Чтение онлайн

Алексей Фад:

— Иногда рабочий день длится в среднем восемнадцать часов, в течение которых мы принимаем от десяти до двадцати человек. Каждый из них, как мы уже говорили, сливает нам свои проблемы. И, кстати, правильно делает, потому что не у всех есть близкие, кому можно рассказывать о своих бедах! К тому же мало выслушать человека, надо еще дело сделать, то есть необходимо освободить его от негатива. Что мы и делаем. И хотя, как уже говорилось, мы стараемся не оставлять этот негатив в себе даже транзитом, но волей-неволей какой-то частью своего сознания и подсознания внедряемся в их проблемы. Поэтому какая-то микроскопическая часть отрицательной энергии в нас все же остается. Это можно сравнить, пожалуй, с небольшими дозами радиации. Благодаря силам наших предков, наших духов мы, конечно, имеем возможность использовать мощное защитное поле. Но следует признать, что мы имеем дело с очень сильным негативом, потому что к нам приезжают в основном тогда, когда уже никто помочь не может: ни специалисты нашего плана, ни медицина, ни, тем более, государство. И вот когда мы начинаем работать с высоким напряжением, часть отрицательной энергии нас «пробивает» и постепенно накапливается. Важно еще и то, что приходится использовать защиту не только и не столько от проблем моих клиентов, но и от негатива тех людей, которые на них навели порчу, сглаз или проклятие. Поэтому вся наша энергия «зажата в кулак». И когда от нас уходит последний клиент, а это бывает уже глубокой ночью, я выключаюсь и становлюсь более или менее адекватным человеком, то есть снимаю с себя защиту. Ведь на поддержание защиты тоже уходит немало энергии. По этой же причине, как уже говорилось, мы ездим в машинах с тонированными стеклами.

Но наступает момент, когда я уже не могу и не хочу никого видеть и слышать. Тогда я понимаю, что надо очищаться, и еду дней на десять в такие места, где могу сбросить с себя отрицательную энергию. Кстати, в последнее время потребность в более частых отключениях от мира во мне очень возросла. Места для очищения есть на моей родине, на Украине. Это так называемые славянские капища или скифские холмы-захоронения. Есть капища и за Волгой, в марийских лесах, там, где я жил достаточно долгое время. Есть они и в Южной Африке, и на Мадагаскаре. В зависимости от того, насколько сильно я устал, мне приходится уезжать или улетать в то или иное место. Это проверенные места, где можно отдохнуть, расслабиться и совершить жертвоприношение духам.

Читатель, не лишенный фантазии, тут же вообразил себе, как мы перед жертвоприношением выискиваем самую красивую девушку, например, среди жителей Республики Марий Эл. Потом заколдовываем ее, привязываем к вековому дубу, зажигаем костер и… Или уводим из какого-нибудь фермерского стада самого красивого племенного быка и на капище вонзаем ему кинжал в горло!

На самом деле все гораздо прозаичнее. Наши жертвоприношения духам — абсолютно бескровные. Это в основном еда и питье. Мы им накрываем обильный стол, они это очень любят. Кстати, место мы выбираем в зависимости от того, с какими духами имеем дело в данный момент: лесными, земными, воздушными, огненными или водными. Если с водными, то располагаемся обязательно возле водоема, обычно на берегу Волги: я очень люблю эту реку, на которой прожил сорок лет. Как я уже говорил, по гороскопу я — Рак, и меня больше притягивает вода. А если лечу в Африку, то всегда выбираю побережье океана. Роман — Козерог, а это знак земли, он не в такой мере нуждается в воде, хотя воду тоже любит. Энергетику он получает от земли, ему больше подходит лес, природа, горы, иногда джунгли: либо африканские, либо шри-ланкийские. Там мы действительно можем все с себя сбросить, нам вообще желательно никого не видеть, может быть, кроме обслуживающего персонала отеля. Мы никогда не едем туда, где могут быть шумные компании, дискотеки и т.п. Прилетая в наши любимые места, первые три дня мы ведем «растительный» образ жизни: едим, спим, купаемся. Первые трое суток нет никаких ощущений, и только на четвертые мы начинаем очищаться по обряду и чувствовать, что постепенно избавляемся от той энергетики, которую в себе привезли. Потом наступает перелом, и с пятого дня мы начинаем заряжаться. Это происходит в течение пяти дней, то есть, как я уже сказал, всего на отдых обычно уходит десять дней. Последний день идет на нивелировку нашего состояния. И тут же появляется жгучее желание возвращаться и работать дальше.

