Чтение онлайн

— Тут очень длинный и сложный процесс, но, думаю, мы справимся, — улыбнулась Пайпер.

— Возможно, — пробормотала Марселин, собирая руки на груди. — Я почти никому об этом не говорила, но, может быть, если мы и впрямь станет подругами, я расскажу тебе о том, в чём вина Стефана. В конце концов, ты в нашем мире надолго, — отшутилась она, фыркнув.

— Какая радость, — закатив глаза, отозвалась Пайпер.

Можно было подумать, что их разговор окончен, но Марселин так не считала. Она принялась жевать нижнюю губу, медленно переводя взгляд с Пайпер на собственное отражение в зеркале и обратно, пока, наконец, не выпалила:

— Он совершил ошибку. Много ошибок, — тут же уточнила она, — и пытается их исправить. Я понимаю, что он старается, но… не могу. Прошло слишком мало времени. Я слишком хорошо всё помню.

Первое правило, которому Пайпер всегда следовала — никогда не дави. Марселин была прекрасной собеседницей, пожалуй, лучшей из всех сигридцев, с которыми Пайпер уже была знакома, но ей не хотелось, чтобы сейчас маг говорила слишком много. Мысль о глупости заданных вопросов догнала Пайпер слишком поздно, и та едва не ударила себя по лбу. Степень её идиотизма определённо возросла после того разговора с Гилбертом в столовой.

— Если хочешь, — осторожно начала Пайпер, — могу попросить Энцелада врезать Стефану сегодня.

— Не выйдет. Во-первых, Энцелад не станет этого делать. Во-вторых, если и попытается, то не сможет довести дело до конца — Стефан наполовину великан, всё-таки. В-третьих, Энцелад даже не станет тебя слушать.

— Я думала, что он сегодня будет рядом со мной, — растерянно пробормотала Пайпер. — Гилберт говорил об этом.

— Рядом с тобой будет Диона. Но так как Гилберт тоже постоянно будет рядом, можно считать, что Энцелад тоже рядом, — протараторила Марселин, хлопнув в ладоши. — Но хватит об этом. Ты должна надеть вот эти туфли.

Она метнулась к коробкам, лежащим на полу возле кровати, и схватила одну из них. Она словно отбросила неприятную для себя тему и мысленно молилась, чтобы Пайпер сделала так же. Просить прощения за неловкость было бы неправильно, потому что Марселин и впрямь преобразилась: достав из коробки блестящие золотые туфли, она подняла их и энергично закивала головой.

— Нет, — протянула Пайпер, поднимаясь на ноги. — Нет. Я не надену их.

— Сегодня твои цвета — золотой и лавандовый, — невозмутимо сказала Марселин, приближаясь к ней. — Эти туфли тебе идеально подходят!

— Я не надену каблуки! — продолжила Пайпер, отходя в сторону. — В них очень неудобно.

— Но они тебе подходят!

— Я видела, что там были балетки, — не унималась Пайпер.

— Они белые! Они тебе не подходят!

— Я надену балетки, — уверенно заявила Пайпер, подходя к нужной коробке. — Если тебе так хочется, можешь сама надеть эти золотые туфли. Я возражать не будут.

— Мои цвета сегодня — изумрудный и чёрный, — с видом знатока ответил Марселин. — К тому же, серебро мне идёт лучше.

— Господи…

Как она умудряется так быстро переключаться с одной темы на другую и при этом выглядеть так, словно ничего и не произошло?

— Боги милостивые, — пробормотала Марселин, выхватывая из рук Пайпер злосчастные балетки и двигаясь к туалетному столику. — Сейчас я всё сделаю.

Пайпер была абсолютно уверена, что она в состоянии надеть обувь без чьей-либо помощи, но Марселин и не собиралась выкидывать что-то подобное. Поставив рядом балетки и левую туфлю, она подняла над ними руку. Вспышка зелёного и искры, посыпавшиеся с пальцев девушки, заставили Пайпер подскочить, но магия кончилась. Золотистый блеск с туфель перетёк на балетки и выглядел так, словно они изначально были таковыми.

