Чтение онлайн

— Зря смеёшься. Рыцари, пусть и в меньшинстве, отличные воины. Они не только защищают нас, но и помогают искателям в поисках, феям — в изготовлении оружия. Они всегда сопровождают нас, простых смертных, в Зачарованный Тайрес. Для нас рыцари незаменимы.

— И какие они, ваши рыцари?

— На собрании узнаешь. Уверен, Гилберт пригласит нашего бравого капитана.

— Ладно, но что ты там про них сказал? Куда они сопровождают вас?

— В Зачарованный Тайрес. Это особое пространство, соединяющее все миры. Согласно одной из древних легенд, Зачарованный Тайрес — место, где боги трудились над созданием мира. Но, повторюсь, это лишь легенда.

— И вы попадаете туда?

— Иногда. Дворцы фей и эльфов и все их поселения всегда находились на территории Зачарованного Тайреса. В Сигриде туда было проще проникать. Сейчас сложнее, но феям и эльфам трудно ужиться в одном мире с людьми.

— Притормози, — Пайпер закрыла глаза и потёрла переносицу. — То есть Зачарованный Тайрес — это совершенно другое пространство, в котором феи и эльфы жили и в Сигриде, и здесь, на Земле? Этот Зачарованный Тайрес может быть связаны с брешами?

— Нет, — ни на мгновение не задумавшись, ответил Джонатан. — Бреши — это хаос, жалкое подобие Переходов, создаваемых настоящими магами. Зачарованный Тайрес — чистая, светлая магия, подвластная феям и эльфам. Людям и великанам было трудно попасть туда без приглашения. Но сейчас всё гораздо проще. Дворец эльфов стоит на границе Зачарованного Тайреса и этого мира, что позволяет нам попадать туда, а дворец фей — в самом его сердце.

— Итак, давай подытожим: феи и эльфы живут в своём особом магическом измерении, которое граничит с Землёй, но при этом являются частью нашего мира, земного.

— Да, всё так.

— Это очень сложно, — нахмурившись, прошептала Пайпер.

— Магам легче понимать всю эту систему, — как бы вскользь упомянул Джонатан. — Скоро ты во всём разберёшься. А если получишь разрешение от короля эльфов или королевы фей на посещение их дворцов, то сможешь беспрепятственно попадать туда в любое время. С предупреждением, конечно.

— И это откроет мне путь в этот Тайрес?

Как сказал дядя Джон, сигридские легенды гласили, что Зачарованный Тайрес — место, где боги трудились над созданием мира. Возможно, там и находилась башня, в которой укрывались Ильматар и Мерула и в которой появились первые люди. Возможно, именно там боги, как считали сигридцы, скрывали людей, пока не привели их в общий мир. Те же самые боги сделали четырёх магов дома Орланд сакрификиумами, подарив им возможность выбрать своих сальваторов и связать с ними свои жизни.

«Зачарованный Тайрес — место, где боги трудились над созданием мира, — мысленно повторила Пайпер. — Если феи и эльфы действительно живут на границе Зачарованного Тайреса и этого мира, то у них могут быть ответы».

— Нет, — Джонатан отрицательно покачал головой. — Путь в Зачарованный Тайрес закрыт для смертных.

— Но ты говорил, что сальваторы не совсем смертные.

— Пайпс, Зачарованный Тайрес — это совершенно иной мир. Он сильно отличается от тех, что мы знаем — хотя бы потому, что тёмные создания так и не смогли поглотить его. Есть легенда, в которой говорится, что Тайрес — это часть Файрона, из которого феи смогли спасти Сердце. Боги смиловались над феями и позволили им остаться в этой «тени», но закрыли вход для остальных. Эльфы живут на границе, потому что они также способны к чарам, а вот людям, вампирам и великанам туда так просто не попасть. Тайрес загадочен и опасен.

— Какие-то боги не очень гостеприимные, — пробубнила себе под нос Пайпер. — В смысле, да, они боги, но неужели нельзя быть чуть более дружелюбным?

— Даже я не до конца верю в сигридских богов, — усмехнулся Джонатан, покачав головой.