Близкие иногда интересуются, есть ли у нас определенные процедуры очистки или это все происходит интуитивно: сегодня — таким образом, а завтра — другим? Я всегда отвечаю, что способов очистки у нас много. Арсенал достаточно большой, иногда мы используем особые предметы: шаманские бубны или погремушки. Чаще — бубны, они нам ближе по вибрациям. Благодаря им мы выходим в измененное состояние сознания, в другую параллель, и тогда очистка происходит достаточно быстро.

После очистки мы ощущаем состояние полета или парения. И потом уже по прибытии на место работы это прекрасное состояние еще достаточно долго не проходит. Когда мы прилетаем, то обычно узнаем, что уже выстроилась большая очередь клиентов, которые знали, что нас какое-то время не будет. Они мечтают попасть к нам на прием именно сразу после возвращения, поскольку знают, что наша энергетика после зарядки значительно возрастает. А некоторые просто интуитивно это чувствуют и едут в эти дни к нам, даже не зная, что мы отсутствовали. И действительно, мы ощущаем, что у нас «полные батарейки», при помощи которых их проблемы решаются гораздо легче.

Роман Фад:

— Мое восстановление происходит практически аналогично. Единственное отличие состоит в том, что отец большую часть своего времени проводит около воды на пляже или купаясь в океане. Меня же океан интересует и привлекает не столь сильно: я, конечно, могу сходить на пляж на пару часов, но после этого меня тянет на какую-нибудь экскурсию, например, в пустыню. То есть туда, где присутствует земля. Мне так легче и интереснее. Благодаря этому я получаю зарядку. После зарядки у меня тоже наступает состояние парения. И когда прилетаешь с отдыха, работа начинает спориться. Люди чувствуют, когда у нас хороший настрой, когда нам хочется работать, и это дает дополнительную положительную энергию.

Нас иногда спрашивают, можем ли мы во время отдыха полностью отключить свою колдовскую силу, свою энергию? Отвечу так: на очень короткий промежуток времени отключение возможно, но все же окончательно отключиться не получается. Эту ситуацию можно сравнить с дизельным двигателем. Им ведь рекомендуется работать постоянно: чем реже их выключают, тем лучше, так они устроены. Совсем выключиться мы не можем. Мы можем лишь сбавить обороты, чтобы не работать с такой интенсивностью. Но проходит несколько дней, и мы чувствуем, что сбросили с себя то, что было необходимо, и опять наступает время, когда обороты сами начинают набирать скорость. Если выключить двигатель, выключится жизнь.

Пользуясь случаем, вспомню недавний разговор с журналистом. Он меня все пытал про то, как сочетаются во мне обычные человеческие потребности и мой необычный дар. Начал он разговор так: «Вы живете на Земле, носите человеческое “обличие”». Вам никогда не казалось, что вы чем-то обделены? Ведь вы — молодой и красивый, вам бы сейчас на дискотеку, в бар с девочками. А вы с утра до вечера, как заведенный, работаете и тратите свою энергию. Нет ли у вас чувства обделенности?» Не знаю, опубликовал ли он мой ответ, но повторюсь. Во-первых, вспомню опять цитату, которая фигурировала в первых главах этой книги: ничто человеческое мне не чуждо. Я очень даже не прочь отдыхать «как человек». Но торчать в клубах днем и ночью — это не по мне. Я могу туда сходить раз в месяц, раз в три месяца. Мне этого достаточно. Я больше люблю тихий отдых, ведь когда сознание и подсознание работают постоянно, от эмоций достаточно сильно устаешь. И иногда это достает даже больше, чем любая громкая музыка на дискотеке. И я, как было сказано, стараюсь отдыхать, разгружаться на природе. Но когда мне требуется эмоциональный всплеск, я могу сходить на дискотеку, в кино или куда-нибудь еще. Так что я не ощущаю себя ущербным или обделенным. Думаю, что я — личность самодостаточная, мне всего хватает, я доволен.

