, который подарили тебе твои мужья и замок.
– Напрашивался Арон.
Лилия вся побелела.
— Лиль, он не бросает тебя. Арон успокой жену. Беременные, они очень впечатлительные, их нужно беречь. Давай об этом поговорим, когда родится дочь. Мы на каникулах заберем Ричарда и тебя с собой возьму. А потом вернетесь домой. Лиль я бы и тебя взял с собой, но сама понимаешь нельзя нарушать устройство мира и законы природы.
— Ты пообещай мне, что вернешь его мне обратно.
— Клянусь.
Она выдохнула и расслабилась. Тут на кухню с босыми ногами в полусонном состоянии вошел Ричард и прошептал:
— Ма, я пить захотел поэтому встал. — И его взгляд упал на меня. — Папа! — Он тут же проснулся и словно сон слетел с его лица. Улыбка на пол лица и он залез ко мне на колено. Анх с неохотой подвинулся. Он уткнулся мне в грудь. — Я так соскучился по тебе.
— Я тоже. — Поцеловал обоих в их макушки.
Мальчишки улыбнулись и прижались по крепче ко мне.
Рин.
У меня внутри словно все оборвалось и после ухода Давида был в бешенстве.
"Ушел, бросил нас». — Вертелось в голове, как заезжаный мотив.
Отец еле успокоил меня.
— Сын, сядь и остынь. Ты чего на Давида сорвался?
— Я защищал Алексия. Видел по его глазам, что мы для него ни что.
— Это далеко не так.
— Он кое-что скрывает от тебя и согласился на сделку лишь бы ты не узнал правду.
— Это ты сейчас о чем?
– Мои голос пошел на спад и я с огромным интрересом посмотрел на отца.
Алексий тоже насторожился и хотел знать. Его взгляд и все внимание было направлено на наш разговор.
— Могу озвучить лишь часть сделки.
— Ну, и!
— Он вернется потому, что дал слово родить Алексию в в ближайшее время и есть то, что касается тебя, но сказать не могу. Давид готов был на все согласится лишь бы скрыть от тебя это. Он сегодня был потерян и сам не свой. Он бы не затеял эту ссору с тобой, если бы не испугался, что ты узнаешь правду.
— У меня есть надежда?
– Более тихим голосом поинтересовался я.
— У вас обоих она есть. — Не выдержал и встрял Алекс. — Я могу говорить. Слова я никому не давал. Так вот, Давид дал слово родить вам обоим и стать семьей. Не препятствовать твоему общению с сыном и не сбегать.
Алексий выдохнул и тихо прошептал, но я это услышал.
— Ничего не ответил Рину и ушел. Я ненужен ему. Отчаянье проскользнуло в его глазах. — Не верю. Все это ложь. Ребенок, сделка, но не любовь. Я хочу знать правду...
– Но в этом было отчаянье.
Мне стало от этого не по себе. Обычно оптимизмом всегда отличался Алексий именно он давал все эти годы надежду, а теперь. Что теперь? Но любопытство узнать докопаться до истины во мне еще не умерло, поэтому продолжил разговор с отцом.
— Тогда, что он скрывает? — Я спросил, но не надеялся, что отец признается.
— Сын, не знаю. Если честно на бум в этот раз шел. Эти три дня, что он провел с тобой очень странные. Никто его не видел в твоих покоях, но он там был. Соула он привел в чувства лишь на четвертый день. Это все, что я знаю. Он никогда не скрывался, но в этот раз…
— Я спрашивал его об этом, но он молчит. Глаза отводит и молчит. Весь красный был, как рак.
"Неужели там было больше, чем когда-то показывал Соул? Не может быть! Нет. Давид ненавидит меня. Скорее попинал, как следует и оторвался на мне, срывая свою злость».
– Рассуждал я мысленно сам с собой.
— Рин, мы можем хоть как-то позвать его? — Ворвался в мои мысли Алексий.
— Ты же владеешь его даром. — Я внимательно смотрел на него, но видел по его глазам, что он потерян.
— Я не знаю и не умею им пользоваться.
«О, Небеса! Так вот в чем дело, а я то напридумывал, что он мне лжет и сам с ним общается не рассказывая мне об этом». — А в слух произнес совсем другое.
— Так ты никогда с ним за все восемь лет не общался?
— Нет, а что мог?
– Это его и вывело немного из его состояния.
— Я думал вы ближе друг другу. Я оказался прав? Верно? Давид не любит нас, мы не нужны ему. Он мог обратится к тебе по вашей связи, но этого не сделал ни разу. Вот и доказательство его отношения к тебе. И эта сделка лишь тому подтверждение. Рождение ребенка, как одолжение для тебя. Это не его желание, не его решение. Сделка.
Своим словами получилось, что добил Алексия. Он сник и тихо прошептал:
— Я не хочу чтобы было именно так.
— Сын, успокойся. — Встрял в разговор все это время молчавший отец Алексия.
— Мы заинтересованы в наследнике и ты его получишь.
– Отец, но я не хочу чтобы рождение моего сына было ему обязанностью. Я очень хочу, чтобы он сам мечтал об этом. Желал рождения нашего сына. Рин, расскажи мне, как обратится к нему. Я хочу поговорить с ним и знать правду. Мне он ее скажет. Он открывал душу передо мной.
Алексий.
После короткого объяснения, предпринял попытки позвать Давида, но он молчал или может я сам, что-то неправильно делал. Скорее всего он не хочет со мной разговаривать. От этой мысли моя гордость взыграла и я закрылся. Обида накрыла меня. Не хотел думать, что он использовал, как носовой платок и решил выбросить после этого.
— Он придет, сынок.- Это мой отец так пытался успокоить мои нервы, но я уже не верил.
Отмахнулся и ушел к себе. Душа болела, сердце ныло, а разум сдавал позиции.
«Не позволю ему растоптать, то что храню в своей душе. Он уже однажды приходил ко мне, только я дурак не понял этого и позволил все восемь лет надеяться. Он и правда никогда не говорил о своих чувствах, лишь я один любил его безответно и преданно».- Много мыслей крутилось в голове и пообещал себе быть сдержанным, учтивым и молчать о своих чувствах к нему.