— Я в них и не верю. Но как-то же сакрификиумы появились.

— И как-то же появились маги, — добавил Джонатан. — Возможно, никаких сигридских богов и не существует. Возможно, в своё время люди просто научились подчинять себе хаос, которым раньше были заполнены миры. Не знаю. Я не маг и стараюсь не думать об этом. Всё, что связано с магией, следует узнавать у Шераи. Я обычный искатель.

— И глава Ордена, — фыркнула Пайпер, собрав руки на груди. — Интересно, послушать, как же ты смог вернуть себе главенство в Ордене после ухода моего отца. А ведь ты говорил, что взял перерыв и назначил главным какого-то помощника… или как там его?

— В другой раз, ладно? — предложил Джонатан и вымученно улыбнулся. — Конечно, коалиция тесно сотрудничает с Орденом, но тебе вовсе не обязательно делать это. Если маги обучат тебя и ты пробудишь Лерайе, её одной тебе будет достаточно, чтобы выжить.

— Выжить, — повторила Пайпер, словно пробуя слово на вкус. — А если я не хочу выживать?

— Тем, в ком течёт пробудившаяся кровь первых, в этом мире нельзя иначе. Мы можем «жить» только в Сигриде.

— Значит, ваша коалиция построена на выживании, — подытожила Пайпер. Разрастающееся в груди беспокойство отступило, но лишь на мгновение. Едва уловимый шёпот, раздающийся из-за спины, стал неразборчивым.

— Так же, как это было в первые столетия Сигрида. Расы заключали союзы, чтобы выжить в чужом мире. Только так они и спаслись. Прошло всего два века, Пайпс. Для сигридцев — ничтожно мало. Они всё ещё чувствуют себя чужими в этом мире и мечтают о том, чтобы вернуться домой.

— А ты? Ты же землянин, но с пробудившейся кровью первых. Чего хочешь ты?

— Чтобы наследие, хранимое нашей семьёй веками, не исчезло. Да, я землянин, но думаю, что моё место среди сигридцев. В их мире меня примут. На данный момент здесь меня удерживаешь только ты.

Значит, она — последнее препятствие между земным и сигридским мирами. Пока она цепляется за прошлую жизнь, в которой не было места магии, чарам, тёмным созданиям и сакрификиумам, Джонатан чувствует то же самое. Пайпер не думала, что из-за этого будет ощущать такой стыд.

Она хотела вернуть всё так, как было. Хотела всем сердцем. Но шёпот, уже проникший под кожу и распространявшийся по её телу, твердил, что это невозможно. Она не могла вернуть всё на круги своя, потому что Лерайе не выбрала её несколько дней назад. Лерайе выбрала её с самого её рождения. Вернуть всё на круги своя — значит принять Лерайе, её силу и тот факт, что с земной жизнью в привычном её понимании покончено.

— Если бы ты захотел, — осторожно начала Пайпер, старательно игнорируя шёпот, уже подобравшийся к основанию черепа, — ты бы вернулся к обычной жизни?

— У меня никогда не было той жизни, о которой ты говоришь, — спокойно ответил Джонатан. — Я с самого рождения был связан с коалицией, Орденом и сигридцами. Я никогда не предавался Забвению, поэтому у меня не было другой жизни.

— И у тебя никогда не появлялось желания послать всё к чертям? Забыть о проблемах, магии и демонах и жить, как простой человек?

— Конечно, такое было. — Джонатан качнул головой, словно её слова пробудили в нём моменты, которое вызывали это желание. Словно ему они были противны. — Я люблю своего брата, люблю вашу маму и люблю вас, своих племянников. Ради вас я мог оставить этот мир и предать себя Забвению. Я не могу сказать, насколько часто я об этом задумывался, но… Возможно, если бы я нашёл себе подходящую замену, я бы так и сделал. Но теперь, когда ты тоже втянута в сигридский мир, я не могу думать о том, чтобы всё забыть. У меня появилась ещё одна причина, чтобы не обращаться к Забвению. Только теперь эта причина стала самой главной.