Чтение онлайн

— Папа-а-а-а-а…

* * *

…Неуклюже размахивая ручонками, темноволосая голубоглазая девочка в сером платье бесшумно приземлилась на окраине пшеничного поля, метко рухнув в стог свежезаготовленного сена. Бегавшие неподалеку ребятишки не заметив, что произошло, продолжили играть в догонялки и лишь одна, самая любознательная полезла на скирду.

— Ты кто такая? — осторожно поинтересовалась она, обнаружив того, кто чуть не разрушил результат всей утренней работы родителей.

— Лисса, — вытаскивая колючки из волос, отозвалась девчушка.

— А меня Марфой кличут, — задорно пропищала малышка шести лет от роду.

— А где это я?

— Вот чудная! Известно где, в поле!

— А где…? Ой, я его, кажется, потеряла… — Лиссарра испуганно перебирала сухие стебли скошенных растений, но ничего не находила.

— Кого?

— Колечко. Мне его папа дал.

— Ничего, отыщется. Пойдем, я тебя с ребятами познакомлю!

— Но оно важное-е-е-е… — заплакала девочка, размазывая слезы по щекам.

— Что у вас там случилось? — донесся снизу молодой женский голос. — Марфа, это ты?

— Нет, мам, это Лисса.

— Какая еще Лисса? Откуда?

— А она того… только что с неба свалилась…

— Слезайте оттуда, выдумщицы! Домой пойдем.

* * *

Простояв на коленях еще около минуты, Зоррхейн тяжело поднялся, вытер проступившие слезы, достал из-под полы плаща несколько листков бумаги и принялся что-то усердно писать, второпях, словно боясь не успеть. Едва корявые буквы покрыли половину первого листа, он резко выпрямился и быстро-быстро заговорил какое-то заклинание на ему одному понятном языке.

Мир задрожал. Настолько, что можно было почувствовать, как он волнуется и как ему это не нравится. Вокруг архимага из-под земли один за одним стали вырываться столпы голубоватого света, соединяясь над головой призвавшего древнюю магию человека. Когда за всем этим светопредставлением фигура Зоррхейна окончательно исчезла, откуда-то из недр огромного светящегося кокона донесся душераздирающий крик, и весь этот поток чистой Силы взорвался, раскидывая стоящих рядом людей в разные стороны.

…И наступила тишина. Липкая, тягучая, словно густой сироп.

И во всей этой тишине никто даже не заметил, что совершенно не похожий на себя, высохший и лишенный всей крови архимаг, бессильно раскинулся на размытой дождями земле, уставившись невидящим взглядом в черное небо собственноручно запечатанного мира, и прижимая к груди наполовину исписанный листок бумаги, где из-под пальцев виднелась только первая строчка: «Из воздуха придет иная кровь…».

К моему величайшему удивлению, приземлилась я именно там, откуда попала в Ал’Ваар, а именно — в длинном коридоре, доверху наполненном непроглядной тьмой. Но теперь она меня не пугала. И горе тому маньяку, который отважится встать на пути разочарованного и злого архимага, сбежавшего с собственной свадьбы!

Покрутившись вокруг себя, я все же собралась с мыслями, жестом закрыла портал и попыталась призвать огонь. Небольшой язычок пламени вспыхнул на ладони и уже в следующее мгновение взорвался множеством искр, осветив пространство ярким желтоватым светом. Мда-а-а, Зоррхейн говорил правду: в других мирах магия действительно ведет себя непредсказуемо. Но мне хватило и этого. Отчетливо разглядев направление, в котором уходил коридор, я быстрым шагом двинулась к выходу и вскоре достигла лестницы с черными металлическими прутьями. Стоило подойти к первой ступени, как легкий морской бриз окатил меня с ног до головы свежестью, запахом моря и чего-то еще. Дома? Я облегченно выдохнула и мысленно закрыла для себя страницу жизни с пометкой «Ал’Ваар». В ту же секунду на меня навалился всем своим многоголосьем жаркий, душный август, даже несмотря на вечер, явно близившийся к завершению.

— Можно взглянуть на ваш паспорт? — тоном, не терпящим возражений, поинтересовался крепкий полицейский средних лет, стоило мне выйти за калитку.

— Эммм… Он дома. Можем пройти, я тут рядом живу.

— С какой целью проникли на объект?

— На этот-то?

— Да еще и в таком виде, — добавил стоящий рядом молодой парнишка.

Я оглядела себя: платье как платье. Подумаешь, из чешуи дракона. Ну не говорить же хранителям правопорядка об этом! Потом проблем не оберешься!

— А вы, простите…? — я выставила вперед ладонь и нагло уставилась на вопрошавших.

— Капитан полиции Ладный, — быстро подобрался первый.

— Сержант полиции Чуйкин, — отрапортовал парень.

— Таня. Кхм… Татьяна Великая.

— И что ж вы, гражданка Великая, там делали? — старший по званию кивнул в сторону недостроя и деловито упер руки в бока.

— Хотела сделать красивое фото, — умело соврала я.

— И где же ваш фотограф?

— А я на телефон. Сама.

— Что-то я не вижу у вас телефона в руках, — наседал капитан.

— В этом и беда! Прийти — пришла, а телефон забыла дома. Вот, возвращаюсь…

— И что, вы хотели фотографироваться в таком виде? — сержант повел в воздухе пальцем, описывая мое лицо.

— А что с моим видом не так?

— У вас тушь потекла, — недовольно буркнул Ладный, скрещивая руки на широкой груди.

— Так это для образа!

— А глаза заплаканные почему?

— Поверили, да? Значит, и впрямь удачный грим! — пришлось включать «дурочку».

— Пройдемте-ка с нами, Татьяна.

— А может не надо? — взмолилась я, делая невинное лицо.

— Надо!

— Я так сегодня устала, господа полицейские. Отпустите домой, а?

— Не положено.

— Так положите! — в сердцах ляпнула я и сразу же вросла в землю под тяжелым взглядом капитана. — Шучу! У меня всегда были проблемы с юмором.

— Заметно.

— Полиция-я-я-я! Убиваю-ю-ю-ют!! — донесся откуда-то с Набережной высокий женский голос.

— Ступайте, гражданка Великая. Сегодня ваш день. Чуйкин, за мной!

Оба полицейских развернулись и, придерживая руками фуражки, рванули к месту предполагаемого убийства, которое так и не состоялось, судя по крикам все еще истерично голосившей женщины.

Не теряя больше времени и благодаря свою удачу, я поспешила домой. Через парк по тротуару, налево, мимо автомастерской Ромки, в свои родные стены, где моего появления верно ждал телефон, наверняка раскалившийся докрасна от количества пропущенных вызовов.

Дом встретил меня темнотой и безмолвием. Вопреки ожиданиям, он не оказался опечатан, внутри не сидела моя мама в ожидании блудной дочери, и даже экран смартфона показывал всего четырнадцать не отвеченных звонков: три от родителей и одиннадцать — от Альки, причем звонила она два раза в день, как по расписанию. И последний раз был утром.