— Уже лучше, — заключила Марселин. — Теперь можешь надевать.

— Это какие-то чары? — уточнила Пайпер, критически оглядывая обувь.

— Иллюзорные. Свой настоящий цвет они не потеряли, но будут выглядеть золотыми до тех пор, пока чары не снимут.

— Я и не думала, что ты будешь настроена так… серьёзно.

— Дорогая, — нарочито сладко пропела Марселин, пока Пайпер усаживалась и надевала балетки, — мы приглашены к королеве фей. Это к вампирам ты можешь явиться хоть в пижаме, хоть в чём мать родила, а вот феи такого не простят. Подай себя лучшим образом, и они будут на твоей стороне. А теперь пошли, — едва только Пайпер встала, намереваясь оглядеть себя, Марселин схватила её за руку и потянула к двери. — Опаздывать — дурной тон.

***

— Ого-о, — протянула Диона, присвистнув. — Я всё ещё узнаю тебя.

— Это плохо? — непонимающе уточнила Пайпер.

— Как раз наоборот. Марселин иногда… увлекается, — осторожно закончила Диона, поймав на себе недовольный взгляд Марселин. — Ты очень ответственно подходишь к делу, — добавила она специально для девушки. — Очень ответственно.

— Ты просто радуешься, что тебе не нужно надевать платье, — фыркнула Марселин.

— Я безумно этому рада! — поддакнула Диона. — В доспехах намного удобнее.

— Погоди, — Пайпер замешкалась, — вот это — доспехи?

— Ага. Гилберт называет их праздничными, а Энцелад — идиотскими.

Диона расправила руки и медленно повернулась, позволяя Пайпер рассмотреть каждую деталь её доспехов. Себе сальватор призналась: ничего общего доспехи Дионы с теми, что она представляла, не имели.

Доспехи состояли из двух частей — белой нижней и коричневой верхней, имеющей множество пластин и ремешков, о назначении которых Пайпер и не догадывалась. Пластины были на груди, плечах, охватывали шею и руки, бёдра и голени и формировали верхнюю часть высоких сапог. Ремешки держали пластины на груди, бёдрах и ногах, и их бронзовые пряжки сверкали в свете ламп. К поясу был прикреплены ножны, и Диона, словно прочитав мысли Пайпер, вынула из них свой меч.

— На балу разрешены только мечи, — со вздохом, полным разочарования, объяснила Диона. — Да и то лишь те, что будут покрыты специальными печатями: мол, этот меч не поднят на того, у кого добрые намерения, он не ранит, пока в этом не будет необходимости и тому подобное… Конечно, — она оживилась, — мои лук и стрелы будут там, но за специальным барьером. Их вернут мне в случае опасности, но, надеюсь, никакой опасности не будет.

— Я даже не знаю, что более странно: оружие, находящееся за специальным барьером, или факт наличия у вас… праздничных доспехов.

— Это обычные доспехи, — громко зашептала Марселин, — просто кажутся чуть красивее и праздничнее.

— А, то есть, это как с моими туфлями?

— А что с твоими туфлями? — спросила Диона.

— Боги милостивые, — со вздохом вселенского мученика произнёс Энцелад, застыв на пороге.

Гилберт говорил, что они встречаются в гостиной, но Пайпер решительно не понимала, почему именно здесь. Она надеялась, что ждущая их Диона всё объяснит, но та умудрилась отвлечь девушку своими доспехами, замаскированными под более красивый вариант, а Марселин ей в этом помогала, напоминая о частоте применения магии. И хотя только появившийся Энцелад выглядел не слишком дружелюбно и вполне мог убить кого-нибудь взглядом, Пайпер всё же решила попытать счастья: