Чтение онлайн

Генерал Су Юй шёпотом поинтересовался у одного из своих офицеров: -Что такое «чёртова бабушка»?

– Бабушка это мать матери или мать отца, -начал было тот объяснять.

Су Юй прервал его: -Я знаю, что такое «бабушка». Но откуда она взялась у злого духа Гайси?

– Видимо наши российские друзья настолько трепетно относятся к «большой матери», что полагают будто и у русского чёрта должна быть своя собственная бабушка.

– Чёртова бабушка. Бабушка у чёрта, -покачал головой Су Юй. Иной раз, когда ему казалось будто он вполне понимает русских, кто-нибудь из них говорил или совершал что-нибудь такое, что полностью переворачивало его понимание с ног на голову.

Услышав эльфийскую речь, исходящую из летающей машины, пришельцы удивились и даже перестали перекрывать ей пути отхода. Воспользовавшись их смятением, МИР-система рывком подняла вертолёт на сотню метров выше и в сторону и уже оттуда продолжила вещать. Учитывая, что эльфийский язык оказался не только крайне сложным, но также имел несколько отдельных диалектов используемых представителями различных каст и то, что земляне более-менее изучили только самый низший диалект применяемый для общения со слугами и фермерами на диком провинциальном мирке между собой, то, со стороны чужаков из летающего города, им должно быть казалось будто летающая машина говорит с ними с ярко выраженным деревенским акцентом.

…

Парящий град «Покров облаков». Башня архимагистра Зиры прозванной также «огнерукой».

Зира не являлась единовластной хозяйкой парящего града, но груз прожитых лет, накопленные за это время знания, опыт и, главное, максимальная, среди всех прочих обитателей «Покрова облаков» степень сродства с Хтонью делали её крайне значимой фигурой. Собственно, из четырёх архимагистров парящего града Зира была не только сильнейшей, но и древнейшей. Таких как она называли первозванными. Единственная иерархия, имевшаяся у демонов Мистерии, основывалась на личной силе, которая напрямую зависела от степени хтонического сродства. И каждый, абсолютно каждый всегда балансировал на тонкой грани, когда, с одной стороны, хочешь превзойти окружающих, а, с другой, если нырнёшь в Хтонь слишком глубоко, то можешь уже и не вынырнуть. Вернее, тот кто вынырнет будет уже не ты.

Первозванные – больше дань признанию и некоторому уважению, чем констатация личной силой. Хотя кто и когда последний раз видел первозванного имеющего малую степень сродства? Чтобы подняться по хтонической лестнице совершенствования у них имелись в запасе даже не тысячи – десятки тысяч лет. Десятки тысяч лет на то, чтобы умереть, превратиться во что-нибудь совершенно ужасное, сойти с ума или обрести силу. Хотя, почему «или». Иной раз всё перечисленное шло одним комплектом. Слишком часто. Чаще чем хотелось бы.

Первозванными называли тех, кто ещё во времена первого Древа эльфов, до начала тёмной эры войны богов впустил в себя хтонь. Редкие реликты древних, поистине мифических времён, свидетели рассвета и заката своей цивилизации, а также её ужасного перерождения. Их осталось не так много. По крайней мере тех, кто до сих пор оставался в своём уме и хотя бы мог назвать своё имя – любое из имён. Когда живёшь так много времени, то невольно обзаводишься внушительным перечнем собственных имён.

Сегодня её звали Зира. Огнерукая. Сильнейший архимагистр парящего града «покров облаков».

Но когда-то давно она носила другое имя. Как же оно звучало?Так сложно вспомнить. Но эти воспоминания о своей молодости Зира берегла особенно тщательно. Словно драгоценные жемчужины она время от времени перебирала сохранившиеся в памяти образы, слова или хотя бы просто сухие факты, за которыми больше не стояло ни образов, ни слов, лишь тлен и пепел потерянных воспоминании.