Иногда спрашивают, какое место в нашей жизни занимает спорт? Отвечу: серьезное. Но спорт, физические упражнения — это все равно работа, это должно в первую очередь нравиться. Нам с отцом одинаково нравится плавание. Он — мастер спорта, я хотя и не сдавал никакие нормативы, но тоже очень хорошо плаваю, лет семь достаточно плотно занимался этим видом спорта. Мне нравится энергетика воды и то, что она снимает негативные эмоции. А вот, к примеру, поднятие тяжестей, тяжелая атлетика у меня не вызывает абсолютно никаких эмоций. И отец считает, что она ведет только к искривлению позвоночника, надрыву всех органов и т.д. Я в детстве достаточно серьезно занимался конным спортом: чувствую какую-то энергетическую связь с лошадями. Причем там, где я занимался, не сразу давали кататься, год ходил и упорно ухаживал за животными, выносил навоз. То есть выполнял самую тяжелую и грязную работу, и только потом меня допустили к лошадям. Я прекрасно чувствую и понимаю лошадей, никогда не пропускаю конные прогулки, в какой бы стране ни находился. А отец лошадей не понимает и даже боится их. Зато понимает собак.

Глава XXI

Бойцы вспоминают минувшие дни и битвы, где вместе рубились они

Пакостные снадобья и процент настоящих колдунов • «желтоватый» канал и отрезанная грудь • Михаил Шуфутинский и Лаврентий Берия • палки в колесах и «магистр ордена» • конкуренты и жесткий экстрим

Вот мы и добрались до самой, пожалуй, противоречивой и неоднозначной страницы в этой книге, да и в истории нашей жизни последних лет. Именно те события, которые будут описаны ниже, стали предметом самого широкого обсуждения и наших близких, и клиентов, и журналистов. Больше всего вопросов нам было задано именно на эту тему. Дело в том, что мы стали участниками популярной телепрограммы канала «ТНТ» «Битва экстрасенсов»: старший из нас — в третьей, а младший — в четвертой серии передачи. Главный вопрос, который нам до сих пор задают все: почему мы вдруг согласились на участие в этой передаче, зачем нам — известнейшим в мире парапсихологам — это понадобилось?! Некоторые до сих пор упрекают нас, утверждая, что люди нашего круга, а тем более нашего уровня не должны злоупотреблять публичностью. Ведь нам и без этого хватает и клиентуры, и денег, и славы.

Что ж, вообще-то оправдываться не в наших привычках. Но, учитывая такой повальный интерес народа к этой теме, мы решили «раскрыть карты».

Во-первых, как нам кажется, участие в этой программе несло в себе прежде всего просветительскую функцию. Дело в том, что у обычных людей деятельность колдунов ассоциируется с чем-то темным, примитивным, отчасти пакостным. При упоминании слова «колдун» люди представляют себе мерзкого старикашку из русских сказок или бабку с обвисшими седыми патлами, которые варят какие-то снадобья и, приговаривая страшные заклинания, стараются во что бы то ни стало погубить Ивана-царевича или Василису Прекрасную. О современных колдунах люди подчас думают еще хуже: сидят, мол, по своим углам всякие прохиндеи и шарлатаны, дурят голову доверчивым гражданам, а сами жируют. Что ж, наверное, люди в принципе правы: если среди тех, кто называет себя экстрасенсами, парапсихологами и колдунами, наберется хотя бы один процент настоящих специалистов, то это уже хорошо. Девяносто девять процентов наших так называемых «коллег» просто вовремя поняли, что это модно и что на этом можно заработать неплохие деньги, и в колдуны полезли все: от домохозяек до сантехников и электриков. Своим участием в «Битве экстрасенсов» мы хотели показать людям, что в нашей сфере, несмотря на обилие обманщиков, есть и настоящие профессионалы, более того, высококвалифицированные специалисты.

Мы гордимся древним наследственным званием колдунов, которое на протяжении многих веков носили наши предки, а сейчас носим мы. И хотя спектр наших возможностей и способностей, наверное, выходит за рамки только колдовства, мы все же настаиваем на этом слове и не любим, когда нас называют экстрасенсами. Короче говоря, на все вопросы, которые перечислены в начале этой главы, у нас был только один ответ: «Мы пришли сюда, чтобы показать, что настоящие ясновидящие на свете есть!» Люди, приезжая к нам, очень часто даже не подозревают, на каком уровне мы работаем. Наверное, не подозревали это и организаторы программы «Битвы экстрасенсов». Как уже было сказано, первым на эту «битву» вышел старший из нас.