Её первым именем было Лазариэль. Молодая, амбициозная исследовательница, специализирующая на изучении связи пространства-времени чудом получившая назначение в экспедицию по исследованию новой формы нестабильной материи обнаруженной в одном из отдалённых миров и названного первооткрывателями Хтонью. Руководительница экспедиции, в последний момент, решила включить в штат специалиста, профессионально изучающего пространство-время так как имелись основания полагать, что найденная нестабильная материя, при испарении, как-то искажает и первое и второе. Выбор пал на Лазариэль, тогда ещё совсем молодую эльфийку с отличием закончившую обучение, чья дипломная работа навела шороху в научной среде и надолго стала темой номер один для обсуждений в узких кругах. Иных заслуг у Лазариэль ещё не было, но руководительница экспедиции выбрала именно её. Как сильно она тогда гордилась! Слабый отголосок сильного чувства дожил до сегодняшнего дня, стоило только обратиться к памяти, вспоминая как она, не веря, просит домашний автоответчик ещё раз проиграть записанное сообщение и тот, смешно шевеля рудиментальными лапками, послушно повторяет оставленное руководительницей экспедиции приглашение.

Потом был долгий путь через десятки связанных между собой миров, сначала через миры Древа, потом через фронтир и, наконец, через дикие и ещё неосвоенные миры к тому, где исследователи нашли неизвестную нестабильную материю с загадочными свойствами.

Она помнит. Может быть не так хорошо, как хотелось бы. Но есть и воспоминания, которые Зира-Лазариэль хотела бы забыть, но не может. Впервые услышанный шёпот Хтони. Сомнения в собственном рассудке. Товарищи по экспедиции сходят с ума или превращаются во что-то ужасное. Техника сбоит, приборы и выходят из-под контроля. Простые бытовые вещи начинают вредить своим хозяевам. Записная книжка кусает за руку. Душ – плюётся крутым кипятком. Самостоятельно включившаяся рация издаёт странные звуки или говорит голосами никогда не существовавших или мёртвых эльфов.

Руководительница экспедиции заперлась в своём модуле и не отвечает. Остальные члены экспедиции, кто остался в живых, также прячутся по жилым ячейкам или другим укромным местам. Ночами за дверьми модуля слышатся тяжёлые шаги и голоса никогда не существовавших чудовищ. И в центре всего этого молодая эльфийка, недавняя выпускница которой все, без исключения, пророчили стремительную карьеру и блестящее будущее. Как ей вырваться отсюда? Как вернуться домой?

И последовавшее за этим понимание – вернуться не получится.

Отчаянный шаг, попытка не бежать прочь от тихого голоса внутри её головы, не пытаться заглушить его синтезированными препаратами, а, напротив, пойти ему навстречу.

– Чего ты хочешь, Хтонь?

– Это не важно. Важно что хочешь ты.

Она хотела выжить. Совсем ещё молодая и юная, гений которой там, дома, пророчили великолепное будущее на научном поприще в плане изучения взаимного влияния пространства и времени. Лазариэль тогда ещё не знала, что привычный ей мир скоро рухнет. Казалось бы, незыблемое Древо эльфов погрузится в хаос. Всё созданное будет разрушено. Величайшие достижения её расы обратятся против своих создателей. Эпоха рассвета заканчивалась. Впереди, на расстоянии протянутой руки, маячила тёмная эра войны рукотворных богов.

Старые воспоминания, потускневшие, но при этом бережно хранимые, были положены обратно на полку. Не выходя из своей башни, прозревая стены из грубого камня, почерневшие от времени деревянные перекрытия из цельных стволов и огромное расстояние, Зира с большим интересом рассматривала лежащий в земле город. Следуя в кильватере за потоком диких демонов, вытолкнутых пульсацией Хтони нести хаос в обитаемые миры сферы, летающие города Мистерии аналогичным образом разлетелись кто-куда. Но, в отличии от диких демонов, их цель не только принести как можно больше хаоса в упорядоченный поток миров, но и разжиться при этом чем-нибудь полезным. Всё-таки в парящем граде довольно сложно со свободным местом под производственные площадки. Если демону что-то нужно, то он делает это сам. Не может сделать – забирает у того, кто послабее. Не получается забрать значит ему это не нужно. Всё просто. В полной мере всё перечисленное касается и архимагистров.

Каждое волнение Хтони, выплёскивающее орды диких демонов в соседние миры эльфийского Древа, суть шанс для городов Мистерии разжиться чем-нибудь полезным и новым: вещами, материалами, неофитами, идеями и так далее.

Зире не в первой совершать налёты и грабить своих бывших сородичей. Впрочем, какие они ей сородичи? Пародия, насмешка над некогда великой расой первых эльфов. Послушные игрушки взбунтовавшихся и сошедших с ума машин, возомнившие себя богами и переделавшие своих создателей по доступной только им извращённой логике.